Сотканные из времени - Нонна Монро

Я закатила глаза, а после потащила Энтони на танцпол. Потому что на нем определенно не хватало главной звезды этого вечера.

Шампанское услужливо ударило в голову, стирая границы реальности. Музыка больше не казалась скучной, как и студенты. Свет плясал по стенам, перепрыгивая на наши лица. Слова песни стали внезапно знакомыми. Хотелось выкрикивать их до хрипов в горле. Я наслаждалась, как и на Багамах. Словно завтра никогда не существовало, а мне осталось лишь несколько мгновений. Руки тянулись к потолку, кудри подпрыгивали от каждого движения. Я не видела перед собой никого, кроме счастливого Энтони с раскрасневшимися щеками и плутовской улыбкой на губах.

Мы сделали передышку, чтобы выпить еще несколько бокалов и дать ногам отдохнуть. Обстановка в конец прекратила быть официальной. Все рассредоточились по залу, болтали, смеялись и фотографировались, не слишком заботясь о макияже и прическе. И лишь Лили на этом празднике жизни горевала, угрюмо поглядывая по сторонам. Глаза блестели от выпитого алкоголя, но он не поднимал настроение.

— В чем твоя проблема? — Я заняла пустое кресло, забирая из ее рук бокал и опустошая его.

— Я надеялась, что смогу обратить на себя его внимание, — честно призналась Лили, сминая края платья. Я легонько ударила по пальцам и заставила взглянуть на себя.

Один из осколков больно кольнул грудь. Я прекрасно понимала, о чем говорит Лили. Но не считала себя уполномоченным советником в этой ситуации. Потому что умела привлекать внимание, однако оно не помогало так, как мне требовалось.

— Ты можешь сидеть тут и киснуть, а можешь повеселиться так, что этим мыслям не останется место в твоей голове. Зажигай, Лили!

Она хмуро улыбнулась, но не сдвинулась ни на дюйм. Я сжала кулак и шумно выдохнула. Либо меня продолжит крыть безудержная волна радости, либо я разнесу здесь все, выплескивая накатившие эмоции.

— Твое счастье не должно заключаться во внимание каких-то людей, — прошипела я, нарушая собственные правила. — Прекрати утопать в жалости. Начни наконец-то жить.

На этом я сложила свои полномочия, встала и отыскала взглядом поднос с шампанским. Вернее, официанта с подносом. Подносы же не могли сами кружиться по залу без чьей-либо помощи? Точно.

Никаких больше советов. Нравоучений. И опеки. Лишь золотые пузырьки, проникающая под кожу музыка и объятия с Грейсом. Потому что Тайлер намеренно игнорировал то место, где мы отрывались.

Я потеряла счет времени. Не могла больше различать лица. Все они казались безликими, лишь украшенными волосами: светлыми, темными, короткими, длинными. Одно оставалось неизменным: сильные руки с выступающими венами не сползали с моей талией. Малыш Грейс в какой-то момент решил, что будет моим личным охранником и не подпустит ни одного человека, между ног которого болтается член. Я была не против. Ровно до того момента, пока не объявили тот самый танец.

Мы отошли обратно к столику, чтобы проверить ставки. Я была уверена, что преподаватели не останутся в стороне и покажут молодежи на своем примере, как важно медленно топтать пол, а не пытаться пробить дыру на первый этаж. Самым смелым оказался Стивен. Он подал руку одной из студенток и вывел в центр зала. Никаких свистов и смешков, потому что мы все взрослые, безусловно не трезвые люди. Затем кто-то из парней пригласил миссис Стюарт. Та для приличия покраснела, но согласилась. У меня чесались руки от предвкушения. Потому что помощница определенно стояла в конце очереди, ведь фан-клуб Нейта уже устремился к нему.

— С тебя сотня, — сказали мы с Энтони.

— Подожду твоей ставки, вдруг будем в расчете.

Нейт закружился с рыженькой высокой девушкой, бросив на меня лукавый взгляд. Но смотря на них я не чувствовала ни ревности, ни обиды. Потому что он мог танцевать хоть с каждой, однако сердце в моей сумочке. Как и яйца.

Малыш Грейс хотел пригласить меня, но я кивнула в сторону Лили, что все еще копошилась в своем дерьме. Она не сразу поняла, что Энтони действительно обратились к ней и серьезно пригласил на танец. Поднявшись, Лили чуть ли не опрокинула кресло. А склонившись, чтобы его поднять, едва не перевернула стол. Я поджала губы, без слов умоляя ее прекратить.

На танцполе Лили попала под очарование Энтони и наконец-то перестала деревенеть от одного лишь взгляда. Ее плечи расслабились, движения стали плавными. А я же пыталась быть хорошей соседкой и наблюдала за Кристофером. Тот, если и обратил внимание на Лили, виду не подал. Он покачивал головой не в такт музыки и неспешно потягивал сок.

— Твой сосед имеет что-то против алкоголя?

— Мы не обменивались анкетами.

Я вскинула брови, смотря, как подрагивают уголки губ Тайлера.

— Ты сегодня невыносим.

— Но ты все равно меня любишь.

Я не стала подтверждать или опровергать.

— Любишь, — еще раз сказал Тайлер, пытаясь выискать в глазах ответ.

Ни один мускул на моем лице не дрогнул. Я же говорила, что умею держать эмоции под контролем?

— Кэтрин?

— Тайлер?

Он откинулся на спинку стула и усмехнулся. В отличие от нас с Энтони, Тайлер оставался трезвым. А еще неподвижным. Вот только взгляд серых глаз выдавал владельца с потрохами. Я проследила за ним и наткнулась на Джульетту. Вернее, Эшли.

Она сидела со своей подружкой-наседкой и лишь изредка поглядывала в нашу сторону. И вряд ли ее интересовала я. Эшли может и мечтала о том, что Тайлер пригласит ее на танец. И я бы не удивилась, если бы он это сделал. Вот только через несколько минут Харпер Браун влетела бы в платье от Армани и поволокла бы дочь домой. После засунула бы в ведро с хлоркой и несколько часов заставила бы ее отмываться от сына Джеффа Гилла. И стоило это предположить, как внутри меня зажегся огонек. Языки пламени плясали, разливаясь адреналином по венам. Я бы хотела столкнуться с Харпер, чтобы поставить ее на место. И нет, не ради Эшли. А ради себя.

Спустя несколько лет танец закончился. Все разбрелись по местам, жадно атакуя столы. Я же, распаленная от желания расправы, не могла усидеть. И даже стоять казалось невыносимым. К несчастью, идти было особо не куда. Зал занял весь второй этаж, а не первом были тренажеры и бассейн. Дьявол.

Кожа горела и зудела. Я требовательно вскинула ладонь и, почувствовав вес пачки сигарет и зажигалки, направилась к выходу, где и столкнулась с блонди. В ее взгляде плескалась… жалость?

— Какого черта ты так смотришь на меня?

— Что, прости?

— Ты слышала вопрос, — выплюнула я, хмуря брови.

Она рассеяно оглянулась, в поисках помощи. И нашла ее в лице Нейта.

— Кэтрин. — Строгость смешалась с фирменным спокойствием Эндрюса, но меня было не остановить. Он взглядом кивнул в сторону коридора, и, кто бы мог подумать, помощница потащилась за нами. Я не сводила с нее глаз. Она пыталась казаться маленькой и пугливой. Жалась