Безрассудная любовь - Татьяна Милях

Торопливо поднимаясь по лестнице, Дарья Павловна слышала цокот копыт и грохот отъезжающей кареты, но звуки улицы тонули в гуле, звенящем в её ушах. Сердце, готовое впрыгнуть из груди, тревожно ныло, и mademoiselle Томилина себя нещадно ругала. «Да что же это такое? Ты совсем сошла с ума! Ты не должна! Не должна! Слышишь?! Не должна даже думать о нём! Из-за него твоя семья потеряла всё. Из-за него погиб Андрей», – кипятилась она, но откуда-то из глубины души слабое нашёптывание напомнило ей разумные слова графини Новицкой и бесхитростное фырканье Дуняши: «Андрей сам во всем виноват… Он сам, движимый минутными порывами, совершал глупость за глупостью. Это и привело его к гибели».

Но, не давая подобным мыслям взять вверх, Дашенька решила больше не позволять Шелестову морочить себе голову. «Всё! Хватит! Не стоит больше встречаться с ним. Завтра после концерта я однозначно скажу ему, чтобы он больше не искал со мною встречи», – подумала она и, полная благих намерений, легла спать.

Утром мадмуазель Легран оправилась в мастерскую мадам Буланже. Модистка, таинственно улыбнувшись, скрылась за портьерой и через некоторое время горделиво внесла в примерочную бальный наряд. Дашенька только руками всплеснула.

– Мадам, но я заказывала другую ткань и фасон! Я не смогу оплатить это платье!

– Не беспокойся, Дениз, всё уже оплачено, – торжествующе блеснув глазами, ответила модистка.

– Кем? – Дашенька строго взглянула на Софи

– Какая вам разница, мадмуазель? – Француженка воровато отвела глаза и, невинно пожав плечами, затараторила: – Я нашла мецената, согласившегося оказать вам небольшую услугу. Чему удивляться? У вашего таланта куча ценителей!

– Кто он? – упрямо повторила Дашенька.

– Месье хотел сохранить втайне своё имя, чтобы вы не считали себя ему обязанной.

– Мадам, это князь Шелестов? – не отступала mademoiselle Томилина.

– С чего вы взяли? Говорю же: это не моя тайна, – стойко держала оборону Софи, но по её плутоватому взгляду Дашенька поняла, что она угадала.

– Я не возьму этот наряд! – протестующе нахмурилась девушка.

– Помилуйте, Дениз?! В чём же вы тогда будете выступать? И зачем вы хотите обидеть меня? – модистка скорчила несчастную гримасу и, опустив голову, показательно всхлипнула. – Я так старалась, мадмуазель! Так хотела вам угодить! Нашла мецената! А вы… – Она отвернулась и, увлечённая собственной обидой, действительно прослезилась.

– Мадам Буланже, простите, – растерялась Дашенька, и ей сделалось совестно. – Ну, зачем вы так. Хорошо, я надену ваше платье, только не плачьте, – сдалась она.

Модистка торопливо утёрла глаза и, сразу просияв, засуетилась.

– Вот и славно, мадмуазель. Давайте я помогу вам одеться.

Подгоняя платье по фигуре, Софи мастерски колдовала над нарядом, а закончив работу, отошла в сторону и придирчивым взглядом осмотрела результат. Увидев себя в зеркале, Дашенька оробела: с другой стороны стекла на неё смотрела сказочная нимфа или древнегреческая богиня. Девушка просто не узнавала себя. Платье получилось восхитительное и безусловно ей шло.

– Даже лучше, чем я ожидала! – с торжествующим видом воскликнула мадам Буланже и положила перед мадмуазель веточку, схожую с цветами на платье. – Вот смотрите, я подготовила вам украшение для волос. А вот ваши перчатки, веер, ридикюль и маска, – открыв коробку, продемонстрировала модистка.

С удивлением разглядывая аксессуары, Дашенька натянула перчатку. Белоснежный шёлк, вышитый по краю салатовой нитью, обтянул изящную ручку, и девушка не смогла сдержать улыбки. Веер, ридикюль и маска были обтянуты тем же шёлком и украшены зелёными листочками и нежно розовыми цветками цикламена.

– Мадам Буланже, у меня нет слов! – выдохнула Дашенька. – Вы просто фея из сказки!

– Нет, я лучше! – сверкнув глазами, возразила Софи. – Это всё настоящее и не превратится в тряпьё, как только пробьёт полночь, – гордо заявила она. – Ну что ж, к вечеру всё будет готово. Дениз, моя подруга согласилась сделать вам причёску. Вы подъезжайте чуть пораньше, а когда она закончит, я помогу вам одеться.

– Спасибо, мадам! Вы просто чудо! – обняла Дашенька модистку.

– Мы, бедные женщины, должны помогать другу ругу, – улыбнувшись, вздохнула Софи, повторяя своё любимое выражение, но вдруг она озабочено нахмурилась. – А как насчёт украшений, Дениз? На шее обязательно должно быть украшение! Без него просто неприлично! – разволновалась француженка и посоветовала: – Выберите в театре из реквизита.

– Не беспокойтесь, Софи. Я смогла сохранить украшения матушки. Думаю, с этим платьем лучше всего будет смотреться изумрудный кулон в бриллиантах и такие же серьги, – mademoiselle Томилина с благодарностью улыбнулась .

Получив одобрение модистки, девушка поспешила на выход, но мадам Буланже вдруг вспомнила:

– Кстати, Дениз, вы не уступите мне Дуняшу на пару дней? С вашим нарядом мы забросили другую работу, и теперь надо навёрстывать упущенное, – умоляюще взглянула она.

Дашенька конечно же согласилась: какие могут быть разговоры, когда мадам сделала ей такой подарок? И полная предпраздничного волнения мадмуазель Легран отправилась в особняк Шелестовых.