Аукцион судьбы. Книга вторая - Марина Кистяева

– Наивный ты мой человек.

Его губы снова заскользили по её волосам, и Саша услышала, как он жадно втянул воздух вокруг них.

После ужина, на котором все говорили, пытались знакомиться и осторожно выпытывали правду друг о друге, Олега с Сашей отправили спать в левое крыло, при этом Максим переглянулся с родителями.

– Что-то не так? – Олег уже полностью чувствовал себя раскрепощенным.

– Левое крыло строилось для тебя, – ответил Макс.

Олег нахмурился.

– В смысле?

– В том смысле, что там две большие комнаты плюс веранда. Эти комнаты никто никогда не занимал, даже гости, которые приезжали к нам. Они изначально предназначались тебе.

Саша видела, с каким трудом Олег догоняется. Иштовы смотрели на него, ожидали реакции. Саша в некотором роде понимала их – для них он полная загадка. Сын, которого они потеряли вечность назад маленьким мальчиком, сегодня сидел в их доме взрослым суровым мужчиной, носящим на лице, теле и душе шрамы, оставленные другими людьми и самой жизнью. И каждый из здесь присутствующих не раз задавался вопросом: а что было бы, не случись того рокового похищения?

– Спасибо.

Это единственное, что сказал Олег.

– Ты же у нас останешься? – Надежда Сергеевна не желала его отпускать, вскочила, сжала руками скатерть.

– Мам, – её попытался образумить Макс.

– Мы погостим пару дней. А там… Обсудим.

Левое крыло отделялось от остального дома длинным коридором, создавая уютное гнездышко, в котором никто не потревожит.

– Мы дом строили десять лет назад, – Анатолий Васильевич показывал им комнаты, его супруга вместе с Максимом остались в гостиной, убирали со стола. Саша подрывалась помочь, но от её помощи отказались. – Поэтому мебель покупали уже для взрослого… тебя.

Господи, сколько же боли было в его словах! Саша даже боялась представить, что пришлось пережить этим людям. И она не могла не восхищаться их силой воли, их нескончаемой верой в то, что однажды они найдут своего мальчика. Не имеет значения, сколько лет пройдет – пять или тридцать пять. Главное, что они когда-нибудь, но будут вместе.

Большая спальня с красивой деревянной мебелью. Массивная кровать, такой же комод. Видно, что подбиралось под мужчину. Саша нет-нет да бросала взгляд на Олега, пыталась уловить его эмоции. Он вел себя свободнее, чем в первые часы знакомства, но по-прежнему держал дистанцию.

После того, как попили чай, Саша с Олегом уединились. Да и часы перевалили за десять.

– Вы устали с дороги. И раз не собираетесь от нас убегать завтра же, идите, отдохните.

Саму Надежду Сергеевну так же шатало от потрясения. Невысокая женщина держалась из последних сил.

Да и Олегу необходимо было уединение. Саша думала, что он сразу ляжет спать, а ей хотелось с ним поговорить. Отчаянно хотелось. Поэтому она с радостью согласилась посидеть на веранде, когда он предложил.

И тут – признание.

Она куталась в его тепло, прижималась всем телом. Ей хотелось отдать частичку души Олегу, чтобы он знал, что она всегда будет с ним.

– Ты такая маленькая. Хрупкая физически. Ты просто думаешь, что прошла свой жизненный путь. Он только начинается, Саш. Да, я не спорю, ты за свои двадцать пережила и испытала то, что с большинством обывателей и за полвека не происходит. И… Понимаешь, это только начало. Я же, как долбанный магнит, буду притягивать разные истории. Постоянно. Я не могу, как все. Стараюсь, а не получается. Вот видишь, теперь и родители нашлись… Я…

Олег замолчал, а Саша, как накануне на кухне с мамой, молчала, давая возможность ему высказаться.

Успеет и она сказать.

– Я рад, что познакомился с ними. Очень. Потому что после смерти Марата и до встречи с тобой я был одиноким злым расчетливым волком. Сардын – первый мужик, которого я подпустил близко. Остальных всё равно держал на расстоянии. А тут – Макс. Но ладно, я сейчас не о том. Я о нас, куколка, хочу поговорить. И да, малышка, я тоже поддался общей атмосфере сентиментальности, и меня прет на откровения. Видишь, какой я говорливый сегодня?

– Слышу.

Она тоже вдыхала его аромат, ставший родным, и поглаживала спинные мышцы.

– Со мной всегда будет трудно, Саш. И характер у меня взрывной.

– И что ты хочешь этим сказать, Осетин? По-моему, ты мне предложение уже сделал, поздновато «рекламировать» себя.

Он негромко засмеялся.

– Я тебе выбора не оставил.

– Олег, вот ты говоришь, что я маленькая… Хорошо, спорить не буду. Но неужели ты думаешь, что если бы я тебя не ждала год – целый год! – то поехала бы снова с тобой? К тебе? Из-за чувства благодарности за то, что ты меня спас? Думаю, у нас вышел бы другой разговор. Иногда мне кажется, что мы с тобой только в начале пути. Мы… нашли друг друга, пусть и столь необычным образом, но даже и лучше. Мы оба понимаем, кто мы и на что способны. Что жизнь иногда показывает зубы, и мы готовы отвечать тем же. Олег, меня потянуло на философию, так что терпи. День такой… Так о чем я. О том, что мы в начале пути – да, точно. Я знаю, что с тобой будет не просто. Ну, так и я… Я – не подарок. Мало того, что больная, так и родить не могу, ай…

Его руки метнулись к её лицу, зажали, пальцы жестко зафиксировали скулы, заставив Сашу посмотреть в лицо Олегу. Тот разозлился, это было видно не вооруженным взглядом, а слова, что обрушились на Сашу, служили тому подтверждением:

– Не смей больше подобное не то, что произносить, даже думать не смей! Поняла?

– Олег…

– Ты меня поняла?

– Да…

Его губы ужалили в требовательном, не менее жестком, чем прикосновении поцелуе, который длился всего несколько секунд.

– Саша, ты невероятная! Думаешь, меня в тебе привлекло тело? Да, конечно, чего тут юлить, на первых порах – согласен! Да и какой нормальный мужик пройдет мимо подобной красоты! Но, пойми ты, ни одного мужика ещё никто не удержал упругими титьками и «бразильской» задницей! И к красоте со временем привыкаешь. Почему мужчины гуляют и от очень красивых жен? Значит, нас привлекает не только внешность!

Саша плотно сжала губы.

Её Осетин сегодня вновь и вновь удивлял.

– Ты откровенен… это так необычно.

– Привыкла, что я резок?

– Ты не резок, ты… просто другой.

Немного грустная ухмылка исказила красивое лицо Олега.

– Ну, так пользуйся моментом, куколка, наслаждайся моим красноречием. Следующий раз меня пробьет лет этак через десять.

– И все десять лет ты мне не будешь больше говорить, что любишь?

– Не знаю… Марат меня воспитывал иначе: меньше слов, больше дела. Я бы и сейчас, наверное, смолчал, но, как ты правильно заметила, сегодня особенный день.