От ненависти до любви - Рэчел Линдсей

— Бедняжка моя, — вздохнул он, — я постараюсь навещать тебя чаще.

Тим сдержал слово и приезжал почти каждое воскресенье в Эддлстоун, и она привыкла считать дни на неделе, ожидая его приезда. Отец приходил поздно, он даже по выходным работал с мистером Эндрюсом. Тим, кажется, не очень расстраивался из-за его отсутствия, и Лора чувствовала какое-то напряжение между братом и отцом, но не понимала причины. Может быть, отец все же жалеет, что сын покинул компанию «Грэнтли» и выбрал работу на предприятии-конкуренте?

Но Лора была осторожна и не выказывала свои подозрения брату, она всегда с нетерпением ждала его визитов и не говорила ничего, что могло его отвратить от поездок к ним. Она притворялась, что ничего не замечает.

По воскресеньям, после обеда, если позволяла погода, брат возил ее на просторы торфяников, заросших вереском, и Лора была поражена открывавшейся дикой красотой болотистых мест, понимая, почему отец так привязан к этому краю.

— Если бы люди здесь не были такими примитивными, — заметила она однажды, когда они возвратились с прогулки домой, я бы все-таки познакомилась с некоторыми поближе. Манчестер наверняка отличается от нашего захолустья. Это крупный город, и там больше возможностей для людей.

— Не заблуждайся, он все-таки не идет в сравнение с Лондоном.

— Тогда зачем ты приехал сюда? Больше зарабатываешь?

— Достаточно, — уклончиво бросил Тим и отвернулся, доставая из кармана сигареты и зажигалку.

Лора не видела у него раньше такой — очень изящная, плоская. Она взяла зажигалку у него из рук и рассмотрела.

— Какая красивая вещица. Ты купил ее здесь?

— Да, их делают на одной знакомой фирме. Они довольно дешевы.

И Тим поднял на сестру невинный взгляд темно-голубых, точно таких же, как у нее, глаз. Он лжет, подумала Лора и, отойдя немного в сторонку, стала более внимательно разглядывать зажигалку. С первого взгляда казалось, что вещица позолочена, теперь стало ясно — золотая.

— Она не выглядит дешевой, — пробормотала Лора и вернула ему зажигалку, — похоже, что золотая.

— Ты просто не разбираешься в этом. — Он спрятал зажигалку в карман. — Как поживает наш мистер Совершенство?

Она уставилась на брата, не понимая, о ком он.

— Джейк Эндрюс, — пояснил Тим. — Папа все еще ходит вокруг него кругами, как влюбленный? С таким парнем, как этот, всегда так и будет. Я слышал, что он ест, пьет и спит на заводе.

— Жаль, что ты не следуешь его примеру.

Брат ухмыльнулся и провел по волосам рукой. Они были такого же золотисто-каштанового цвета, как у сестры, что подчеркивало голубизну глаз и белизну кожи. Это сочетание делало его облик юным и беззащитным.

— По-моему, работа нужна только для того, чтобы разбогатеть к тому времени, когда пойдешь на пенсию.

Он вдруг засуетился и пошел к двери.

— Не останешься на ужин?

— У меня свидание. Натуральная некрашеная блондинка!

— Почему бы тебе не привезти ее к нам в следующее воскресенье? Твоим друзьям здесь всегда будут рады. Сам знаешь.

— Я, наверно, не приеду в ближайшие выходные. У меня срочная работа.

— Ну, приезжай когда сможешь. Хотя встречаться с сестрой-близнецом — это все равно что быть с самим собой, какой интерес!

Он засмеялся и обнял ее:

— Ты замечательная сестра, Лора. Я тебе уже говорил.

— Много раз, особенно когда я выручала тебя из неприятных ситуаций.

— Эти дни остались в прошлом. — Он взял свою кожаную куртку. — Передай привет папе. Скажи, я сожалею, что его не дождался.

Глядя, как он резко тронул мотоцикл с места и помчался прочь, она с трудом удержалась от слез. Вновь дни потащились с унылой монотонностью, только теперь не было впереди надежды увидеть брата в уик-энд.

— Ты не должна рассчитывать на Тима, — заметил отец за обедом, нарезая жареное мясо, — я говорил тебе раньше об этом.

— Я и не рассчитываю. — Она заставила себя отвлечься от невеселых мыслей и начала жевать, хотя мясо казалось безвкусным и каждый кусок застревал в горле. — Мне даже больше не нравится готовить! — вдруг произнесла она с горечью. — Представляешь, я спросила у зеленщика про баклажаны, а он понятия не имеет, что это такое.

— Составь список и поезжай в Манчестер. Люди здесь не привыкли к изыскам. Они живут простой и трудной жизнью.

— Может быть, — фыркнула она. — Только я не понимаю, как можно баклажаны отнести к изыскам!

— Девочка, не из-за баклажанов ты расстроилась. Если бы ты нашла подходящую работу, чтобы использовать свои знания, то была бы настроена совершенно по-другому.

Она согласно кивнула и отодвинула тарелку в сторону. Есть окончательно расхотелось. Отец поднялся и в растерянности постоял, глядя на дочь.

— Иди на свой любимый завод, — сухо произнесла она, — мистера Эндрюса нельзя заставлять ждать.

— Я вернусь к чаю. Даже пораньше, если смогу.

Он поцеловал ее легонько в лоб и ушел. Убрав со стола и вымыв посуду, Лора пошла к себе в комнату. Остановилась перед зеркалом, глядя на свое отражение. Не хотелось идти к местному парикмахеру стричься, но с тех пор, как уехала из Лондона, волосы сильно отросли и теперь тяжелыми прядями падали на плечи, окутывая их тициановским облаком. Она с раздражением отбросила их назад, может быть, подрезать самой? Если даже испортит свой облик неумелой стрижкой, кому здесь до нее дело, в этом Эддлстоуне? Решившись, взяла ножницы и пошла в ванную комнату.

Через десять минут масса золотисто-каштановых волос лежала на полу, и Лора с вызовом посмотрела на себя в зеркало. И удивилась, внимательно присмотревшись. Легкие короткие локоны обрамляли голову, подчеркивая красивую линию шеи и голубизну глаз. Она вдруг неожиданно повеселела и, высушив волосы, переоделась в голубое кашемировое платье, в тон глазам. Мягкая ткань облегала фигуру с высокой небольшой грудью и длинные бедра. Впервые со дня приезда в Эддлстоун она ощутила свою привлекательность.

Радость испарилась мгновенно при взгляде в окно на серые крыши и еще более серое небо. Два часа потратила впустую — кому нужно ее старание, кому здесь можно понравиться, кроме самой себя?

Послышался шум подъехавшей машины отца, и она поспешила на кухню. Господи, что он подумает, увидев ее в таком виде? Быстро поставила на плиту чайник и стала ставить чашки на поднос, когда услышала, как в замке поворачивается ключ.

— Удивлена, что твой диктатор отпустил тебя так рано! — крикнула она не оборачиваясь.

— Я его и не отпускал, — послышался в ответ незнакомый густой мужской голос, — я пришел вместе с ним.

Лора в ужасе подняла глаза и увидела стройного черноволосого молодого человека, стоявшего на пороге кухни. Он был выше среднего роста, но не выглядел высоким из-за широких плеч. Ничего похожего на тот образ неотесанного мужлана, созданного ее воображением. Даже одежда — толстый серый свитер и такого же цвета брюки — была вполне современной.