Шрамы прошлого - Яна Сова

– Они увольняют Дрейка?

– Тэрон, твою мать! – закричала Мелинда, путаясь в футболке. – Отвернись!

Молодой человек отвернулся и повторил свой вопрос.

– Нет, Аллан сказал, что Дрейку нужен помощник. – Натягивая на бедра джинсы, она поинтересовалась: – Кстати, куда ты ездил?

– У меня сломался планшет. Я разбил его вдребезги, уронив на пол в ванной. Пришлось с раннего утра ехать в город, ждать результатов диагностики и ремонта. Слава богу, оно того стоило, и мне его починили.

– Рада это слышать, – заключила Мелинда, удобно усевшись на камне и надев солнечные очки. – Кстати, можешь поворачиваться.

Тэрон подчинился и увидел, как девушка извлекает из рюкзака и ставит на камень багет, бутылку вина и еще ряд походных принадлежностей.

– Какой ни была бы цель твоего похода к озеру, вижу, ты отлично подготовилась, – прокомментировал Тэрон, приблизившись. – Здесь намечалось какое-то интересное романтическое мероприятие?

Ввинчивая штопор в пробку, Мелинда помотала головой.

– Нет, я пришла сюда, чтобы отметить окончание школы. Конечно, оценки за экзамен я еще не знаю, однако чувствую себя так… по-взрослому, что ли. Прозвучит странно, но я словно повзрослела за те четыре часа, что просидела сегодня за компьютером.

Тэрон поставил обутую в высокий кроссовок ногу на край камня.

– Это нормальные ощущения, – проговорил он, подпирая ладонью подбородок. – Помнится мне, когда я окончил школу, то еще месяц не мог прийти в нормальное состояние. Чувствовал себя невероятно крутым, взрослым и потерянным одновременно.

– Точно.

– Но раз уж ты говоришь, что романтического свидания не намечалось, к чему была устроена эта топлес-демонстрация?

Радуясь тому, что ее глаза закрывают темные очки, Мелинда сильно зажмурилась. К щекам резкой волной прилил жар, и девушка могла поспорить, что Тэрон не оставил это без внимания. Ей до сих пор было ужасно стыдно, что она перепутала его с Алланом, и Форбс… увидел явно больше дозволенного.

– Я думала, это Аллан, – сказала она, все еще с зажмуренными глазами. – Несколько дней назад я привела его сюда и сказала, что это мое любимое место вблизи поместья. Когда я услышала шаги, то подумала, что он вернулся с работы пораньше, и, не обнаружив меня в доме, отправился на поиски. – Мелинда вздохнула и пожала плечами. – Но это оказался ты.

– Ну-у, – протянул Тэрон задумчиво, – не стану лукавить: в какой-то мере я был даже рад побывать на месте своего друга.

– Боже, Тэрон! – воскликнула Мелинда. – Зачем ты говоришь мне такое? Если ты забыл, у меня есть парень. И он, между прочим, твой лучший друг.

– И что? Разве я сказал, что хочу увести тебя у Аллана или как-то навредить? Ничего подобного у меня и в мыслях не возникало. Я всего-навсего обычный парень, не пропускающий возможности полюбоваться красивой девушкой. Так что ничего личного, Мелинда, мое внимание – лишь издержки гендерной принадлежности.

– Хочешь сказать, все парни одинаковые?

– А ты, наверное, думаешь, будто Аллан святой? Я ни в коем случае не хочу его ни в чем обвинить, ведь он хороший парень, и, готов поспорить, любит только тебя. Но, опять же, он – парень.

Мелинда приподняла на лоб очки, наградив Форбса укоризненным взглядом.

– Если ты бабник, еще не значит, что половина человеческого рода такая же. Несмотря на твой жизненный опыт и годы, у тебя невероятно дурное представление о людях, Тэрон.

Наблюдая, как неумело Мелинда пытается открыть бутылку и тщетно крошит штопором пробку, парень придвинулся чуть ближе и молча забрал вино из рук девушки.

– Думай как хочешь, – сказал он, после чего вкрутил штопор в пробку, крепче стиснул его между пальцев и с характерным хлопком вырвал пробку из горлышка. – Вы, женщины, чертовски неоднозначные существа: прекрасно знаете, что представляют из себя мужчины, в глубине души ужасно их ревнуя, но в то же время пытаетесь убедить себя в их невинности и жутко злитесь, когда кто-то пытается убедить вас в обратном.

– Я не буду спорить, но скажи вот что: зачем ты мне все это говоришь?

– Чтобы ты сильно не расстраивалась, когда моя теория подтвердится. Уверен, что по прилете в Нью-Йорк, вы обязательно пойдете на тусовку или пляж, где Аллан ненароком засмотрится на какую-нибудь полуголую красотку.

Мелинда закатила глаза.

– Боже, я не представляю, как тебя выносит твоя девушка.

– Прежде чем расскажу, хочу попросить у тебя стаканчики.

Мелинда посмотрела на Форбса с прищуром, но все же протянула ему уже початую пачку стаканчиков, купленную накануне Алланом в «Уолмарте».

– Великодушия тебе не занимать, – отозвался Тэрон, наполняя первый стакан и протягивая его девушке. – Помнится, ты хотела задать мне вопросы о вампирской жизни. А у меня как раз есть на это время.

Мелинда недоверчиво нахмурилась.

– Ты что-то задумал?

– Нет, просто хочу поболтать. – Тэрон одним глотком выпил содержимое своего стакана. – Да и кто знает, вдруг за оказанную услугу, ты сможешь мне в чем-нибудь помочь. По-дружески. – Увидев, что девушка хочет возразить, Тэрон быстро проговорил: – И, конечно, моя просьба будет лишена всякой пошлости, так что пока я нахожусь у вас в гостях, можешь задавать любые вопросы. У меня еще есть парочка дней до отъезда.

Пристально глядя на собеседника и пытаясь отыскать хотя бы малейший намек на возможный подвох, Мелинда сдалась.

– Ладно, тогда продолжим с момента, на котором в прошлый раз остановились, – проговорила девушка, впервые отпив из стакана. – Я много думала о тех несчастных, кого обращают против воли. Мне не раз говорили, что становление вампиром – процесс далеко не быстрый и напрямую связанный с магией. И раз это действительно так, каким образом вампиры могут обращать своих случайных жертв так стремительно?

– Своих, как ты выразилась, «случайных жертв» вампиры обращают через обыкновенный укус, после чего опаивают своей кровью и навсегда скрываются в неизвестном направлении. Конечно, этот способ обращения извращенный и имеет множество последствий, однако чрезвычайно простой.

– И какие же последствия следуют за таким обращением?

Воспользовавшись паузой в своей речи, Тэрон поднял с земли бутылку и повторно наполнил свой стакан.

– Для неправильно обращенных вампиров существует сленговое прозвище «нечистые». Называют их так, потому что, как и люди, они могут болеть и являться переносчиками различных заболеваний. Более того, когда человека обращают по такому принципу, существует огромная вероятность, что его организм начнет сопротивляться и по итогу будет медленно умирать. Выжившим нечистым приходится время от времени прибегать к медицинской помощи, чтобы не отбросить коньки от дисфункции какого-нибудь органа. У них не самый лучший иммунитет, и вообще слишком много от человека: непереносимости, хронические заболевания, остающиеся с ними после обращения, и склонность к тяжелым зависимостям. В отличие от вампиров, обращенных