Рыжая проказница - Линси Сэндс

— Все будет хорошо. Мы возьмем охрану.

— Бери кого хочешь, — угрюмо сказала она. — Но я в таком случае никуда не поеду. Можешь сам искать траву, если твердо намерен ехать.

— Но я не знаю, что это за трава, — нахмурился Кейд.

— Тогда оставайся в замке и позволь мне поехать и привезти ее.

Вид у него был сердитый, но на лице отражалось не только возмущение, но и восхищение.

— Оказывается, жена, ты ловкая женщина.

— Да, — с улыбкой согласилась Эверилл.

Она была рада, что победила в споре.

Кейд покачал головой и сказал:

— Хорошо. Я останусь в замке. Теперь у меня много дел — ведь я владелец поместья. Но ты держись рядом с Уиллом и не отходи от охраны.

— Хорошо, дорогой, — сразу же сказала она, мило улыбнувшись.

— Уилл много чего рассказывал о тебе, но он никогда не говорил, что ты чертовски умная.

— Я не умная, — возразила Эверилл, а потом повторила предостережение, которое ей часто повторяла ее мать: — Ум в женщине — непривлекательное качество.

— Волосы огненного цвета тоже считаются непривлекательными, и все же я нахожу их привлекательными, — сказал Кейд, обнял Эверилл за талию и привлек к себе.

— Тебе следует быть осторожным, — промолвила Эверилл.

— Хорошо, — улыбнулся Кейд. — Как только поправлюсь, обязательно уложу тебя в постель, жена.

— Я с нетерпением жду этого, — прошептала она и, приподнявшись на цыпочки, поцеловала его.

Это было быстрое и легкое прикосновение губ, не более того. У Эверилл не было никакого желания начинать то, чего они не смогут пока что довести до конца.

Неожиданно кто-то постучат в дверь, и Кейд убрал руку с талии Эверилл. Она быстро подошла к двери и, открыв ее, увидела в коридоре Уилла. Он улыбнулся сестре и, бросив взгляд на Кейда, сказал:

— Твой отец хочет знать, вернешься ли ты к нему.

— Да, — сказал Кейд. — Но сначала я хочу попросить тебя об одном одолжении.

— Все, что хочешь, — ответил Уилл.

— Эверилл нужно съездить на реку за целебной травой.

— Я буду сопровождать ее, — немедленно сказал Уилл и добавил: — у тебя ведь здесь много дел.

— Да, спасибо.

Выражение его лица говорило о том, что слова Уилла нисколько не обманули его. И еще Эверилл подумала, что он заметил беспокойство, промелькнувшее на лице Уилла, и готовность, с которой тот предложил сопровождать ее, и пришла к выводу, что брату, как и ей, очень хочется, чтобы Кейд остался дома.

— Думаю, тебе стоило бы взять с собой по меньшей мере дюжину воинов на всякий случай. Две дюжины было бы лучше, но…

— Я возьму три дюжины, — усмехнулся Уилл, — они сами будут рады, что для них нашлось какое-то дело.

— Ну, — весело сказала Эверилл, — тебе, муж, хорошо бы пойти поговорить с отцом. Мы выедем сразу же и быстро вернемся.

— Да, — кивнул Кейд и хотел было нагнуться, чтобы поцеловать ее, но замер, пронзенный болью в ранах.

Эверилл быстро поцеловала его и прошептала:

— Тебе не стоит сегодня напрягаться. Ты просто отдавай приказания и предоставь работать другим, а если устанешь, отдыхай. Ничего позорного в этом нет; тебе надо поправиться после опасной раны.

— Да-да, — пробормотал Кейд, подталкивая ее к Уиллу. — А теперь ступай, я же займусь наведением порядка в доме.

Кивнув, Эверилл вышла в коридор и пошла к лестнице; Уилл шел следом.

— Возьми с собой дюжину воинов, Уилл! — крикнул Кейд, а потом поправился: — Нет, лучше две дюжины. И не выпускай Эверилл из виду. Она хитрая девочка.

— Хорошо, — ответил Уилл. А потом фыркнул: — Хитрая? С чего, черт побери, он это взял?

— Не знаю, — сказала Эверилл улыбаясь.

Уилл покачал головой. Когда они были уже внизу, он сказал:

— Я все устрою, пока ты завтракаешь.

— А ты уже поел? — спросила она.

Из кухни выглянул Лэдди. Едва Эверилл заметила его, он скрылся в кухне, а потом снова выскользнул за дверь и пошел к ней. «Моя маленькая сторожевая собачка», — весело подумала она. Очевидно, мальчик решил, что удобнее наблюдать за ней из кухни, чем слоняться по коридору, рискуя нарваться на неудовольствие Броди.

— Да, я завтракал. Я ведь давно встал, — сказал Уилл, и Эверилл снова посмотрела на него. — Вы с Кейдом долго спали. Его что, беспокоила рана?

— Нет. То есть он не жаловался, но мы оба никак не могли уснуть.

— Понятно. У него есть о чем тревожиться, — сказал Уилл с серьезным видом, подводя сестру к столу. — Однако отец Кейда отказался от титула и своего положения, и теперь хотя бы об этом он может не тревожиться.

— Зато появилось множество новых тревог.

— Но даже это множество новых тревог не так тяжко обременяет его, как мысль о том, что придется бороться с родным отцом за право управлять Стюартом.

Эверилл кивнула, хотя и знала, что Кейд никогда не беспокоился о том, что может проиграть в этом сражении, но самый факт, что придется сражаться с отцом, его угнетал. Трудно поднять оружие на родителя, даже если это порой бывает необходимо. К счастью, в этом отпала необходимость.

— Доброе утро, малыш, — поздоровался Уилл с Лэдди, когда тот встретил их у стола. — Ты побудешь с леди Эверилл, пока она завтракает?

— Да. Я сказал на кухне, что она идет завтракать, — с важностью сообщил Лэдди. — Лили принесет ей поесть.

— Ты славный малый, — похвалил его Уилл, а потом посмотрел на Эверилл, которая села за стол: — Не спеши. Мне понадобится некоторое время, чтобы приготовиться к отъезду.

И с этими словами Уилл ушел.

Лэдди уселся на скамью рядом с Эверилл, весело улыбнулся ей и пожелал доброго утра; вид у него был счастливый и бодрый, несмотря на новый синяк под глазом. Мальчику хорошо досталось от Броди, с горечью подумала Эверилл, но заставила себя улыбнуться:

— Сегодня у тебя очень бодрый вид, Лэдди. Чему ты так рад?

— Погодите — увидите, — уверенно ответил он, а потом объяснил: — Это сюрприз.

— Сюрприз? — с интересом спросила Эверилл и бросила взгляд на кухонную дверь, которая отворилась, пропустив Лили в сопровождении Мортаг, Энни и Бесс.

Лили прикусила губу и разрумянилась, явно чем-то взволнованная, но три остальные женщины прямо-таки сияли от предвкушения чего-то. Сияла даже обычно унылая Мортаг.

— Вот это вам на завтрак, миледи, — сказала Лили, вспыхнув с довольным видом и ставя перед Эверилл поднос.

Она посмотрела на то, что лежало на подносе, заметила свой обычный утренний сидр, а потом широко открыла глаза, увидев тарелку со слоеным печеньем.