Любовь с ароматом чая - Джанет Маклеод

— Я сам это сделаю, — резко ответил он.

Кларри покачала головой.

— Лучше я, а вы посидите с миссис Сток.

Кивнув, Герберт вышел, оставив свои бумаги разбросанными на столе.

Когда Кларри вернулась с доктором и провела его наверх, Герберт стоял у камина, сцепив руки за спиной, а Уилл с обеспокоенным лицом сидел на кровати. Увидев врача, Герберт выгнал Уилла из комнаты, и они с Кларри спустились вниз.

— Может, Олив ей почитает? — предложил мальчик. — Или же я поиграю на скрипке. Как вы думаете, маме это поможет?

— Обязательно поможет, но лучше сделать это завтра, после того как твоя мама поспит. Почему бы тебе не пойти к Олив и не поупражняться немного в игре на скрипке?

Уилл ухватился за возможность чем-нибудь заняться и убежал искать Олив. Вскоре зазвонил колокольчик в кабинете и Кларри поспешила наверх.

Доктор с Гербертом разговаривали, угощаясь спиртным. Берти уже вернулся из театра и держал в руках стакан с изрядной порцией виски.

— Миссис Сток простужена, — обратился к Кларри доктор.

— Это совсем неудивительно, — громко заявил Берти. — Белхэйвен заставляла мою бедную матушку часами сидеть на сквозняке у открытого окна, как будто у нас тут тропики.

— Но ведь причина не в этом? — с ужасом спросила она.

Врач поднял руку, давая этим понять, что обвинять друг друга бессмысленно.

— Я прописал лекарство и обтирание. У миссис Сток высокая температура. Будете в течение ночи обтирать ее теплой влажной тканью, чтобы снизить жар. Попытайтесь ее напоить, если получится.

— Да, сэр.

— Я приду завтра, — пообещал доктор Герберту, похлопав его по плечу. — К тому времени худшее должно быть уже позади.

Уязвленная грубым обвинением Берти, Кларри готова была сидеть с Луизой до утра, но в полночь пришел Герберт и отправил ее спать.

— Я побуду с ней, — сказал он хмуро. — Все равно я не смогу сегодня уснуть.

Кларри встала. Она очень устала, но, чувствуя беспокойство, не хотела уходить. Луиза лежала с закрытыми глазами. Она застонала и повернула голову, словно чего-то требуя, но на их расспросы ничего не ответила.

Уходя, Кларри произнесла:

— Если я вам понадоблюсь, позвоните — не важно, в котором часу.

Герберт кивнул ей, не сводя глаз с жены.

Кларри соорудила себе постель на полу в гостиной экономки на тот случай, если он будет звонить, и затем, не раздеваясь, улеглась. В три часа ночи, когда ее уже начал одолевать сон, она вдруг проснулась от тихого стука в дверь.

— Вот вы где! — прошептал Уилл, сжимая в руках футляр со скрипкой. — А я думал, вы у мамы. Я пошел туда, но папа велел мне уйти. Он сказал, что я только причиняю ей страдания. Но мне не удается уснуть. Могу я побыть здесь? Пожалуйста.

— Конечно, можешь, — ответила Кларри не задумываясь, хотя знала, что на это может сказать ей разозленный Берти.

Она встала и укутала дрожащего Уилла одеялом.

— Посиди, а я приготовлю для нас горячее питье.

Кларри разожгла в очаге огонь и согрела молоко.

Они сидели и, прихлебывая молоко, разговаривали о пустяках. В конце концов Уилл стал сонным и начал зевать. Пока Кларри мыла чашки, мальчик крепко уснул. Девушка умылась холодной водой и пошла наверх с чайником свежезаваренного чая.

Герберт уснул, сидя на кровати. Подойдя, Кларри услышала перемену в дыхании Луизы. Звук был похож на шуршание голышей в быстром ручье. Кларри ахнула, ставя поднос на стол. Она уже слышала такое дыхание раньше, у своего отца.

Вздрогнув, Герберт проснулся.

— Что? Что? — спросил он, смутившись.

Кларри взяла руку Луизы — пульс едва прощупывался. Вдруг миссис Сток открыла глаза и уставилась на Кларри. Она пыталась что-то сказать. Кларри обернулась к Герберту и вложила руку Луизы в его ладонь.

— Ваша жена что-то хочет вам сказать, — произнесла девушка тревожно.

Кларри отошла назад, а Герберт прижал ладонь Луизы к лицу.

— Что, любовь моя? — спросил он срывающимся голосом. — Говори!

— Хочу, — прошептала она, — хочу…

— Чего ты хочешь? — допытывался Герберт. — Чтобы я послал за врачом? Ты этого хочешь?

Она качнула головой из стороны в сторону, с мольбой устремив глаза мимо мужа на Кларри. Девушка уже догадалась, что пытается сказать Луиза.

— Миссис Сток хочет видеть Уилла! — крикнула Кларри. — Я схожу за ним.

Не дожидаясь разрешения, девушка надавила на звонок, который прозвенел внизу, и стремглав бросилась из комнаты.

Всклокоченный Уилл встретил ее на лестнице. Его глаза округлились от испуга.

— Я услышал звонок, а вас на месте не оказалось…

— Твоя мама хочет тебя видеть, — сказала ему Кларри.

У нее сжалось сердце от его взволнованного вида.

— Скорее иди к ней.

Уилл побежал вверх, перепрыгивая через две ступеньки, потом замешкался и обернулся.

— Я забыл скрипку. Мама захочет послушать мою игру.

— Ты иди, а я принесу скрипку, — сказала Кларри. — Быстрее!

Мальчик побежал, на ходу крича матери о том, что он уже идет. Кларри кинулась вниз за инструментом. Ее сердце колотилось от страха. Скрипка лежала под скомканным одеялом, которое Уилл стряхнул с себя в спешке, услышав звонок. Схватив ее, Кларри поспешила наверх.

Герберт все так же держал ладонь жены, как и тогда, когда Кларри выходила из спальни. Уилл топтался рядом. Веки Луизы были наполовину опущены, рот приоткрыт. Ее тяжелое дыхание стало ровнее.

Уилл обернулся к Кларри. Его глаза были полны слез.

— Мама ничего не говорит, — прошептал он. — По-моему, она меня не узнаéт.

Мистер Сток ничего не сказал. Кларри протянула мальчику скрипку.

— Мама хочет, чтобы ты ей сыграл. Вот что она говорила.

Уилл замялся в нерешительности, взглянув на отца.

— Мне играть, папа?

Герберт, казалось, не услышал его. Все, на что он был сейчас способен, — это держать жену за руку, как будто так он удерживал ее в этом мире.

Кларри коснулась плеча Уилла и кивнула, ободряя.

— Поиграй для мамы, — мягко сказала она.

Уилл прижал скрипку подбородком и несмело заиграл «Воды Тайна», пьесу, которую они недавно разучили с Олив. Дойдя до конца, он сделал паузу и заиграл сначала, на этот раз более уверенно.

После того как смычок в последний раз коснулся струн, эхо долго звучало между ними, словно не желая умирать. Мелодия, казалось, растворилась в воздухе, и снова повисла тишина. Полнейшая тишина. Уилл стоял, поддерживая скрипку, Герберт по-прежнему сжимал ладонь жены.