Волки Арбадона - Лилия Орланд

– Рада, что тебе нравится, – искренне улыбнулась она. – Это мой первый посох, я очень старалась.

– Девчонки, – я всхлипнула и разревелась самым бессовестным образом. – Спасибо, спасибо вам всем! Как же я рада вас видеть!

В тот момент даже забыла про Фьерну, которая наблюдала за нами со стороны.

Позже я приняла душ и переоделась в обновки. Платье Эльдары и туфли Идиррэ сели на меня как влитые. Причем юбка у платья была с разрезами, как раз для езды верхом. Влажные волосы я замотала и скрепила посохом, который вновь стал обычной палочкой, такой, какие дают в любом суши-баре. А ленту Таарны повязала на пояс.

Когда вышла из-за ширмы, мары рядком сидели на койке, как нахохлившиеся воробьи на проводе. Оборотница стояла напротив них, опершись задом о стол и сложив руки на груди. Она не сводила с них настороженного взгляда, а они в ответ опасливо поглядывали на нее.

Разговор у девчонок явно не клеился.

Зато едва я появилась, как все внимание устремилось ко мне.

– Рандир по-прежнему молчит, – ответила я на вопрос, горящий в глазах Фьерны. – Не могу достучаться.

– Думаешь, передумал в последний момент?

Мне не хотелось признавать, но именно этого я и боялась. Нет, не того, что он струсит и откажется от своих обещаний. А того, что не сможет довериться нам.

Хорген – сильный противник. Настоящее самоубийство идти против него, ведь за ним стоит целый Ковен, сильнейшие маги Арбадона.

А на нашей стороне только тридцать волков и одна волчица. Ковен сметет их одним ударом, а про союз с Эльтеей Рандир до сих пор не знает. К тому же и я не знаю, как эти двое воспримут друг друга.

– Не хочу сейчас об этом говорить, – призналась я. – Все равно слова ничего не изменят.

– Может, тебе немного прогуляться? – осторожно вмешалась Эльдара.

Она всегда была самой рассудительной из нашей компании.

– Да, было бы неплохо. Фьерна, пошли, покажем тебе Цитадель.

– Вообще-то меня не приглашали, – прищурилась оборотница.

– Потому что ты нам еще не друг, – фыркнула Таарна.

Они обменялись вызывающими взглядами. И даже слегка оскалились друг на друга.

– Эй, вы чего?! – я поспешила встать между ними. – А ну прекратите! Таарна, какая муха тебя укусила? А ты, Фьерна, ты же в гостях! Веди себя прилично!

– Может, пусть погрызут друг друга и успокоятся? – тихонько шепнула Идиррэ.

Но я услышала и огрела ее гневным взглядом:

– Да что происходит? Вы какой белены объелись?

– От нее несет псиной!

– От них несет магией!

Эти два возгласа раздались одновременно, а потом девчонки закричали все хором, что-то запальчиво доказывая и перебивая друг друга. Если бы я не стояла между ними, они наверняка уже устроили драку.

– Так, все. Тихо! – рявкнула я. – Заткнулись все. Кому воняет псиной – можете приложить к носу надушенный платочек, я не против.

Вопли резко замолкли.

– А ты, Фьерна! – я выставила в ее сторону обвиняющий палец. – От тебя такого не ожидала. От меня тоже несет магией. Я тоже маг. Тебя это не смущает?

– Это другое, – процедила она, мрачно поблескивая глазами.

– Ничего не другое! Мы тут все заодно, у нас одна цель. Если не можешь принять моих подруг, значит, не сможешь принять и меня. А вся твоя помощь и доброта – просто притворство.

Я понимала, что говорю жестокие вещи, что Фьерна хочет услышать совсем другое…

Но лучше вскрыть этот нарыв прямо здесь. Потому что потом, в настоящем бою, может быть поздно. Кто знает, кому из этих девушек или других мар и магов ей придется доверить спину? И кто из них окажется в ситуации, когда от Фьерны или любого другого оборотня будет зависеть их жизнь?

Я не хочу рисковать никем из друзей!

– Подруг? – с обидой хмыкнула Фьерна. – Это твои подруги? А кто тогда я?

В ее голосе раздались ревнивые нотки.

– Ты тоже моя подруга. Хотя нет…

Ее глаза, только что вспыхнувшие радостью, резко потухли. Лицо омрачилось.

– Ты моя сестра, – продолжила я, громко и четко. – Только пока не знаю, младшая или старшая… По годам вроде старшая, а вот по уму…

Протянув последние слова, я демонстративно задумалась.

Фьерна смотрела на меня с недоверием. То ли не понимала смысл фразы, то ли впервые столкнулась с сарказмом…

– Сестра? – раздался ее тихий голос. – Ты считаешь меня своей сестрой?

– Конечно, а кем еще? Мы с Арденом – одно целое. Его сестра – моя сестра, его отец – мой отец. Но даже без этого мы с тобой столько всего пережили, что ты стала мне как родная. Ты и еще та заноза в заднице по имени Мира, – призналась я, немного скривившись.

– Это правда?

– Было б не правдой, полезла бы я ее выручать?

– Нет, то, что ты про меня сказала?

Глаза оборотницы подозрительно блестели. Губы дрожали. Впервые за все время знакомства я видела Фьерну в таком состоянии. Она что, собиралась заплакать? Это совершенно на нее не похоже!

– Конечно, правда! – сказала я слегка ошарашенно. – Эй, ты что, не реви!

Но слеза уже потекла у нее по щеке.

Я шагнула к ней, желая обнять, но забыла, что волки не приемлют жалости, а Фьерна – волк, пусть сейчас и в человеческом облике. Она оттолкнула меня и убежала. Спряталась за ширмой, откуда донеслись сдавленные звуки.

– Знаете что, – я обвела взглядом притихших девчонок, – пошли прогуляемся.

– А… твоя сестра? – робко спросила Дейра.

– Ей нужно время.

Прежде чем покинуть кабинет, я подошла к ширме и деликатно постучала. Глухие всхлипы на секунду смолкли.

– Если что, мы во дворе, – сказал я, зная, что Фьерна ловит каждое слово. – Приходи, как закончишь.

Глава 32

Фьерна присоединилась к нам через полчаса. Плакать в одиночку не так интересно, как кажется на первый взгляд. Каждому нужен тот, кто утешит.

Да и плакала она, по всей видимости, из-за накопившегося стресса и напряжения последних дней. Слишком много всего навалилось, даже смелой волчице столько не вынести.

Сначала попытки убедить ее отца, что я могу вытащить Ардена из Серых пустошей. Переживания из-за меня – смогу ли вернуться, ведь я всего лишь слабая человечка. Затем противостояние с Красными волками. Поход в Цитадель.

А под конец еще выясняется, что у ее подруги есть свои подруги. И свое прошлое, и своя жизнь, которая может продолжаться без Фьерны. И вообще, я не ее собственность. Наверное, нечто подобное переживает малыш, когда понимает, что мама принадлежит не только ему.

Однако я знала, что это вскоре пройдет.