Моя двойная жизнь - Джанетт Рэллисон

Он раньше не говорил, что придет на мой концерт, но я должна была знать, что он захочет. Почему я позволила всему этому зайти так далеко? Как я могла позволить себе попасть в такое положение? Это всегда висело надо мной, как Дамоклов меч, просто я не видела этого. Даже если бы Марен не угрожала мне, я все равно оказалась здесь и вела бы эту беседу через несколько дней.

Он сжал мою руку.

— Почему ты так серьезна?

Я подняла свои глаза к его, вглядываясь в их глубину. Его глаза будет запомнить проще всего.

— Ты действительно хочешь всем рассказать, что мы вместе?

Он подал плечами, как будто это было очевидно.

— Конечно.

— Позволь мне задать тебе вопрос. Ты все равно захотел бы, чтобы все узнали, что мы вместе, если бы я не была знаменитостью?

Я знала, что он скажет да. Не важно, действительно ли он так думал, но я была уверена, что он скажет да.

Вместо этого он отпустил мою руку и обхватил меня за плечи.

— Слушай, я знаю, что ты беспокоишься из-за долгов и книги Лорны, но ты слишком молода, чтобы волноваться о том, что ты станешь прошлым. Кто знает, может быть, книга — это хорошо. После её выхода ты можешь пойти на телевидение, дать опровержение и спеть что-нибудь из нового альбома. Это будет отличной рекламой. И People заплатит уйму денег за первое интервью о том, как тебе больно потому, что твоя бывшая сотрудница так тебя подставила. Может быть, Лорна оказывает тебе услугу.

Я не это имела в виду. Я снова попробовала:

— Ладно, но я имею в виду, если бы я была девушкой из маленького города, живущей в… ну… маленьком городе, если бы я просто была обычным человеком. Ты все равно интересовался бы мной?

Он обвел меня взглядом и по его лицу скользнула улыбка.

— Ты слишком талантлива для того, чтобы быть обычным человеком. Песни обычных людей не крутят по радио, — как будто чтобы это доказать, он встал и потащил меня с собой. Он подвел меня к большому зеркалу, висевшему в прихожей. — Посмотри на себя.

Я посмотрела. Я посмотрела на свои длинные светлые волосы и на него, стоящего рядом со мной, его руки лежали у меня на плечах. Я посмотрела на его сильные руки и идеальные черты лица.

Он опустил голову и мягко сказал мне на ухо:

— Ты уже давно не обычный человек, и ты не сможешь снова стать безымянной массой. Когда о наших отношениях узнают, мне будут завидовать все парни.

Нет, не будут.

Он улыбнулся моему отражению.

— Таблоиды скажут, что это неравный союз, и я не буду возражать, потому что они будут правы и я рад этому.

Его руки обхватили меня, и он наклонил голову набок, чтобы поцеловать меня в шею. Я наблюдала за нашими отражениями в зеркале и оцепенела. Он ответил на мой вопрос. Просто ответ был не таким, каким я хотела. И несмотря на мои намерения, я не могла рассказать ему, кто я такая. Я не могла встретить отторжение так стойко, как моя мама. Я не хотела уезжать в Западную Вирджинию и лелеять его фотографию на журнальной обложке и ждать звонка, которого никогда не будет.

Ну, я буду лелеять его фотографию, но я буду делать это с гордостью. Однажды он поймет правду. Он наткнется на настоящую Кари раньше или позже, но меня к этому времени давно уже не будет.

— Я тебе лгала, — сказала я.

Он поднял голову, не очень беспокоясь, пока не увидел выражение моего лица. Потом его глаза стали острыми.

Я с трудом сглотнула.

— Я лгала тебе о многом, — оцепенение изнутри пробирало меня до костей, протягивало ледяные щупальца к моему сердцу. Я дрожала и не могла остановиться. — Мне жаль.

Он уронил руки по бокам.

— Ты лгала? О чём? О Майкле?

Я заставила себя кивнуть.

— Мы вместе и всё, что писали таблоиды — правда. На самом деле, много всего из книги Лорны тоже правда. Я не та, кто ты думаешь.

Я отвернулась от зеркала и от него. Я причинила ему боль, и не могла вынести шокированного выражения в его глазах.

Я направилась через комнату. Когда я открыла дверь, он взял меня за предплечье.

— Это всё? Это всё, что ты собираешься сказать? Я даже не заслуживаю объяснения?

Прежде, чем у меня появилась возможность ответить, он посмотрел на ожидающее такси. Увидев его, он резко выдохнул и его обвиняющий взгляд переместился на меня.

— Ты попросила такси подождать. Ты пришла только затем, чтобы порвать со мной, разве нет? — он отпустил мою руку, как будто внезапно почувствовал ко мне отвращение. — Не позволяй мне тебя задерживать. Я уверен, у тебя много дел.

Я вышла, заставляя себя двигаться. Каждый шаг казался деревянным, неловким. Я слышала звук своих шагов по дорожке. Я смутно понимала, как ни смехотворно это было, что Кари не одобрила бы мою походку. Потом подошла к такси, открыла дверь и упала внутрь.

Я не собиралась оглядываться. Не было смыла смотреть, закрылась ли дверь, но я не смогла остановить себя. Я повернулась на сиденье и увидела Гранта, стоящего в дверях, его руки были сложены, глаза прищурены, и он наблюдал, за тем, как я уезжаю.

* * *

Я сказала водителю отвезти меня в дом Кари, и потом в аэропорт. Я не хотела возвращаться в дом Марен, чтобы забрать одежду и вещи. Пока я была сосредоточена на том, что должна сделать, я могла пережить это. Я могла бы даже притвориться нормальным пассажиром, а не свернуться в клубок в уголке и рыдать.

Я попрощаюсь с Кари, извинюсь за неприятности, которые причинила ей из-за Гранта и отдам ей сапфировое колье. Я думаю, оно должно быть у неё, поскольку оно было куплено для её матери.

Моя рука потянулась к цепочке вокруг шеи и я стала смотреть на проезжающие мимо машины. Я носила его столько дней подряд, что начала думать, будто оно принадлежит мне. Но я не могла больше держать его у себя и я не могла больше владеть другими частями жизни Кари. Ничто из этого не было моим. Эта мысль разбила мою силу воли. Слёзы, которые я сдерживала от дома Гранта, прорвались наружу.

* * *

Добравшись до дома Кари, я собралась. Я