Клон. История любви - Габриэлла Лопез

— Да, это я, — Жади не стала отрицать очевид­ное. — А чтотакого, если жена ищет для мужа вторую жену?! Это обычная вещь.

— Да, но когда муж просит, а я тебя ни о чем не просил!

— Я хотела угодить тебе, Саид! Я подумала, что так тебебудет лучше. Нам бы стало веселее, — Жади ве­село заулыбалась, — а у меня быпоявилась подруга.

Саид мрачно посмотрел ей в глаза.

— У Лукаса родилась дочь, — торжествующе произнес он. —Хочешь посмотреть? — он про­тянул ей газету.

 — Ты выписываешь газеты из Бразилии? — ос­корбленно и свызовом в голосе спросила Жади.

Она демонстративно отвернулась от газеты, ко­торой Саид трясперед ее лицом, и ушла. Глаза ее наполнились слезами...

— Ты должен прогнать непокорную жену! — раскричалась Назира.— И жениться на хорошей девушке! Я сама тебе ее найду!

Но Саид велел ей замолчать.

— У меня есть только один брат — Мохам­мед! — патетическивоскликнула Назира.

Она очень легко отказывалась от братьев в за­висимости отобстоятельств и своего настроения.

Едва Леонидас пригласил Иветти в бар, как она помчалась тудав новом красном платье. Они вспоминали о Марокко, танцевали...

— Иветти, мне тебя не хватает, очень... Я был так счастлив стобой, — он накрыл ее ладонь своей.

— Львеночек... — зачарованно отозвалась Ивет­ти, глядя наЛеонидаса.

— Жизнь продолжается, все нашли свое место, у Лукаса тожесемья, а я сижу здесь... один... Я никогда не был так одинок.

— Ты не одинок, я тоже здесь, — Иветти улы­балась.

 Потанцуем? — предложил он. Она кивнула, и он обнял ее.

— Я хочу провести с тобой ночь, — сказал «львеночек».

Они поцеловались и ушли из бара. .

Утром Иветти поднялась очень довольная.

— Львеночек, мы проведем в Париже медовый месяц, как идоговаривались, — она нежно погла- дила лицо любимого. — Почему ты так долго невозвращался ко мне? Это ты зря...

— Иветти, я хочу, чтобы ты знала: все, что я сказал вчераночью — это правда, это останется на всю жизнь!

— Я знала, что ты поймешь меня!

— Моя любовь к тебе не ушла, осталась преж­ней, неуменьшилась, а может, даже увеличи­лась, — Иветти продолжала гладить лицо«льве-ночка», а он говорил, глядя ей в глаза. — Ты на­полнила мою жизньрадостью, с. тобой я чувствую себя живым, молодым...

— Я знаю, что натворила дел, но никогда не хотела обидетьтебя, — ласково отозвалась она. — Я просто разрушительница и никогда не думаю,когда что-то делаю, а потом уже поздно... Но я исправлюсь.

 — Послушай, Иветти, вот теперь я сделал все, чтобызагладить свою вину, которую я чувствую по отношению к Диогу, вину за егосмерть, вину за ссору с ним... Мне нужна была эта ночь, что­бы убедиться, что ябольше ни в чем не вино­ват... — неожиданно признался Леонидас.

— Ты хочешь сказать, что это никакая не лю­бовь?! Тыиспользовал меня для проверки?! Врал мне?! Тебе нужно срочно обратиться кпсихоана­литику! Пусть он разберется с твоими проблемами!

Иветти вскочила, торопливо оделась и выско­чила на улицу.«Львеночек» не остановил ее. Она шла и плакала...

Из дома она сразу позвонила своему старому другу Арманду,который год назад напрашивался ей в мужья и приглашал на ужин. Так вот, теперьона согласна на встречу. Она поделилась с Лауриндой своими намерениями проучить«львеночка» — она выйдет замуж и пригласит его быть свидетелем.

Лукас, задумавшись, сидел в гостиной, рас­сматривая кулонЖади.

— Это для меня? — спросила неожиданно во­шедшая Маиза.

Лукас легко выкрутился.

— Это вещь моей матери! — и забрал украше­ние у жены.

Однако Лукас нервничал, как вор, застигнутый на местепреступления. И заподозрившая что-то Маиза сразу рассказала все Далве, а тапобежала к Лукасу  посмотреть, что за кулон он взял из сейфа отца.

— А сеньор Леонидас знает... — взгляд Далвы прилип кзеленому камешку в руках Лукаса, уже знакомый ей камешек — нефрит, то есть jade.

— Ничего не говори, пожалуйста! — Лукас по­смотрел наняньку.

— Какая красота! — подоспела Маиза. — Дай мне егорассмотреть, я отдам... Очень красиво! — Маиза примерила кулон. — Я могу егопоносить, ты разрешишь?

Лукас смотрел на нее и вспоминал их первую встречу с Жади,на развалинах, когда она показы­вала ему свой кулон...

— Посмотрела и отдай! — он по-детски резко вырвал украшениеиз ее рук.

Маиза обиделась и ушла вместе с Далвой, об­суждая странное поведениесупруга.

Лукас провел кончиками пальцев по зелёному камню... Онпомнил Жади и не хотел забывать...

— Если ты больше не любишь эту женщину, не собираешьсяискать ее, встречаться с ней, то за­чем тебе этот проклятый кулон?! — сталадавить на него вернувшаяся Далва. — Отправь его ей или отдай ее сестре!

— Он останется здесь, у меня! И давай прекра­тим этотразговор! — с отчаянием крикнул Лукас.

— Не делай глупостей! Хватит! Тебе нужно ра­стить дочку,перестань мечтать об этой далекой Жади... — не унималась старая няня.

— Хорошо, Далва, хорошо... Мне пора, — про­бурчал Лукас.