Чайный фургончик Рози - Ребекка Рейсин

– Что, присоединяешься к моему образу жизни?

– А вот и нет.

Он сверлит меня взглядом.

– Я не стану веганом!

Я пялюсь на него в ответ. Пусть не думает, что он тут один может глазками стрелять. Что-то жарко здесь. И душно… Мне нужен холодный душ или хотя бы что-нибудь. Макс пахнет ветром и дождем, будто он ходил на улицу и впитал погоду каждой частичкой своего тела. Своего загорелого, татуированного тела. Интересно, куда уходят его татуировки? Я опускаю взгляд ниже…

– Что с тобой?

– А что со мной?

– У тебя глаза стеклянными стали.

Я с усилием возвращаю себя в реальность.

– Это ты меня своим смузи отравил. – И правда, что он туда добавил? Меня унесло в какую-то Фантазеляндию. – Может, у меня аллергия на траву?

– Что ж, – Макс поводит головой, будто я – загадка, которую ему не суждено разгадать. – День только начался. Начнем с йоги? Позы собаки мордой вниз, например.

– Ага, мечтай.

– Мечтаю.

Я прищуриваю глаза. Он что, флиртует со мной? Наверное, не может удержаться: обаяние из него так и прет, даже если он точно обозначил, что даже целоваться со мной не хочет.

– Ну, если тебе больше нечего мне предложить, – немного игриво говорю я, но вспоминаю, как он меня отверг. Видение крутится передо мной, как заевшая пленка фильма, – тогда я схожу в душ и пойду к Арии. Мне еще с Олли сегодня видеться.

– Олли? – непонятливо переспрашивает он.

Я откидываю одеяло, встаю и сладко потягиваюсь.

– Симпатичный фотограф, романтичная душа и единомышленник-путешественник с мечтательным взглядом. Помнишь такого?

– Мечтательным взглядом? Нет, не помню.

– А, тогда могу познакомить вас сегодня. – Сама не знаю, чего я с ним так играюсь, но мне становится менее больно оттого, что я неинтересна Максу. Жалкое зрелище, но раз помогает…

– С удовольствием пожму его руку, почему нет.

Я морщусь, представляя, как гигантская лапища Макса сжимает бедную руку Олли, фотографа.

– Тогда я в душ. Или тебе надо первым?

– Иди. Если нужно будет помыть спинку, зови.

– Ты неисправим.

– Спасибо, – ухмыляется Макс.

* * *

У Арии мы болтаем и попиваем травяной чай. Это мое новое изобретение из цедры красного апельсина, зеленых яблок, папайи и гибискуса.

– Как тебе?

– Мне нравится, – кивает Ария. Одобрено.

– Такой яркий вкус, да? – На самом деле делать чай в свободное время даже увлекательней, чем я представляла. Можно экспериментировать с новыми сочетаниями, создавать гармонию вкусов…

– Слушай, назови его «Великий Гэтсби». Чай напоминает о его просторном саде, аккуратных клумбах, обо всех изысках…

– Мне нужно перечитать и подумать, что написать на этикетках.

– У меня он где-то есть. – Ария окидывает взглядом стопки книг. Не знаю как, но даже среди такого беспорядка она всегда находит нужную литературу. У нее уникальное чутье.

Словно по мановению волшебной палочки, солнечные лучи добираются до фургона Арии, подсвечивая пылинки, которые кружатся в воздухе, как танцующие балерины. Утро подходит к концу, впереди долгий день. Я встаю из старого кожаного кресла и надеваю фартук.

– Пора за работу.

Пока я гремлю на кухне посудой, Ария прячется за книгой.

– Ты переживаешь, да? – она выглядывает из-за обложки.

– Чего?

– Ты бормочешь себе под нос, машешь руками, да и вообще какая-то взволнованная. Чресла вздымаются.

– А, это. Просто боюсь, что выручки не хватит на ремонт Поппи. Сдается мне, чек будет приличный…

– Да? Я думала, ты из-за Олли так.

– А вот теперь, когда ты мне напомнила, я и из-за него буду переживать.

Ария смеется.

Когда начинается рабочий день, на волнения не остается времени: я думаю только о том, как успевать восполнять запасы чая и булочек. Между делом мне нужно общаться с ребятами в очереди, чтобы они не заскучали в ожидании.

Когда занятое время обеда позади, я протираю столики и мою посуду. Потом снова возвращаюсь к столам с тряпкой в руках и ощущением, что они не отмываются, как бы я ни старалась. К сожалению, времени хорошенько их отдраить у меня нет, потому что вот-вот придут новые гости и мне нужно готовиться.

Звонит телефон, и я хватаю его, в надежде, что это Олли.

– Да?

– Привет, Рози! Это Джош, механик.

А мне-то хотелось услышать голос Олли. Интересно, у него он такой же бархатистый и приятный, каким я его себе представляю?

– Привет, Джош. Как там Поппи?

Он цокает языком.

– Ну, сам ремонт не проблема, а вот запчасти… Сложно достать нужные старушке конечности.

Джош пускается в разъяснения: что ему нужно, что он будет делать и так далее. Я делаю вид, что что-то понимаю, и время от времени издаю «м-м-м» или задумчивое «ага…». В общем, все сводится к одному: будет дорого. А если я хочу, чтобы Поппи вернулась поскорее, будет еще дороже.

– Поняла, – говорю я. – Давайте так: лучше дороже, но побыстрее. Не хочу застрять здесь еще и после фестиваля, работа не ждет. Можете сказать примерную цену?

Он называет цифру, после которой мне требуется минутка, чтобы собраться с духом.

– Хорошо. Похоже, придется попотеть на работе.

– Я позвоню, если что-нибудь изменится.

Я сглатываю. Надеюсь, больше никаких неприятных сюрпризов.

– Еще раз вам спасибо.

Я кладу трубку и понимаю, что мне нужен дополнительный заработок. Нельзя рассчитывать лишь на свою стряпню. И потом, сейчас все то и дело как-то подрабатывают.

Ко мне подходит Ария: книжка в одной руке, кружка с чаем – в другой.

– Кто это? Олли?

Я рассказываю ей про Поппи и про свою идею подрабатывать. Она задумчиво постукивает пальцем по подбородку.

– И то верно. Нельзя рассчитывать только на голод людей. Фургонов с едой становится все больше, большая конкуренция.

– Вот куда меня привело отсутствие запасного плана, – вздыхаю я.

– В смысле «куда»? В самое прекрасное место на свете, моя милая, – ослепительно улыбается Ария.

Я перевожу взгляд на людей, которые блуждают от фургона к фургону. И правда… Это совершенно новый, необычный образ жизни, способ ценить каждое прожитое мгновение, и я рада, что выбрала его. Но мне нужны сбережения для экстренных ситуаций. Вдруг Поппи решит постоянно ломаться? Тогда я буду не жить, а выживать. От одной такой мысли мне становится жутко.

– Что я могу продавать помимо еды?

Ария подливает нам чаю. Когда-то щербатый чайник в ее руках был кобальтово-синим, а теперь он цвета увядшего василька. Мне в голову приходит идея, да такая очевидная, что я хлопаю себя по лбу.

– ЧАЙНИКИ!

Ария подпрыгивает от неожиданности.

– Ой, прости! Можно продавать чайники! Только лучше не на фестивалях, а создать отдельный интернет-магазин. Будем