Игра Саида. Единственная - Ая Кучер

– Передай Тахиру все данные, цену обсудим после, когда прикину фронт работ.

Даже если бы Шам был врагом народа, сейчас я не отказал бы. Надо работу и погрузиться на дно. Довести себя до ручки, отвлечься. Чтобы не начать палить по всем подряд.

От одной мысли, что мою пташку сейчас касается кто-то другой, выворачивает. Семь лет так не жгло, как эти дни. Нож под ребра не так больно, как её очередной побег.

Предательство.

Я знаю, что поймаю. Верну себе и накажу. За каждый день, который она провела с другим. Вытрахаю все мысли, не оставлю ничего. Не отделается просто и легко. За всё ответит.

Посмотрим, как долго Ника продержится.

И как будет просить прощения после.

– Свалила.

Рявкаю на девку, которая трется возле стола. Та испуганно вскрикивает, быстро исчезает. Шамиль же роняет себе на колени одну из шлюх, которые здесь развлекают народ.

– Плохой день, Хаджиев?

– Прекрасный.

Пташки нет.

Я не помню, когда спал последний раз. Отрубаюсь, когда доза алкоголя в крови превышает смертельную норму. А потом снова, через час в разборки.

Ники нет, но осталась крыса, которая организовывала покушения. И когда доберусь – шкуру спущу. Медленно, с чувством, наслаждаясь каждой пролитой каплей крови.

Лучше бы найти раньше. Потому что вся оставшаяся злость перепадет пташке, когда её найду.

– Жду данные, - бросаю, поднимаясь из-за стола. Лютый уже ждет на улице, нетерпеливо поглядывает на часы. – Ну?

– Ничего конкретного. У меня бой вечером, после него слетаю в Германию. Посмотрю, кого рядом с Никой видел. Если он не светился семь лет, то в начале должен был.

– Ясно. Люди нужны?

– Нет, если что-то узнаю, на месте вызову. И ещё одна деталь. С неё надо было начинать, но не срывайся, договорились?

– В каком, блядь, смысле?

– Ника же была у врача, перед пропажей. Тряхнул врача, что именно там произошло. У неё срок две недели.

– Какой срок?

– Беременности, Саид. Залетела твоя пташка, дай команду следить за больницами. Она должна будет встать на учет где-то. Или записаться на аборт.

Никакого, сука, аборта.

Сжимаю челюсть, мышцы ноют. Рвет всё, не перестает. Демоны рвутся. Найти, вернуть. Беременна, сука. От меня беременна, моего ребенке носит. И скрылась, умолчала.

Лучше Нике не творить глупостей.

Потому что если тронет ребенка…

Её никто уже не спасёт.

*Халид. Его пленница

Глава 3. Ника

– Спасибо.

Осматриваю белые стены, киваю Эмину. Не думала, что он выпустит меня из дома. Но он это сделал. Пошел на встречу и привез меня в больницу. Частную, проверенную, где всё под контролем.

Но я могу сделать анализ ещё раз, вдруг врач ошибся? Срок не такой большой, да и ту больницу выбирал Саид. А я хочу точно убедиться в том, что буду мамой.

Накрываю ладошкой живот, не понимаю, как себя вести. Что мне делать? Я не планировала… Никогда не думала, что смогу завести ребенка. Я же бегаю от Хаджиева, какие там дети?

Но сейчас я беременна.

От Хаджиева.

– Я ведь сказал, что не враг тебе, - Эмин сильнее натягивает капюшон на голову, прячет лицо. – А ты не верила.

– Ты меня подставил. Саид теперь будет думать, что я предательница. Копала под него, подставляла. Ты хоть понимаешь, как сильно я попала?

– Зато у тебя нет повода бежать от меня. И я не подставлял, Ника. Ты вообще не должна была быть замешана. Я держал тебя подальше, защищал, делал всё, чтобы мой дядя не добрался и не испортил тебе жизнь. Но сейчас не получилось.

– Помогал. Из личных побуждений. И ты знал, что Саид подумает на меня.

Произношу ровным тоном, вздергиваю подбородок. Удивительно, рядом со мной Хаджиев. Но Эмина я не боюсь, не так, как его дядю. Нет желания скрыться, опустить голову, подбирать слова.

Всё до банального просто. С Саидом у меня была сделка, где я подчиняюсь. И было страшно ослушаться. Эмин же меня похитил, я не обязана облегчать ему жизнь.

Не доверяю до конца, не могу разобраться в его мотивах. Но это отступает на второй план, когда нас подзывают к стойке администратора. Мужчина отправляет сам, оставляет меня в одиночестве.

Только бежать мне некуда, люди Саида точно схватят. А он же не поверит мне! Точно не поверит, не послушает. Я же для него никто, чтобы прислушиваться и разбираться.

Поэтому нервно кручусь на одном месте, жду, когда вернется Эмин. Он долго о чем-то переговаривается с девушками, расплачивается наличкой. И торопливо возвращается ко мне.

Нет, совсем не тот парень, который подкалывал меня.

Мужчина, взрослый и решительный. Вылитый Хаджиев, который ни перед чем не остановится. Становится страшно… Уверена, если бы Эмин захотел меня себе, действовал бы так же, как и Саид.

– Что там? – вырываю один из листов, взгляд бегает по строчкам. – Ох.

– Беременна, Ника. Без вариантов.

Черт, как же я могла так попасть? Как могла забеременеть от человека, который так пугает? Мы теперь навсегда связаны, тонкой ниточкой. И никогда не забыть, не выбросить из головы.

– Ты… Ты же не можешь держать меня взаперти до родов! Эмин, это не нормально. И я не позволю обращаться со мной, как с пленницей или активом.

– Саиду позволила.

– А ты не Саид, - отрезаю, мну листок в руках. – Ты ведь повторяешь, что не такой. Или как ты себе представляешь? Рожать в бункере, там же воспитывать ребенка?

– Нет, - протягивает мне второй лист. Смотрит уверенно. – Это направление на аборт, Ника. Тебя примут через полчаса.

– Катись к черту!

Выплевываю, подскакиваю на ноги. Если мне придётся бежать и расталкивать весь медицинский персонал, то я так и сделаю. Найду выход, но не позволю Эмину прикоснуться ко мне.

Отскакиваю подальше, мну в пальцах этот несчастный листок бумаги. Я не знаю, чего я хочу. Но этого – точно нет. Не так, не силой. Любое решение должно быть только моим.

– Ника…

– Не подходи! – повышаю голос, выставляю перед собой руку. Словно это поможет спастись. – Пожалуйста, Эмин, не делай этого.

В животе всё сжимается, тошнота подступает к горлу. Господи, как бы мне хотелось, чтобы Саид был здесь. Бежала от него, но сейчас…