Клон. История любви - Габриэлла Лопез

Время иногда пугает своей быстротой. И вот навстречу Албиерибежал уже мальчик лет шести-семи. Профессор готов был исполнить любые же­ланияЛео, и Эдне оставалось лишь наблюдать за трогательным общением сына Деузы и еемужа. И уже самой Деузе не под силу стало оторвать мальчика от Албиери.

— Лео, пошли домой, — танцовщица пришла забрать мальчика издома доктора.

— Нет, я хочу остаться с папой! — Лео обнял Албиери.

Мальчику в его возрасте нужен отец или муж­чина, которыйсможет стать таковым. И сбыва­лись предсказания донны Мосиньи: генетику непришлось отнимать мальчика у Деузы, он сам сделал свой выбор. Мать силойоттащила сына от Албиери.

Она страдала оттого, что на улице ее никто не принимал замать Лео, считали няней-негритян­кой, что сын часто звонил Албиери тайком отнее... Мальчик не верил Деузе, что профессор не его настоящий отец, и постояннотребовал, что­бы «папа» забрал его к себе... Наоборот, Лео со­мневался, что Деузаего мама. Для нее ситуация становилась все болезненней. У танцовщицы на­чалисьбольшие проблемы в общении с Лео. Он часто твердил: «Я не хочу быть твоимсыном!».

Маникюрша ревновала сына к доктору все сильнее и сильнее, ейказалось, что мальчик лю­бит профессора намного больше, чем ее... Ученыйсчитал, что Лео может жить с ним, а Деуза ведет себя эгоистично. Она ужежалела, что попросила профессора быть крестным ее сына. Еще немно­го—и Деуза невыдержит и сорвется...

Аугуето снова попал в неприятную ситуацию у Феррасов. Эднасобиралась показывать Далве фо­тографии Лео. Профессор вырвал их из рук жены иубежал... Что происходит? — думали Эдна и Далва.

Удивлялся и Леонидас. Как-то позвонив Ивет­ти, он услышал втрубке голос Лео. Он показал­ся ему на редкость похожим на голоса его сыно­вей.

— Мохаммед, нас благословил Аллах! — Латиф­фа выбежала издома, встречая мужа с работы.

— Что случилось?

— Аллах послал нам ребенка!

Латиффа стала кидаться к соседям и прохожим, сообщаяновость. Мохаммед заявил, что жена должна родить в Марокко, и что он отныне ни­чегоне позволит ей делать по дому и возьмет все хозяйство на себя.

Прежде чем отправиться на родину, Латиффа и Мохаммедприготовили специальное угощение, которое роздали прохожим на улице, чтобы теразделили их радость.

Когда супруги приехали в Марокко, Мохаммед не преминулобцеловать все тротуары. Али устро­ил настоящий праздник в доме, и праздникэтот должен был длиться не один день. Назира сказа­ла Латиффе, чтобы онаобязательно родила маль­чика. Саид, улыбаясь, обнял брата, а тот пожелал ему,чтобы Аллах благословил и его. Жади тоже радовалась за сестру.

— Ты уже выбрала имя? — Жади и Зорайде проводили Латиффу вее комнату.

Она совсем не изменилась, только Али поста­вил в углудетскую кроватку.

— Мохаммед, — на радостях Латиффа прыгну­ла на кровать.

— А если будет девочка?

— Не будет девочки, будет Мохаммед! — Ла­тиффа подпрыгнула.Она скакала, как резвый заяц. — Дядя Абдул сказал, что у меня будет двамальчика... Мы так скучали по голосу муэдзина...

Латиффа посмотрела на Жади. Та выглядела вполне довольной,но несколько усталой от жиз­ни, что иногда бывает свойственно таким моло­дым ивзбалмошным девушкам.

— Ты счастлива, Латиффа? — улыбнулась она сестре.

— Счастлива?! Да я умираю от счастья! Я им переполнена! —она взмахнула платком и поска­кала дальше. — Аллах подарил мне ребенка! Ал­лахдал мне мужа, которого я очень люблю!

Латиффа так легко носилась по дому, будто ле­тала на крыльяхсвоего маленького семейного счастья. На ней было все то же темно-синее оде­яние,в котором она когда-то юной девочкой бе­гала на футбол.

— А ты, Жади? Я знаю, что Саид разбогател и осыпает тебязолотом, ты счастлива? — Латиффа сняла верхнее одеяние и села на кровать.

Жади широко улыбалась, но казалось, что еще мгновение — иона заплачет.

— Ты до сих пор думаешь о Лукасе, — угадала Латиффа. — Новсе получилось так, потому что его не было в твоей судьбе!

— Его силой выкинули из моей судьбы! — крикнула Жади.

Латиффа не понимала сестру. Она тоже когда-то не хотелазамуж за Мохаммеда, плакала, гово­рила, что ее приносят в жертву, как барана, ате­перь она так счастлива... Но это счастье для Ла-тиффы, не для Жади. Слишкомпо-разному они понимали счастье...

— Ты больше не видела Лукаса? — спросила Жади.

— Только в журналах: там часто публикуют его фотографии сженой и дочкой.

— Если бы мы могли прожить две жизни, я бы снова повторилавсе, что сделала, только чтобы быть рядом с ним... — пробормотала Жади.

— Когда у тебя будут дети...

— У меня не будет детей.

— Ты говорила, что хочешь троих!

— Хотела, но от Лукаса...

Жади оживила встреча с сестрой. Саид сказал ей, что тожехочет детей и отведет ее к врачу.