Лондон pret-a-porte - Олег Селиверстов

* * *

Когда я вошел в бутик, Симона прилаживала на манекен дамскую шляпку. Вот кто всегда одевается по последнему слову моды – манекены! Миллионы манекенов по всему миру. Идеально стройные пластиковые юноши и девушки, готовые напялить на себя все что угодно, причем бесплатно и безропотно.

– Привет, – сказал я. – Как дела?

– Лучше всех, – Симона одарила меня презрительной улыбкой и крикнула: – Николя, пришел Антуан! Ты слышишь?

– Слышу, – донеслось со второго этажа. Симона поправила бретельку бюстгальтера, выглядывающую из выреза открытой кофты с множеством пуговок, и снова вернулась к шляпе. «Если бы она знала, что от моего решения зависит не только судьба империи, но и судьба Макса, и ее фильма, и всех этих тряпочек, иголочек, бантиков, она говорила бы гораздо ласковее», – подумал я с обидой.

– А у тебя неплохо получается с манекенами. Нашла свое дамское счастье?

– Как видишь.

На втором этаже слышалась какая-то возня, хлопанье ящиков. Охваченный подозрением, я поспешил наверх.

– О, здорово! – Николя стоял в расстегнутом пальто посреди приемной, открывая банку пива.

Глаза спрятаны за темными линзами очков, острые носы черных туфель выглядывают из-под брючин – как два хищных зверька, готовых укусить. Вместо обычной желтой рубашки сегодня он вырядился в иссиня-черную, воротник которой туго стягивал узкий банановый галстук из какой-то чешуйчатой материи. Косит под модного стилягу.

Я поздоровался, осматриваясь. Бумаги на моем столе разбросаны, дверь в кабинет Влада открыта. Здесь явно что-то искали.

– Ты не знаешь, где у Влада снотворное? – спросил Николя, хлебнув пива. – Второй день долго не могу заснуть. Наверное, перебрал. Макс сказал, что таблетки убойные: половинку выпил – и дрыхнешь как жмурик.

– Почему ты не позвонил Владу, вместо того чтобы тут рыться? – сдерживая раздражение, поинтересовался я.

– Звонил, телефон не отвечает, – Николя поставил пивную банку на подоконник, достал из кармана упаковку чипсов и вскрыл ее. Запахло луком. – Вчера зависали в «Madam Jojo», Макс всех угощал. Хвалился, что с этим мужиком-миллионером все порешили. Бабок будет до фига. – «Адъютант» захрустел чипсами. – Выходит, ты теперь будешь боссом? Возьмешь меня в помощники?

– Макс поторопился, – ответил я, складывая документы. – Мы обсудили главное, но остались мелочи, а в них-то и прячется дьявол.

– Который носит «Прада». Да? – неуклюже сострил Николя.

– И трусы от Версаче, – в тон ему проговорил я.

– Похрену, хоть трусы, хоть панталоны. Значит, говоришь, дело в мелочах, – он пытливо всматривался в мое лицо. – Опять темните? Или Влад что-то задумал?

– Сам у него спроси, я за ним не слежу. Еще вопросы есть?

– Пока нет.

Я направился к лестнице, чтобы спуститься вниз. И откуда у этого «хорька» такой нюх – все чует.

– Эй, Антуан, а Кэт классная телка… – крикнул мне вслед Николя.

В другой обстановке я бы не оставил без внимания его хамскую реплику, но сейчас обострять отношения было не в мою пользу, поэтому я промолчал.

Симона закончила наряжать манекен и устроилась с ноутбуком на канапе, что-то печатая. На столе были разложены DVD-диски.

Странное чувство – стыд. Казалось бы, какая разница, что о тебе подумают другие, но нет: ты начинаешь мучиться, придумывать, фантазировать, а ведь возможно, никто ничего и не думал.

Я уселся в кресло и демонстративно уставился на девушку. Она продолжала печатать. Кофта расстегнута на одну лишнюю пуговицу. Края бюстгальтера не видно. Что там – ромашки, лепестки роз, васильки, а может, что-то новенькое?

За окном шумела улица – голосами прохожих, урчанием авто, иногда – каким-то лязганьем и звуком далекого сигнала. Сверху прорывались неразборчивые возгласы болтающего по телефону Николя. …И почему женщины иногда бывают такими противными?

– Как наш фильм? – наконец я не выдержал.

– Не наш, а мой! Я же обещала, что верну тебе деньги.

– Не надо денег, мне нужна доля прибыли, – возразил я.

– А больше ничего не хочешь?

– Все хотят больше, чем имеют.

– Вот блин, Антуан, что ты привязался! Липнешь, как банный лист к заднице.

– Бегемота? – пошутил я.

Во мне затеплилась надежда на прощение. Судя по всему, Симона не знает о Шотландии, а обижается на то, что мы с ней не встретились в субботу. Значит, у меня есть шанс!

– Я ждала твоего звонка, – произнесла Симона, глядя с немым упреком.

– Извини, приболел.

– Можешь не извиняться. С тобой все ясно. Ты всех очаровал и теперь – главный босс. Мы все тебе обязаны и должны по гроб жизни – и Макс, и фирма, и я. Благодетель ты наш!

Симона с вызовом отбросила прядь волос. За одно мгновение она превратилась в царевну иудейскую. Непримиримую и непокорную. Сколько огня и страсти. Я улыбнулся.

– Вы что, не понимаете, что ваша обожаемая Кэт и ее папочка хотят прибрать все к рукам! – воскликнула Симона, видимо, истолковав мою улыбку по-своему.

– Зачем ты так, – возразил я. – Кэтрин старается ради ZET MAX.

– Неужели? Или ты с ней заодно?

Непонятно, куда завел бы нас этот разговор, если бы не появление Николя. Его лицо сияло самодовольством. Он поставил на стол банку пива и бухнулся на канапе рядом с Симоной, которая при его появлении закрыла ноутбук.

– Эх, мы вчера классно оттянулись! – Николя достал засаленными пальцами чипсы из пакетика и оправил их в рот.

– Опять кого-нибудь изувечил? – зло процедила Симона.

– Нет. Ни одной черной морды не попалось. Даже жалко! Одолжите сто фунтов в счет зарплаты.

В надежде, что он оставит нас в покое, я вытащил пятьдесят фунтов и протянул ему.

– Спасибочки и на этом, – Николя спрятал деньги. – Кстати, Мальвина, дала бы мне диски погонять. Макс отдал мне DVD-проигрыватель, а поглядеть ни хрена нечего нет.

– У меня только рабочие записи.

– А этот? – Николя взял один из дисков и прочитал надпись: – «Неделя моды. Москва. Март». Пойдет. Посмотрю на стройных телочек, может, кого знакомого увижу. Не бойся, не потеряю.

– Я сказала, что не дам.

– «Дам – не дам», – Николя грубо отстранил руку Симоны, которая попыталась отобрать у него диск. – А если бы я тебе фотокамеру подарил – дала бы? Быстро бы ноги расставила.

Симона вспыхнула. Я ожидал бури, но она как-то сникла:

– На, забери и отвали, – она отложила ноутбук и начала перебирать диски, откладывая некоторые в сторону.

Каждый диск был с наклейкой и пронумерован. Охваченный неприятной догадкой, я отвернулся к окну. Так вот кто, похоже, подарил фотокамеру Nikon, – Серж! С чего бы это он расщедрился? Явно не за красивые глаза и голубые волосы…