Пламенная цель итальянца - Дженни Лукас

Криштиану едва сдержал хмурый взгляд. Его рука коснулась ее руки.

– Благодарю. Прощай.

Он недоверчиво наблюдал, как она, молча, шла к двери.

– И это все?

Холли оглянулась с улыбкой.

– Ты же хотел избавиться от меня.

Он не мог поверить, что она вот так легко сможет уйти от него, в то время как ему отпустить ее, ох как непросто. Он собрал все свое самообладание и услышал себя:

– Давай выпьем. Всего один бокал. Тост за будущее.

Уголки ее губ изогнулись в саркастической улыбке.

– Разве Наталья не ждет тебя?

– Кто?

Холли фыркнула.

– Кто? Великолепная супермодель, с которой ты выходишь в свет сегодня вечером.

Он нетерпеливо отмахнулся.

– Она просто мой друг.

Криштиану знал, что эта русская девушка хочет большего, но его это совершенно не волновало. Встреча с Холли всколыхнула чувства, от которых он пытался отмахнуться весь год, и запрещенные желания, с которыми он ничего не мог поделать.

– Выпей со мной.

На секунду Холли заколебалась, потом выпрямила спину и посмотрела ему в глаза.

– Неужели после того, как обошелся со мной, ты действительно думаешь, что я захочу провести с тобой хотя бы одну лишнюю минуту? Слушай, я никогда, никогда больше не хочу тебя видеть. До свидания, Криштиану.

Она развернулась, прижимая чек к сердцу, и вышла не оглянувшись.

Криштиану ошеломленно застыл посреди кабинета.

Девушка не доставит никаких юридических проблем. Стоимость ночи с ней оказалась минимальной, и он был более чем готов ей заплатить. И вот теперь Холли его покинула. Навсегда.

Но разве не этого он хотел? Навсегда избавиться от искушения, которое она собой представляет. Никогда прежде Криштиану не чувствовал подобного влечения к какой-либо женщине.

Он и раньше спал с красотками. Однако Холли представляла для него реальную опасность. Из-за своего чудесного голоса, глубоких карих глаз, искреннего смеха. Против воли она вызывала в нем некие чувства, но не с помощью тела. Всему виной ее душа.

Уволив ее, он приказал секретарше никогда не соединять его с Холли, если она попытается снова с ним связаться.

Тем не менее сегодня именно он попросил ее остаться. А она без всяких сожалений получила то, что хотела, и с легкостью ушла.

Его гордость была уязвлена.

Как само собой разумеющееся, Криштиану всегда ставил свои желания превыше всего, привыкший быть номером один. И никогда не предполагал, что столь добросердечная простушка, вроде Холли, сделает то же самое.

Потирая затылок, он положил чековую книжку обратно в сейф. Подумал, что надо бы присоединиться к Наталье, но сама мысль об этом показалась смешной.

Холли выглядела так аппетитно, ее тело стало еще более пышным. Будто она обрела зрелость. Темные глаза смотрели более настороженно. И Криштиану понял, что она что-то скрывает.

Да, явно что-то тут не так.

Подойдя к нему в фойе, Холли была нервной и напряженной. Сказала, что ей нужно сообщить что-то важное.

Что именно? Что она наняла адвоката?

А она так ничего ему и не сказала. Замешкалась. Это он все сказал за нее. А когда предложил деньги, она удивилась, потрясенная. Несомненно, именно поэтому попросила уделить ей время наедине. Скорее всего, так посоветовал адвокат.

Если он у нее вообще есть.

Возможно, она пришла к нему совершенно по другой причине, о которой решила умолчать, как только он выписал чек.

Глаза Криштиану расширились. Он вышел из кабинета и направился к лестнице, выходившей в огромный сверкающий холл с гигантскими люстрами, свисавшими с потолка.

В толпе богатых постояльцев и разодетых женщин увидел Холли, разговаривавшую с двумя молодыми женщинами, одна из которых была пухленькой и рыжеволосой, а другая – беременной блондинкой. Холли улыбнулась и потянулась к чему-то.

Детская коляска. Глядя на нее, девушка просияла и заворковала.

У Криштиану кровь застыла в жилах.

Детская коляска.

Младенец.

Он не помнил, как оказался рядом с ней. В голове царила пустота, тело напряглось. Он шел сквозь безликую толпу в сторону Холли Хэтфилд и детской коляски, которую она держала за ручку. Подойдя ближе, услышал ее мягкий смех.

Холли повернулась к подругам. Глаза обеих женщин расширились, когда Криштиану положил ей руку на плечо.

Все еще улыбаясь, она повернулась. И кровь отхлынула от лица.

Криштиану виновато смотрел на маленького черноволосого, пухлого и розовощекого малыша. Медленно поднял глаза на Холли.

– Это твой ребенок, Холли?

Страх в ее глазах сказал ему все, что нужно знать. Ее подруги смотрели на них широко раскрытыми глазами.

– Ты ему ничего не сказала? – спросила блондинка.

– О, Холли, – прошептала рыжая.

– Пожалуйста, идите, – сдавленно попросила Холли. – Я позвоню позже.

Блондинка хотела что-то возразить, но рыжеволосая дернула ее за руку и утащила прочь.

Холли глубоко вздохнула.

– Я все объясню.

Криштиану снова посмотрел на ребенка, чьи темные глаза были так похожи на его собственные. Внезапно его пронзила догадка. Так вот зачем Холли пришла сюда сегодня. И почему потом передумала.

Он с трудом контролировал голос.

– У тебя есть ребенок.

Она прикусила губу.

– Да.

Он поднял на нее холодный взгляд.

– Кто отец?

– Пожалуйста, Криштиану, не надо.

– Отвечай мне, черт побери.

Она вздрогнула, а когда заговорила, ее голос был едва слышен в шумном холле.

– Ты.

И это единственное слово разорвалось в нем, как граната.

У него есть ребенок?

Сердце Криштиану заколотилось, он задыхался от волнения.

– Ты уверена?

– Да. Ты ведь знаешь, я была девственницей, когда…

– Да, знаю. Но, возможно, после…

Она напряглась.

– Невозможно. Или ты думаешь, я после этого бросилась еще в чью-то постель? Ты – мой единственный мужчина. У меня никогда не было других отношений. Джек – твой сын.

У него есть ребенок? Сын?

Она назвала его Джеком?

У Криштиану пересохло в горле.

– Почему ты мне не сказала о беременности?