Французский квартал - Стелла Камерон

— Да, — просто ответил тот. — Хорошо. А сейчас мне, наверное, пора.

— Что? Ты хочешь покинуть Новый Орлеан?! — в панике вскричала Селина. — Ты мне нужен! Нужен нам!

— По крайней мере для того, чтобы совершить обряд венчания, — усмехнувшись, проговорил Джек. Ему захотелось немного разрядить атмосферу.

— Я не говорил, что уезжаю из города. Думаю, просто следует сейчас покинуть этот дом. Загляну к родителям. А вам надо побыть наедине друг с другом. Выговориться до конца и принять необходимые решения.

С этими словами он поцеловал Селину в лоб, кивнул Джеку и вышел.

Джек дождался, пока внизу хлопнет дверь, и тут же повернулся к Селине:

— Кто? Почему ты не сдала его полиции?

Она только покачала головой. Джеку вдруг стало страшно, на лбу выступила испарина.

— Надеюсь, это не… Эррол? — тихо спросил он.

— Как ты можешь такое говорить?! Как ты можешь?! — в ужасе вскричала она. — Ты считаешь его самым близким другом, защищаешь его доброе имя и намерен продолжать его дело… Да как ты мог предположить такое?!

— Ты сама сказала, что он — отец твоего ребенка.

— Я… — Она снова зябко поежилась. — Это вырвалось у меня случайно… да еще перед родителями… прости…

— Не надо просить извинений, я своих планов менять не собираюсь.

— Это из-за того, что мою беременность уже не скроешь? Ты понимаешь, что скоро начнутся расспросы, досужие домыслы… и даже если я буду молчать, обязательно найдутся такие, кто скажет, что мы с Эрролом были любовниками. Поэтому?

— Поначалу это была одна из причин.

Он скользнула взглядом по его лицу и вновь опустила глаза.

— Эррол был очень мягким человеком. Ты сам знаешь. Он никогда не принудил бы меня к этому. — Она нахмурилась. — Так вот чего ты боишься — что я обвиню Эррола в изнасиловании?

— Нет. Я и спрашивал-то просто так… Скорее от противного. Он никогда не насиловал женщин. Он просто не знал, даже представить себе не мог, как это делается. Эррол был сугубо мирный человек.

— Я тоже так думала. До тех самых пор, пока не рассказала ему… — тихо проговорила Селина. — Он так разозлился…

— Что? Ты назвала Эрролу имя насильника? Селина секунду поколебалась с ответом, потом нервно всплеснула руками и прошептала:

— Нет… нет… я просто рассказала о том, что произошло, и он разозлился.

Джек решил не копать глубже, дабы не заставлять ее лгать.

— Не знаю, поймешь ли ты меня правильно… но мне всегда, всегда было очень хорошо и покойно с Эрролом, — проговорила Селина, глядя себе под ноги.

«Да, мне это действительно трудно понять правильно…»

— Очень рад это слышать. Но если тебе было так хорошо, почему же ты сразу не согласилась стать его женой, как только он сделал тебе предложение?

— Ты не понимаешь… — Теперь она отвела глаза в сторону.

— Что я не понимаю?

— Эррол был мне как отец… «Другими словами…»

— Должен ли я воспринимать это как комплимент лично мне, леди? Невольный, разумеется? А? — проговорил он, но тут же испугался ее возможного ответа и торопливо добавил: — Ладно, не будем. Это не важно.

— Нет, важно, очень важно. Но у нас действительно сейчас столько разных забот и волнений. Скажем, мои родители… Через некоторое время я поговорю с Сайрусом насчет того, как быть с ними.

— В следующий раз, беседуя со своими родителями, скажи им, что ты не будешь — ни при каких обстоятельствах не будешь — работать на Уилсона Ламара. Ты меня поняла?

Селина взглянула на него и тут же опустила глаза, но он успел заметить в них удивление.

— Я бы хотел, чтобы ты переехала жить ко мне. Там нас никто не побеспокоит. Я не хочу, чтобы ты чего-то ждала и долго раздумывала, Селина. Нет смысла ждать, нет смысла раздумывать. Мы можем обвенчаться уже через пару-тройку дней.

Она молчала.

— Ты понимаешь, что я имею в виду, — не унимался Джек. — Мы не станем скрывать в день свадьбы твою беременность. У нас просто не получится. Просто чем раньше мы о ней скажем, тем быстрее о ней забудут.

— Ты консерватор и думаешь, что все вокруг консерваторы, — отозвалась Селина. — Но я не против. Скажи… почему ты так решительно настроен против Уилсона?

— Мне не нравится, как Ламар к тебе относится. Он не вправе приказывать тебе, но почему-то это делает. Поэтому мы перекроем ему кислород. После нашей свадьбы он должен будет каждый раз иметь сначала дело со мной, когда вздумает обратиться к тебе со своими идиотскими предложениями.

Селина внимательно взглянула на него.

— У тебя с ним что-то было в прошлом, не так ли? Джек еще не был готов отвечать на такие вопросы.

— Ничего такого, что было бы . достойно твоего внимания, дорогая. Просто небольшое несходство во взглядах на жизнь…

«Небольшое несходство» выражалось в том, что Ламар не хотел отвечать за свои игорные долги и требовал для себя привилегий на том основании, что считал себя общественным деятелем, а не зарвавшимся адвокатом, каковым являлся в действительности.

Селина, помолчав немного, сказала:

— Ладно. А насчет моего немедленного переезда к тебе… вряд ли это хорошо, Джек.

Главное для Джека теперь было добиться своего и при этом не давить на нее слишком сильно.

— Мне делается не по себе при мысли о том, что я оставлю тебя здесь одну.

— Сайрус вернется.

— Тогда так: или ты пойдешь сейчас со мной, или я останусь здесь ждать Сайруса.

— Не говори глупостей. Со мной ничего не случится. Кроме того, мне еще нужно выяснить, что хотел сказать Антуан. Сегодня он, между прочим, вообще не появился. Тогда он явно хотел, чтобы я его выслушала. С тех пор мы не виделись.

— Черт возьми! — буркнул Джек. — Совершенно вылетело из головы! Дуэйн рассказал мне, что Антуан пришел к нему в клуб в ковбойской шляпе, надвинутой на самые глаза. Дуэйн такого же мнения об Антуане, что и ты. Он богобоязнен и боится приближаться к злачным местам слишком близко, дабы не подвергнуть опасности свою бессмертную душу. И тем не менее он пришел в клуб.

— Зачем? О чем они говорили? Джек нахмурился.

— Антуан сказал Дуэйну, что видел кого-то около дома… в то самое утро. Дуэйн стал было его расспрашивать, но Антуан чего-то вдруг испугался и тут же ушел, не проронив больше ни слова.

— Понятно, почему он пошел к Дуэйну, — задумчиво проговорила Селина. — Он считает его хорошим человеком. Доверяет ему. Значит, ему нужен был совет.

— Вот именно, совет. Он считал, что за ним следят. Был очень напуган.

— Но что же он увидел здесь в то утро? Что? И почему не рассказал полиции, когда они приехали?