Подкидыш для бизнес-леди - Гала Григ

— А ты кто такой? Может еще документы прикажешь предъявить? Давай топай, пока цел.

Изнутри были слышны голоса. Вернее, женский голос и мужское неразборчивое бормотание. На мою попытку открыть дверь, мужчина решительно оттолкнул меня, давая понять, что не намерен дальше разговаривать.

— Я сказал, проваливай!

Пришлось отступить, пожалев, что приехал без Шувалова. Фактически, я не имел права расспрашивать о том, кто находится внутри. Хотя был почти уверен, что Соболев с Юлей здесь.

Понимая, что удостовериться в их присутствии не получится, решил вернуться сюда с Шуваловым и его ребятами. Надо было торопиться, ведь беглецы, обеспокоенные моим настойчивым любопытством, могли уехать.

А дальше случилось то, что случилось.

Тарас закончил свой печальный рассказ и замолчал, опустив голову.

— Получается, они действительно сбежали, оставив Стаса в опасности? — страшная мысль буравила мозг, но не укладывалась в рамки допустимого.

— Получается, так. Думаю, скоро все прояснится, — подытожил Данила и добавил: — Ладно, я вынужден оставить вас. Мне еще к Элине надо заехать.

Мы с Тарасом понимающе переглянулись. Нам тоже не терпелось остаться вдвоем. Несмотря на трагизм последних событий, хотелось насладиться радостью от полного восстановления Тараса.

Я не могла оторвать от него глаз и в его взгляде тоже читала обожание.

Как только за Шуваловым закрылась дверь, мы прильнули друг к другу. И долго стояли молча, испытывая непередаваемое ощущение счастья. Правда, оно было приправлено привкусом горечи. Но об этом не хотелось думать.

Тарас увлекает меня наверх, крепко удерживая в своих объятиях. Едва закрыв дверь, привлекает меня к себе и осыпает поцелуями лицо. Он спешит, словно пытается наверстать упущенное время. Мне становится страшно — ему нельзя волноваться.

Эта мысль — последнее, о чем я успеваю подумать.

Когда он находит мои губы и я ощущаю солоноватый вкус страстного поцелуя, меня охватывает томление и непреодолимое желание раствориться в охватившем каждую клеточку наслаждении.

Воздуха не хватает. Становится трудно дышать. Кажется, еще мгновение, и мы задохнемся от бушующего в нас желания.

Действительность отступает. Ее нет. Всё сущее уже не существует. Всё. Кроме одного — испепеляющей страсти, вдруг поглотившей нас…

Глава 53

Юлю искать не пришлось. Она сама явилась… ко мне за сыном. Увидев нежданную гостью на экране домофона, я не сразу узнала ее. Вид у беглянки был изрядно потрепанный. Помятое одутловатое лицо дополнялось небрежностью одежды.

— Звони Шувалову, пусть немедленно приезжает. Это Юля! — успеваю бросить стоящему рядом Тарасу.

Взяв себя в руки и одев маску естественного удивления, открываю дверь. И даже умудряюсь изобразить нечто вроде доброжелательной улыбки. Попутно удивляюсь, как мне это удается. Меня колотит внутренняя дрожь. Но я понимаю, что должна сохранять видимость спокойствия.

— Привет! — Юля не заморачивается правилами приличия. — Я за Артемкой.

По всему видать, что она нервничает и спешит.

— А где Стас? — спрашиваю, стараясь тянуть время.

— Он поехал сразу домой и ждет нас там.

— Но я не могу отдать тебе ребенка без его ведома. Сейчас созвонюсь с ним.

— Что значит «не могу»?! Я мать! А звонить не стоит, он потерял телефон.

Градус Юлькиного волнения и нетерпения зашкаливает. Присутствие Мамаева ее настораживает. Но она продолжает настаивать.

Я понимаю, что должна задержать ее до приезда Шувалова. Надеюсь, что он оперативно откликнется на звонок Тараса.

— Может быть, ты хотя бы объяснишь, почему от вас так долго не было вестей? — пытаюсь вызвать ее на разговор. Мысленно молю Бога, чтобы Софья не спустилась в гостиную с Темушкой.

Тарас, словно подслушав мои мысли, поднимается в комнату Софьи. Я с облегчением вздыхаю, надеясь, что он предупредит ее, чтоб не показывалась с малышом.

Понимаю, что долго удерживать Юлю не смогу. При этом отправить ее тоже нельзя. Поэтому предлагаю ей присесть и выпить кофе.

— Какой кофе! Я хочу видеть своего сына! Ты что не понимаешь, я соскучилась, и хочу поскорее забрать его, — она уже потеряла терпение и перешла на крик.

Счастливые совпадения существуют. В критический момент, когда у меня уже исчерпаны все аргументы, приезжает Шувалов. И не один, а с оперативной группой. Как выяснилось позже, звонок Тараса застал его по дороге к нам, и он успел предпринять необходимые меры для задержания Юли.

Дальше все происходит, как в кино. Оперативники предъявляют Юле обвинение в оставлении человека в опасности. Про наркотики и незаконное удержание Стаса пока говорить рано.

Естественно, она отрицает причастность к произошедшему. Ведет себя не вполне адекватно. Пытается сопротивляться, бушует.

Как ни странно, она не умоляет дать ей минутку, чтоб увидеть сына. Не плачет.

Я потрясена. Неужели в ней не осталось ничего человеческого? Зачем тогда явилась? Зачем удерживала Стаса? Зачем довела его до состояния овоща?

Шувалов с Тарасом заверили меня, что все выяснится в ходе следствия.

Со слезами на глазах взлетаю по лестнице. Забегаю в комнату Софьи. Она встревожена и тоже плачет, прижимая к себе Темушку.

— Что там?

— Ее увезли. Но она, наверняка, приехала не одна. Поэтому надо быть осторожнее. Вам лучше не спускаться вниз. Так будет безопаснее для Темы. Кто знает, что за мужчина, с которым она связалась. Скорее бы его нашли.

День проходит в тревожном ожидании.

Ближе к вечеру приехали Шувалов и Элина. Все взоры устремились на них.

— Уже задержан Юлин сообщник, Николай Зверев, — сообщил Данила. — Они оба даже не собирались скрываться. Юля заявилась сюда. А он в это время прохлаждался в квартире Стаса. Там его и взяли тепленьким, расслабленным и спокойно попивающим пиво.

— Юля отказывается что-либо рассказывать, — продолжал он. — Твердит только, что приехала вдвоем с Соболевым. Но все со временем прояснится. Даже если она продолжит молчать, есть надежда, что Стасу полегчает. И он сам расскажет, что с ним приключилось. А пока беглянка посидит, подумает, поймет, что отпираться нет смысла.

— Однако, они странно ведут себя. Неужели настолько уверены, что им ничего не грозит? — удивился Мамаев.

— Да они оба обкуренные. Утратили представление о реальности. Поэтому неудивительно, что не пытались скрываться.

Мы все взволнованны. Особенно это видно по Тарасу. Слишком много потрясений и впечатлений. Я незаметно спрашиваю у Эли, не опасна ли для Мамаева такая эмоциональная нагрузка.

— Не переживай. Он ведет себя вполне адекватно в создавшейся ситуации. Но перед сном не забудь дать ему прописанные лекарства.

— Ну ты скажешь! Я и без твоих напоминаний держу это на контроле.

***

Юля оказалась не настолько стойкой, как показалось вначале. Не желая отвечать за содеянное в одиночку, она сообщила о