Небо сквозь жалюзи - Дарья Панкратова

– Потрясающе, – подтвердила Агата, и Инга, помахав перед ее носом разворотом газеты (цветной мебельный модуль на полполосы с очаровательным личиком и ножками Инги и правда смотрелся отлично), убежала дальше – не то в редакцию, не то к маркетологам.

Агата уже безо всякого аппетита кинула в рот одну за другой шоколадные конфеты, запила остывшим безвкусным чаем и вернулась в отдел – переживать.

* * *

– Агата, послушай, я тут подумала и решила, что, наверное, погорячилась… – повернулась к ней вместе со своим компьютерным креслом Альбина.

– Что со мной не так? – не слушая, перебила ее Агата.

– Не так? О чем ты?

– Если не считать того, что мне трудно продавать и привлекать рекламодателей, что со мной не так?

– Не понимаю, – пожала плечами Мари, – о чем она говорит вообще?

– Я сижу у вас под самым носом, а вы даже не попробовали сфотографировать меня для рекламы мебели из кабинета директора.

– Нам и в голову не пришло, что тебе это может быть интересно…

– А какой девочке может быть неинтересно поучаствовать в фотосессии? Некоторые говорят, будто терпеть не могут фотографироваться, но я считаю, что это либо от комплексов, либо никто не предлагает.

– Смотрите, как она заговорила, – усмехнулась Леля.

– А ты к какой категории относишься? – лукаво поинтересовалась Мари.

– Ладно… В следующий раз постараемся задействовать тебя в каких-нибудь съемках, – примирительно сказала Альбина.

– Не надо.

– Не надо? Но почему?

– Вы ведь не позвали меня потому, что я плохо выгляжу, так?

– Разве она плохо выглядит? – удивилась Леля.

– Боюсь, дело тут серьезней, – пробормотала Альбина, встала и направилась к кофеварке. – Агата, ты только не плачь, договорились? А то придет Вадимов, не поймет, опять решит, что дело в мужчине, расстроится…

– Тебе бы все шуточки шутить, да?

– Не плакать же, – пожала плечиками Альбина, – разбираться надо. Агата, клади себе сахар.

– Я только что чай пила.

– А, так вот куда ты сбежала. Ничего, лишняя порция тонизирующего не повредит.

Агата положила четыре ложки сахара и опомнилась, когда рука уже потянулась за пятой…

– Теперь выкладывай, – велела Альбина.

Леля не слезла со своего рабочего места, но развернулась корпусом к общему столу, не желая ничего пропустить. Мари подсела к девушкам со своей чашкой.

– Вы не позвали меня сняться для модуля. На корпоративном вечере никто не пригласил меня на танец. Вообще никто! Ни единого раза. А еще один знакомый парень сказал, что я его не интересую…

– С этого и надо было начинать, – с облегчением выдохнула Альбина. – Если женщина недовольна собой – значит, что-то произошло с ее мужчиной!

– Да он вовсе не мой мужчина. Просто мне казалось, что между нами могло бы что-то быть. Что-то… хорошее. Тем более мы столько времени провели вместе. Помогали друг другу…

Леля со своего места рассудительно заметила:

– Насильно мил не будешь… Будь ты хоть семи пядей во лбу и при этом мисс Вселенная.

– Да погоди ты с пословицами, – отмахнулась Альбина. – Агата, на мой взгляд, проблема в том, что ты запустила себя…

– Запустила? Я часто моюсь!

– Еще одна юмористка. Не хочешь слушать – не жалуйся, идет?

– Нет-нет, я слушаю. Причем внимательно.

– Я хотела сказать, конечно, не столько о запущенности. Хотя в самом начале своей работы у нас, Агата, ты выглядела более презентабельно.

– А что со мной не так? – удивилась Агата.

– Было видно, что ты выбираешь, что надеть, с вечера. Укладывалась, подкрашивалась иногда. Куда делись брючки? Сплошные хвосты и пучки! Кстати, хочу заметить, что даже банальный хвост или пучок можно сделать оригинальными и красивыми. А в последнее время, Агата, ты не вылезаешь из джинсов.

– У меня много работы, я устаю, – пробормотала девушка.

Альбина секунду смотрела на нее, недоуменно подняв брови, а затем прыснула:

– Вообще-то я тоже!

Леля весело фыркнула.

– Особых проблем с внешностью у тебя нет. Думаю, и с кавалерами их раньше не было.

– Ну… да.

– Дело не в твоей внешности, Агата, а в отношении к себе.

– А что с моим отношением? – уточнила Агата.

– Беда в том, что ты не можешь определиться. Ни нашим, ни вашим. Вот Леля у нас грубовата…

– Да, не без этого, – довольно кивнула Леля.

– …и она в этом органична. Хорошо себя чувствует. Думаю, и кавалеры попадаются, да, Лель?

– Бывает.

– Она сделала свой выбор в пользу джинсов, задорной короткой стрижки, флисок, спортивного стиля, и остается ему верной. А ты… Ощущение, что ты до сих пор не можешь определиться, в каком же направлении стоит двигаться. Дело не в том, что ты не вылезаешь из джинсов. Ты бессистемно подбираешь одежду. Ты не видишь себя со стороны, не знаешь возможностей своей фигуры.

– Думаю, они у нее немалые, – согласно кивнула Мари. – Рост не слишком высокий, можно позволять любые каблуки, пропорции хорошие, противопоказаний ни для чего нет…

– Да. Так что надо только определиться. Ну, и… больше любви к себе, Агата.

– Надо будет постараться.

– Нет, вы слышите, как она отвечает? – Альбина заливисто расхохоталась.

– У вас тут что, внеочередное совещание? – Марина с деловитым видом заглянула в отдел.

– Почти. Собираемся проводить рестайлинг нашего референта.

– Звучит великолепно, но, пожалуйста, по-русски.

– Агата переживает, что совсем перестала нравиться мужчинам, – объяснила Мари.

– Пустяки, дело житейское. Пробегитесь с ней по магазинам.

– Это было бы замечательно, но что там насчет зарплаты?

– Видишь, Агата, из-за тебя приходится выдавать главный стратегический секрет нашей бухгалтерии. Зарплата будет не сегодня, так завтра. Можете планировать налет на бутики.

– Что скажешь, Агата? – Альбина подмигнула. – Готова к преобразованиям? Хуже не будет, уверяю тебя. Только лучше.

– Соглашайся, – велела Марина, – а то уволю. Секретарь – это лицо отдела! А у тебя оно в последнее время хмурое и недовольное. Ну, а Альбина плохого не посоветует. Достаточно только взглянуть на нее…

Из кабинета Марины донеслась трель телефонного звонка, и босс спешно ретировалась к себе.

– Ну, девочки, – подвела итог Альбина, – решение принято. Предлагаю определиться: это будет самостоятельный проект или кто-то хочет подключиться?