Развод! Смирись, милый! - Ника Горская

Он приходил весь тот месяц, что я провела в больничной палате. Каждый день, хоть я и просила его не делать этого.

При отсутствии привычных манипуляций с его стороны, постепенно я стала привыкать к его визитам.

Соседка по палате неустанно повторяла как мне повезло с мужем.

Подробности своей личной жизни я предпочитала не разглашать, поэтому на её восторги привычно отмалчивалась. Но странно было не заметить ту холодность и напряжение с которыми я каждый раз реагировала на визиты «мужа».

В день выписки меня забирал так же Градов.

Довёз до дома, поднял в квартиру мои вещи и попрощавшись у порога, просто ушёл.

Именно в тот момент, стоя у закрытой двери, я осознала, что это и есть принятие с его стороны. Назар перестал считать себя моим мужем.

Я рада этому. Правда!..

Только сама не поняла почему весь вечер потом проревела.

С наступлением беременности всё для меня стало вторично.

Я окончательно уволилась из бутика, когда выяснилось, что мне необходима госпитализация.

Благодаря щедрости бывшего мужа у меня нет поводов беспокоиться о финансах. Мой счёт в банке это подтверждает.

Лёжа на сохранении, я успешно сдала последний дистанционный экзамен и получила сертификат об окончании курсов графического дизайна.

Я планирую и дальше развиваться в этом направлении. Буду брать небольшие заказы, которые не занимают много времени и сил…

Дни стали плавно перетекать в недели, а те в — месяца. Время будто ускорило свой бег, при этом став каким-то особенным, наполненным новыми ощущениями.

Я стала много времени проводить на свежем воздухе, словно пытаясь впитать в себя всю спокойную, неспешную красоту наступившей весны.

Раньше я всегда торопилась, куда-то спешила, а теперь сама не замечаю, как могу часами сидеть на скамейке в парке, наблюдая за игрой света на листьях деревьев и слушая далекий детский смех.

Появилась странная потребность в тишине и в том, чтобы чувствовать, как мир вокруг живет своей жизнью, не требуя от меня ничего взамен.

Даже еда стала приобретать новые, более глубокие вкусы, и порой простые фрукты казались настоящим сокровищем. А вечерами, укутавшись в тёплый плед, я часто просто стояла у окна, глядя на звезды.

В эти моменты наступало особое умиротворение, которое раньше было мне незнакомо. Внутри всё затихало, и я чувствовала, как меняется не только моё тело, но и растёт какая-то внутренняя, глубокая сила, спокойствие, способное справиться с любыми трудностями.

Во всём этом неизменно одно — присутствие Назара. Ненавязчивое, аккуратное, бережное.

Я настолько привыкла к этому, что сама не поняла, как стала снова воспринимать его внимание ко мне как нечто само собой разумеющееся.

При этом установившаяся между нами невидимая дистанция не сокращается ни на миллиметр. И меня это вполне устраивает. Назара, судя по всему, тоже.

Так я думала до определённого момента…

Который изменил, если не всё, то очень многое…

* * *

— Привет, — открываю дверь и отхожу в сторону, пропуская Градова в квартиру.

— Привет, Вика. Как себя чувствуешь? — он курсирует взглядом по моему телу, останавливаясь на округлившимся животе.

— Нормально, — отвечаю, неопределённо пожав плечами.

Назар позвонил сегодня днём и попросил о встрече. Сказал, что хочет поговорить.

Память не даёт забыть, что ещё совсем недавно все наши с ним разговоры неизбежно заканчивались моим душевным сотрясением. Штормом в десять баллов.

— Держи, — он передаёт мне крафтовый пакет, с логотипом популярной кондитерской. Заглянув внутрь, обнаруживаю несколько фруктовых десертов.

— Спасибо, — благодарю и иду в кухню.

Градов идёт за мной.

Оставив пакет на столе, ставлю греться чайник.

— Кофе? — предлагаю, не оборачиваясь и подхожу к кофемашине.

— Да, спасибо.

Мысли безжалостно атакуют флешбэки. Как несколько месяцев назад мы точно так же сидели на этой кухне. Я предлагала ему кофе, а он взял намного больше…

Ставлю перед ним чашку горячего американо, а Назар, словив мой взгляд, будто в мою голову протиснуться пытается.

— Ты такая красивая, — низкий голос обдаёт кожу жаром. — Тебе очень идёт беременность.

Взяв чайник, заливаю кипяток в кружку с заваркой.

Нервно кусаю губы, ломая голову над тем, что ему нужно.

Зачем всё это говорит?..

Прикладываю ладони к щекам, чувствуя, как начинает гореть лицо.

Слышать такие комплименты от Градова странно. Ведь он уверен, что во мне растёт ребёнок от другого мужчины.

— Что ты хотел, Назар? — спрашиваю, повернувшись к нему.

Сложив руки на груди, жду что он скажет.

— Вы ведь расстались с… отцом малыша?

Этот вопрос настолько обескураживает, что у меня внутри автоматически зреет протест.

За всё это время Градов ни разу не переходил черту.

Почему делает это сейчас?..

Прикрыв глаза, сдержано выдыхаю.

— Можешь ничего не говорить. Мы оба знаем ответ.

Спорить, доказывая обратное я не буду. Это глупо.

— К чему этот разговор, Назар? — теряю терпение.

От жуткого нервного напряжения начинает сводить мышцы рук и шеи.

— Хочешь я стану отцом твоему ребёнку?

На этой фразе получаю электрический разряд в грудь, от которого кислород в лёгких стремительно заканчивается.

— Для всех он будет мой, — продолжает Градов. — Для меня, конечно же, тоже.

Смотрю на бывшего мужа широко раскрытыми глазами и пытаюсь уложить в голове сказанное им…

Глава 47

Вика

— Что?.. — спрашиваю тихо, боясь пошевелиться.

В груди очень горячо становится. И распирает.

Кажется, Градов сошёл с ума.

— Я возьму на себя всю ответственность за ребёнка, — говорит уверенно, спокойно. — Он будет моим. Нашим, — тут же дополняет.

Чуть сузив глаза, Назар ощупывает меня взглядом, а я едва не давлюсь эмоциями.

Он ждёт ответа.

А я понятия не имею что на это сказать.

Я будто в самый эпицентр стихийного бедствия попала. Меня мотыляет изо всей силы, будто в настоящей центрифуге.

— Раз уж вышло так, что общего нам родить не суждено, — добивает меня Градов.

Его откровение пробивает брешь в моей броне.

Внутри бушует пожар. Сожаление и чувство вины выворачивают меня наизнанку. Через горло лезут наружу.

Кусаю губы, сдерживая себя. Чтобы не вывалить на него свою правду.

Я не планировала обманывать, а выходит так что в своей лжи зарываюсь с каждым днём всё больше.

Повисшая тишина бьёт по оголённым нервам.

— Вика, я не требую от тебя ответа. Просто подумай над тем, что я сказал.

Я всегда считала Градова принципиальным. Для меня он само воплощение твёрдости и непоколебимости. Но то, что он сейчас озвучил, выбило почву из-под ног, заставив моё восприятие реальности пошатнуться.

Его предложение кажется диким, иррациональным, неправильным.

Как он может всерьёз предлагать такое?..

И главное, зачем?

Какое ему дело