Гамбит искусного противника - Ария Тес

набор, с которым он отправил своего слугу выполнять черную работу. Слугу, к слову, звали Димкой — его водитель. Молодой, худощавый и высокий парень с добрыми болотисто-зеленными глазами и ежиком светло-каштановых волос. Я его хорошо знала: он возил Адель, Настю, Лилю и даже меня, когда это было необходимо. Мне он всегда нравился, не был похож на безмолвную скалу, как личный телохранитель Властелина мира, более человечный и даже веселый. Вот как сейчас — стоит, втянул губы внутрь, типа серьезный, а у самого глаза сияют…Разве хоть одна бездушная машина на такое способна?!

— Ну привет, — издаю легкий смешок и киваю, — Что же привело тебя сюда? На этот раз.

— Очень смешно, — откашлявшись, Димка берет себя в руки и слегка приподнимает белый чехол в пол, обозначая его наличие, будто я и без того не вижу, — Давай только спокойно. На этот раз.

— Не понимаю о чем речь.

— Слушай, я — человек подневольный. Тебе все это не нравится?! Не поверишь, но мне тоже. Давай ты не будешь ничего швырять из окна? В прошлый раз я собрал все говно своими ботинками, пока лазил и доставал…

Тут я не выдерживаю и прыскаю. Получается громко и с расстановкой, как в глупой комедии — с фонтаном слюней и болью в губах. От души…

— Прости… — мотаю головой, прикрывая рот, а от его «спокойно-саркастичного взгляда мне становится только смешнее…

И я ржу уже в голос.

«Боже! Успокойся! Ты должна быть собранной!»

— Прости.

Выдох. Развожу руки, чтобы потом взять себя в них и не выбиваться.

— Я готова продолжать.

— А я готов закончить и побыстрее наконец. Вот. Это тебе.

Сует мне этот ужасный балахон с видом «серьезных щей», но потом и сам не удерживается. Посмеивается. Еще бы! Этот чехол больше меня раза в два не меньше!

— Господи! — Димка поднимает глаза к потолку и мотает головой, — У меня есть высшее образование, и чем я тут занимаюсь?!

— А действительно. Чем ты занимаешься? Что это?

Димка как-то резко прекращает веселье, косится на чехол, как будто там бомба, и только после этого смотрит мне в глаза, но уже серьезно.

— Он хочет поговорить с тобой и выяснить причины твоего поведения.

— «Потому что не хочу» — этого должно быть достаточно.

— Возможно в нормальном мире этого достаточно, но не для Петра Геннадьевича.

— И что для разговора в наши дни нужно пихать мне в руки мешок для трупов?! Или ой! — радостно хлопаю в ладоши, — Это что для меня? По назначению?

— Это платье, гений.

— Спасибо, что пояснил. Заставляешь чувствовать себя неловко. У тебя же есть вышка — шутки должен понимать.

— Ты бы отшутилась дома, Амелия, а там…

— А туда я не поеду.

Сую ему обратно, но Димка ловко изворачивается, пряча руки за спину. Ко всему прочему, он еще и на шаг отступает, мотая головой, как дурацкий болванчик. Я застываю с балахоном, приподняв бровь, но потом выдаю еще один острый комментарий.

— Ты просишь меня не швырять ничего из окна, а потом провоцируешь. Нехорошо…

— Послушай, Мел, давай начистоту.

— Как интересно. Ну давай.

— Он не перестанет, ты же умная, должна понимать.

— Ты тоже не дурак и понимаешь, что я сама не устану швырять из окна…

— Амелия, это не шутки! — на этот раз перебивает как-то хлестко, даже громко, будто и сам нервничает.

А он и нервничает…Я вижу это в его глазах. Он словно умоляет меня ими отнестись серьезно ко всему, что сейчас происходит, и я слегка щурюсь.

— С чего вдруг такая забота?

— Ты мне нравишься, поэтому я хочу дать тебе совет: ты слишком молода и не особо понимаешь с кем ты связываешься.

«Вот тут ты ошибаешься…»

— Он всегда получает то, что он хочет и ненавидит, когда ему перечат. А еще он очень любит наказывать…

— Фу.

— Да я серьезно!

Димка шипит, а потом вдруг исполняет кульбит, который я уж точно не ожидала. Взяв меня за плечи, он буквально вносит меня в квартиру, закрывает за собой дверь, а когда поворачивается, глаза его одновременно излучают страх и решимость.

Что. Происходит.

— Ты играешь с огнём, — зашептал мужчина, слегка наклонившись ко мне, словно мы два заговорщика в доме, где у стен есть уши.

Я смотрю на него, как на дебила, и даже не пытаюсь этого скрыть. Да и, если честно, вряд ли бы у меня вышло — слишком все это глупо и странно одновременно.

— Что за драма, Дима? Или что? У меня в подъезде маячки?!

— С ним всегда лучше перебдеть.

— Какой. Сюр. Нет, серьезно. У тебя вышка не из циркового?

— Заткнись.

— Сегодня все говорят мне заткнуться… — бормочу под нос, но под серьезным взглядом тушусь, а потом изображаю ключик, закрывающий рот, и дергаю головой, мол, продолжай.

Димке и это не нравится, но на безрыбье и рак рыба, так что он продолжает, понизив голос.

— Ты показываешь свой характер и много базаришь — это мило, но до поры до времени, Амелия. Александровский не отличается большим терпением.

— Может ты хочешь чаю?

— Да не хочу я чай! Я хочу, чтобы ты заткнулась и послушала, что я тебе говорю! — орет, поднимая руки к небу, от чего я снова чуть не прыскаю, но вовремя закрываю рот.

Димка тяжело дышит. Кажется я почти довела его до инсульта, поэтому даю еще пару мгновений на успокоение сердечного ритма, а потом развожу руки и устало цыкаю.

— Ну хорошо, хорошо! Я затыкаюсь и слушаю, что ты мне говоришь.

— Меня бесит твой сарказм!

— Это частое замечание. Дальше.

— Ты не относишься серьезно!

— И это тоже. Дальше.

— Амелия!

— Димка! — передразниваю, прощупывая грани его страха, подталкиваю к выдачи каких-то более существенных сведений.

Нет, ну а вдруг? Димка ко мне прикипел, я это знаю, мы можно сказать друзья! И как же далеко он зайдет, чтобы меня остановить? Вот и проверим.

— Думаешь, что самая умная? — многозначительно продолжает, — Думаешь, что это прикольно швырять из окна бриллианты ценой в пару неплохих квартир?

— Я их не просила.

— Я не к тому, что ты что-то просила, твою мать! Ты переходишь черту. Сейчас его забавляет наблюдать за тем что и как ты делаешь, но это быстро пройдет, и его начнет бесить твоя строптивость. Не доводи до этого момента, ты не захочешь узнать, что будет тогда.

— Какие высокопарные речи…

— Что ты знаешь о Матвее?

«О-па. Вот он миг, когда секреты начинают просачиваться. Интересно…»

Я хмурюсь не притворно, потому что изо всех сил пытаюсь нащупать это имя, но оно