Все еще впереди - Мариана Запата

– Дин, ты не видел кроссовку? – Он выпустил футболку и любя похлопал сына Трипа по плечу.

Светловолосый мальчик нахмурился.

– Нет. – Задумавшись, он уточнил: – Какую кроссовку?

Даллас махнул рукой в нашу с Луи сторону.

– Такую, как у мальчика. Для игры в теннис.

– А. – Дин перенес внимание на нас, и на его губах заиграла улыбка, нетипичная для ребенка его возраста. – Привет, миз Диана.

– Привет, Дин, – улыбнулась я.

Его улыбка – это что-то.

– Я найду ее, – заявил он и повернул обратно, к группе детей младше возрастом, чем он.

Я не ждала многого от наших поисков, и потому решила, что еще несколько минут – и мы поедем домой. Я смирилась с неизбежным: покупкой новой пары кроссовок. Но на этот раз куплю их в «Уолмарте». К тому же было уже поздно, а я еще утром поставила готовиться чили в мультиварке. Однако буквально минуту спустя к нам подбежал Дин, держа в вытянутой руке красно-черную кроссовку. Лишь теперь я заметила, что обувь совершенно новая. Миссис Ларсен и в самом деле попыталась обвести меня вокруг пальца. Ха.

– Что нужно сказать, Луи? – взяв кроссовку, спросил я племянника.

– Спасибо, – промямлил он тише обычного.

– Спасибо, Дин, – с нажимом произнесла я. – Мы тебе очень благодарны.

Мальчик снова задорно улыбнулся:

– Для вас – все что угодно, миз Диана.

Этот ребенок и впрямь особенный.

– Спасибо, – неуверенно произнесла я, глядя на Далласа, у которого тоже на лице было такое выражение, точно он не знал, что сказать.

– Пока, Джош, – попрощался Дин с моим племянником, затем стукнулся кулаками с Далласом и снова куда-то помчался. – Пока, дядя Дал!

Луи сполз с моей спины, прямо в школьных брюках уселся на мокрую после недавнего проливного дождя землю и принялся натягивать кроссовку, похрустывая застежками-липучками.

– Спасибо, что попросил его поискать, – сказала я соседу, поглядывая на Луи, чтобы у него больше ничего волшебным образом не исчезло.

– Да, спасибо вам, мистер Даллас.

– Всегда пожалуйста. И зови меня просто Даллас. Я ведь говорил тебе, что мы ее найдем.

Луи перекатился на колени, словно мало было грязного зада, и наконец встал.

– У нас сегодня чили на ужин. Вы придете к нам? – внезапно спросил он, застав меня врасплох.

Я замерла и с натянутой улыбкой посмотрела на Далласа.

«Он женат», – напомнила я себе. Женат. Меньше всего мне нужно, чтобы он решил, будто мы пытаемся вовлечь его в нашу жизнь, когда он не хочет.

Каре-зеленые глаза скользнули с Луи на меня и обратно.

– Чили?

– Это очень вкусно.

Для Луи не существовало незнакомцев. Он отвечал так искренне и доверчиво, что мне захотелось видеть подобное прямодушие и у других людей. А еще – защитить моего мальчика от разочарования.

– Лу, я уверена, что у мистера Далласа…

– Зовите меня просто Даллас, – вмешался сосед.

– …уже есть планы на вечер. Можем пригласить его в другой день, а не так, как сегодня – в последнюю минуту.

Малыш перевел на мужчину большие голубые глаза, которые, захоти он того, смогли бы покорить весь мир.

– У вас есть планы?

Мужчина открыл рот, собираясь… извиниться? Придумать оправдание? Но тут же закрыл. Похоже, он был совершенно очарован Луи. И я знала, что он сейчас видит перед собой: самого милого мальчика на свете.

– На самом деле вкусно? – спросил Даллас у Луи, и на его губах появилась ласковая улыбка.

Энтузиазм, с которым кивнул Луи, мог бы растопить сердце даже самого большого угрюмца. Это было одновременно благословением и проклятием. Он не раз проворачивал подобный трюк со мной.

Наш сосед был повержен.

– Если твоя мама не против… – замолчал сосед и бросил на меня извиняющийся взгляд.

При слове на букву «м» Луи нахмурился. Человек со стороны подумал бы, что ребенок расстроился, не сумев настоять на своем. Но я-то знала истинную причину, и ответ Луи меня не порадовал. Он просто заменил слово на букву «м» другим:

– Лютик, ты ведь не против?

* * *

– Помощь нужна?

Оглянувшись через плечо на высокого мужчину, который уже в третий раз за неделю оказался на моей кухне, я покачала головой.

– Осталось всего две тарелки. Я почти закончила.

Даллас обвел взглядом кухню, так же неспешно, как и тогда, когда оказался здесь в первый раз. Должно быть, подмечал все недоделки, которые я собиралась постепенно исправить.

– Спасибо за ужин.

Я сполоснула последнюю тарелку и поставила ее в сушилку, вытерла руки полотенцем, которое висело на ручке духовки.

– Не за что.

Мальчики в гостиной заспорили, и я повернулась к Далласу. Что там еще такое произошло?

– Было очень вкусно, – произнес он с игривой ноткой, если она мне, конечно, не послышалась.

Я невольно улыбнулась. К счастью, неловкость ощущалась лишь в самом начале ужина.

Мы пользовались обеденным столом, лишь когда в гости приходили родители или Ларсены. Этот раз не стал исключением. Мы вчетвером уселись за журнальный столик с тарелками и хлебом. Джош и Даллас почти весь ужин болтали о профессиональном бейсболе, а мы с Луи корчили гримасы друг дружке.

– Спасибо, что пришел. Луи нечасто… – Как бы это сказать? – Общается с мужчинами моложе шестидесяти лет с тех пор, как умер его отец. А ты всегда добр к нему. Ты ему нравишься. Спасибо тебе за это.

У него дернулся мускул на лице. От удивления или от неловкости, трудно сказать. Я осознала, что раньше не упоминала о смерти Родриго. Даллас поскреб небритую щеку и покачал головой.

– Не нужно благодарностей. Он замечательный. Они оба замечательные. – Его рука переместилась на затылок, который сосед задумчиво потер. – Отец умер, когда я был подростком. Уверен, в возрасте Луи я тоже вел бы себя примерно так же. Я его понимаю.

Не знала, что его отца нет в живых. Впрочем, откуда мне было знать? Интересно, сколько Далласу было лет? Я не стала спрашивать и сменила тему, надеясь, что он не будет задавать вопросов о моем брате.

– Наверняка подобный образ мыслей помогает тебе во время тренировок. Мальчишки тебя просто обожают.

Так оно и было на самом деле. Когда Даллас разговаривал с ними, их внимание полностью сосредотачивалось на нем. Даже если они не слушали его инструкций, он терпеливо воспринимал их ошибки и повторял инструктаж снова и снова. Я бы так не смогла.

Удивительные каре-зеленые глаза скользнули по мне, и Даллас пожал мускулистыми плечами.

– Потому я этим и занимаюсь. Мне нравится, что я