Бабочка под стеклом - Екатерина Риз

— Не хочу.

— Почему? — удивилась она. — Ты же любишь шашлыки.

Антон освободился из её объятий.

— Он пообещает, а потом скажет, что занят.

Стало жутко неудобно, Марина растерялась, не сразу сообразила, что сыну ответить.

— Антон, папа, конечно, много работает в последнее время, но это совсем не значит…

— Я спать пойду. У меня завтра на первом уроке диктант. — Он с дивана слез и на мать больше не посмотрел. Но Марина всё равно позвала:

— Тоша.

Антон вернулся, за ручку дверную уцепился и вперёд наклонился, почти завис.

— Ну, мам!..

Она улыбнулась.

— Я помню, я больше не буду тебя так называть.

— Чувствую себя мелким, как Элька, — пожаловался он.

Дверь закрыл, а Марина тут же улыбаться перестала.

— Да, пора привыкать, что ты взрослый. И всё понимаешь.

— Я это не буду. — Элька показала пальчиком на свою тарелку и на омлет в ней. Марина на дочь обернулась и посмотрела умоляюще.

— Эля, давай без капризов. Мы и так опаздываем.

Она насупилась.

— Но я, правда, это не хочу. — Посмотрела на брата, который жевал, не обращая внимания на её жалобы, и глаз от телевизора не отрывал. — Тош, а ты это хочешь?

— Не приставай к брату, — отругала её Марина. — Он не будет за тобой доедать.

Плюшевый медведь со смешными висячими лапами был усажен на соседний стул, Эля локоточками в стол упёрлась, со стула приподнялась, чтобы до тарелки с бутербродами дотянуться.

— Хлеба поем, — решила она, но всё-таки у матери разрешения попросила. — Мама, можно?

Марина кофе свой допила, посмотрела на часы на стене, и рассеянно кивнула. Затем полупустую чашку на край стола поставила, и сказала:

— Доедайте и одевайтесь. Антон, слышишь? Оторвись от телевизора на секунду.

— Да слышу я, мам.

— Хорошо. Я отца разбужу. — Прежде чем из кухни выйти, снова на часы посмотрела.

Вчера Игорь вернулся едва ли не в полночь. Пришёл, выглядел уставшим и, вообще, каким-то замученным, словно на нём и правда, пахали. Или притворяться научился хорошо. Захотел ужинать, Марина с постели встала, чтобы его накормить, и спросить его ни о чём не осмелилась, за что на себя же и рассердилась. Позже в постели рядом с Игорем лежала, спиной к нему повернувшись, и думала об этом, таращась в темноту. Почему опять струсила?

В комнату вошла, и дверь закрыла, остановилась у постели, глядя на спящего мужа. В голове целый вихрь мыслей, надежд, сомнений и страхов. И понадобилась пара секунд, чтобы справиться с эмоциями и заставить себя, совсем как раньше, к Игорю наклониться, дотронуться до его плеча и спокойно позвать:

— Игорь. — Голос сорвался и совсем другим тоном позвала: — Милый, просыпайся.

Он шумно вздохнул, на спину перевернулся, но глаз так и не открыл. Только руку на подушку закинул. Марина вглядывалась в его лицо. Такое родное, знакомое ей каждой своей чёрточкой. Руку подняла, хотела лба Игоря коснуться, чтобы волосы убрать, но муж вдруг глаза открыл и посмотрел на неё. Марина, сама не зная отчего, отпрянула назад, словно он её за чем-то преступным застал.

— Просыпайся, — повторила она, одёргивая офисную блузку.

Муж сонно поморгал. А после и возмутился.

— Марин, ты что? Я во сколько лёг-то?

— Я легла вместе с тобой. Игорь, я уже опаздываю на работу. Если у тебя выходной, очень рада за тебя. Но Эльку надо отвести в сад.

Игорь на бок повернулся, подушку под головой поправил, и выдвинул дельное предложение:

— Пусть Антон отведёт.

— Игорь, — Марина искренне возмутилась, — Антону нужно в школу! К тому же, он и так каждый день её из сада забирает. У тебя совесть есть?

Он голову от подушки поднял и посмотрел недовольно.

— Я что, выспаться не имею права? Все вокруг чем-то заняты, все устают, а я железный, по-твоему? Я тоже работаю, Марина!

Она руку в бок упёрла и кивнула с нескрываемой горечью.

— Это точно. Ты работаешь.

— Это что, намёк на что-то?

— А ты как понял?

Игорь разозлился.

— Марин, ты с утра раннего решила скандал затеять?

Она не выдержала и глаза опустила.

— Никакого скандала. Я просто прошу тебя, пока по-хорошему, встать и отвести дочь в садик. Что такого невыполнимого, скажи мне?

Игорь сверлил её взглядом, ничего не говорил, а затем и вовсе лёг и голову подушкой накрыл. Вставать он не собирался. Марине обидно стало почти до слёз.

— Игорь, не делай этого, — попросила она негромко.

Он никак не отреагировал. Марина секунду ещё ждала чего-то, а потом из комнаты вышла и даже дверью хлопнула, не сдержавшись. И тут же в этом раскаялась, встретив взгляд сына, который в прихожей Эльке сапоги помогал застёгивать, и голову поднял, когда Марина появилась. Взглянул, и сразу отвернулся, а Марине от его взгляда стало намного тяжелее, чем от самого разговора с Игорем.

— Всё хорошо, — шепнула она то ли ему, то ли себе. По волосам потрепала, мимо проходя, и тоже начала собираться. Только дышала осторожно, боясь сорваться на всхлип или рыдание. Всё напоминала себе, что дети ничего заметить не должны. И если не удаётся скрыть от них проблемы между ней и их отцом, то хотя бы постараться не показать, насколько это всё для неё тяжело.

— Мама, скажи Антону, чтобы он вечером со мной погулял! Он никогда не гуляет!

Марина квартиру заперла, повернулась и дочь за руку взяла. И строго проговорила:

— Эля, в подъезде нельзя так громко разговаривать. Сколько раз тебе говорить можно?

— Я не громко.

— Громко, — перебил её Антон, и едва ли не съехал по перилам вниз. Марина возмущённо посмотрела, а Эля её за руку подёргала.

— Мама, скажи ему!

— Не буду. Ему некогда, Эля, Антону нужно уроки учить, ему гулять с тобой некогда. Я в выходной с тобой погуляю.

Девочка выразительно надула губы, но говорить больше ничего не стала.

— Я её сама отведу, — сказала Марина, когда они на улицу вышли. — Иди в школу, ты опаздываешь уже.

Антон шапку на уши натянул и невинно возразил:

— Но ведь работа важнее школы, мам. Я Эльку отведу.

Марина подозрительно прищурилась, глядя на сына.

— Ты вчера говорил, что у тебя диктант на первом уроке?

— Подумаешь…

— Так, марш в школу! — шикнула она на него. — Бегом, Антон. Ты уже опаздываешь! Потом позвоню и проверю.