Дебютный развод - Плам Сайкс

— Бо! Обожаю Бо! — констатировала Марси. — Он говорил, что твоя иммунная система совершенно истощена?

— Да, и что я расходую чересчур много адреналина, поэтому и чувствую себя такой измотанной. Я постоянно на взводе. Злюсь, сама не зная на что. Лорен даже не позволяет мне позвонить мужу.

— И правильно делает. Пусть прочувствует, что потерял…

— Это достаточно эффектно для меня? — перебила Тинсли, плывущая к нам в красном бальном платье с густыми рядами оборок на плечах. — Как люди узнают, что я решила стать актрисой? Я выгляжу как танцовщица фламенко.

— Все актрисы одеваются так, чтобы выглядеть танцовщицами фламенко, поэтому не вижу проблемы, — отмахнулась Марси.

— Мои запястья… в этой штуке… кажутся слишком толстыми.

В дверях ванной комнаты стояла Саломея в платье из тонкого серебристого атласа, с длинными пышными рукавами и черными гросгрейновыми бантами, завязанными на запястьях.

— Фу! Я просто омерзительна, — добавила она.

— Запястья не могут толстеть, — возразила Тинсли, отталкивая Марси, чтобы лучше осмотреть себя в зеркале. — А ты просто шикарна. Ну же, Сильви, как насчет меня?..

— Сильви, мне нужно платье, которое я уже отложила. Из черного атласа, — настаивала Саломея.

О Боже! Нина увезла платье в Лос-Анджелес. Заметьте, премьера сегодня, в среду, а бал у Аликс — в пятницу. К этому времени я смогу забрать платье у Нины!

— Оно… на фотосессии… — солгала я.

— Ну тогда ладно, — проворчала Саломея, уходя в спальню, где Теккерей трудился над Аликс, требующей полного уединения.

— Что вы там делаете? — с подозрением осведомилась Тинсли, следуя за Саломеей. Марси тоже не выдержала, и я осталась одна.

Отбросила платье, над которым работала, и уставилась в окно. Все казалось мне пустым и бессмысленным. Кому интересны дурацкие вечерние платья, и набрала ли Саломея лишних пол-унции веса на запястьях? Как я смогу пережить все это безумие без своего милого мужа?

Я вытерла слезу со щеки. Осталось продержаться еще часа два. Иногда даже самый эксклюзивный, нелегальный витаминный укол не может заставить вас улыбнуться.

— Привет! Миша! Бартон! Вы! Сегодня! Обалденно! Смотритесь! — вопила Нэнси О'Делл из «Эксесс Голливуд» {Еженедельная передача и журнал с одноименным названием, посвященные новостям шоу-бизнеса} громовым, рассчитанным на объявление фамилий счастливцев, удостоенных каких-то наград, голосом. Такой голос неизменно востребован на красных коврах. Со стороны могло показаться, что в ее горло встроен мегафон.

Я следила за шоу из номера отеля. Теккерей был настолько взволнован появлением Нины в его платье, что организовал для друзей и служащих показ в своей студии. Я в полном унынии решила остаться в гостинице. Хантер оставил множество сообщений, но Лорен и Марси убедили меня, что на этом этапе звонить ему неблагоразумно. Может, все-таки попросить Марси передать ему, что со мной все в порядке?

Мне становилось не по себе при одной мысли о том, что муж волнуется за меня. Угрызения совести не давали покоя. Но если Марси позвонит, значит, непременно проговорится, где я. Она просто не способна хранить секреты. Сущий кошмар!

Я снова повернулась к телевизору. Возможно, «Эксесс Голливуд» поможет мне отвлечься.

— Потрясающе!!! — трубно завопила Нэнси, одетая в голубое платье, сплошь покрытое белыми стразами, в котором она удивительно походила на одну из люстр в вестибюле «Сент-Реджис», — Не могли бы вы открыть нам, кто дизайнер?

— Кутюрье Шанель, — скучающе пробормотала Миша.

— Шанель!!! Кууу-тю-юр! — рявкнула Нэнси. — Не-ве-ро-ятно!!! Вы просто неотразимы! Насколько я поняла, это кружево от… О!!! Я вижу Нину Клор! Она идет сюда!

Нэнси явно надоела Миша Бартон.

— Спасибо Миша до свидания, — бросила она тоном «ваше время истекло», который телеведущие приберегают для изгнания знаменитостей, превысивших отведенный им лимит.

Нина на экране телевизора плыла навстречу Нэнси в облаке шифона. Несмотря ни на что, я невольно разволновалась и прилипла к экрану, изучая каждую деталь облика Нины.

— Встречайте Нину Клор! Звезду «Роковой блондинки»! Нина! Клор! Вы! Изумительны!

— Перестаньте, — мило улыбнулась Нина, поднявшись на сцену «Эксесс Голливуд». — Это вы изумительны, Нэнси. Как дела?

— Все прекрасно. Кто автор… этого волшебного платья, Нина?

— Дизайнер сшил его специально для меня, — улыбнулась звезда.

— Великолепно! — истерически заорала Нэнси, перекрывая восторженные крики публики.

— Это Версаче, — призналась Нина. — Никого я не люблю так, как Донателлу.

Я не верила собственным ушам. Боже, бедняга Теккерей! В каком он сейчас отчаянии! А у меня нет сил утешить его!

Тут еще и телефон запиликал. Я посмотрела на дисплей. Это оказалась Аликс.

Я решила не отвечать. Не хватало мне еще отказа от платья!

Но через несколько минут звонок переключился на голосовую почту.

Я не протянула руки. Через несколько минут снова раздались звонки. Очевидно, Аликс не терпелось до меня добраться. Я не выдержала и взяла трубку. Аликс едва выдавливала слова, словно внезапно заболела.

— С платьем все нормально? — выпалила я.

— П-платье… класс! — заикаясь, пробормотала Аликс.

Боже, да она никак плачет!

— Аликс, с тобой что-то случилось?

— Не со мной. Это С-сэнф-фо-орд Он у-умер!!!

— Какой ужас!

Я понятия не имела, что Аликс была близка с Сэнфордом. Она совершенно расклеилась.

— Боже. Мне так жаль, Аликс. Ты очень расстроена? — участливо осведомилась я.

— Е-еще бы! — взвыла Аликс. Казалось, еще минута — и она забьется в истерике. — Та-ак опрометчиво! У-умереть! Взять и умереть! За два дня до моего чудесного бала! Не мог умереть в субботу! Тогда бы все состоялось! А теперь в пятницу всем придется идти на поминки! — всхлипнула она.

В трубке послышалось нечто вроде хлюпанья свиньи, добравшейся наконец до пойла. Аликс громко, уродливо высморкалась и, мгновенно повеселев, спросила:

— А теперь нельзя нам обсудить мое платье? К похоронам?!