Гормон счастья и прочие глупости - Екатерина Вильмонт

— Вполне.

— А как Полюшка? С какими отметками перешла?

— С хорошими, мама. Она хорошо учится. Папа уверяет,что она очень умная. Я тут ему ее подкидывала, когда уезжала надолго, он еювесьма доволен.

— А может, ты потом пришлешь ее к нам? У нас же естьдачка у моря. В этом году я буду свободна. Я скучаю по ней.

— Ой, мама, я не знаю. Я уже не могу ею распоряжаться…Но не исключено. У меня в июле свадьба, мама. Так, может, ты приедешь?

— Боже мой, что ж ты молчала? Ты выходишь замуж? Какоесчастье! За кого?

Я объяснила.

— Он какой, расскажи мне. Высокий?

— Да.

— Брюнет? — Мама обожает брюнетов.

— Светло-русый.

— Голубоглазый?

— Нет, сероглазый.

— Интересный?

— Ну мам, я не знаю. Дело вкуса.

— Но тебе нравится?

— Нравится. А главное — он нравится Полине.

— Ах, это так важно!

У мамы поначалу были конфликты с дочерью ее второго мужа. Итолько когда дочь вышла замуж и уехала в Канаду, мамина жизнь вошла внормальную колею.

— А как его зовут?

— Женя. Евгений Николаевич.

— Ты сегодня с ним увидишься?

— Если он вернется. Он уехал по каким-то делам.

— Ну расскажи, Бронечка, как ты с ним познакомилась.

— Мама, вот приедешь — и расскажу. Международныйразговор недешево стоит, разоришься.

— Не разорюсь. Не каждый день единственная дочь выходитзамуж.

Разговор с мамой действовал на меня успокоительно, и по мерерассказа о Жене во мне крепло решение выйти за него и не думать ни о какихдурацких романах, гормонах и прочих глупостях. Вот выйду за него, потом брошуработу и буду заниматься домом, а главное — Полиной, у которой начинается самыйтрудный возраст. Женя хочет, чтобы мы жили за городом? Отлично, там куда легчебудет уберечь ребенка от глупостей и опасностей огромного города. Разведу сад,цветы, купим вожделенного Лабрадора, заведем двух кошек. Все это вполнереально, и чем не счастье? В постели с Женей мне хорошо. Ну пусть не такволшебно, как с Андреем, ну и что? Женя ревнивый, но отходчивый, умеет признатьсвою ошибку. К нему можно прижаться… На него можно рассчитывать. Так это и естьсчастье, и при чем тут гормоны какие-то? Это «голубенький» Вовик сбил меня столку. Не знала бы я про гормон — и жила бы себе нормально.

Андрей так и не объявился. Зато пришла Светка с букетомбледно-розовых кустовых гвоздичек, которые я очень люблю.

— Я не рано? — игриво осведомилась она.

— Нет, в самый раз.

— Ты чего такая?

— Да ничего. Кинул он меня.

— Как?

— Вот так. Не пришел, не позвонил, мобильныйзаблокировал, дома телефон не отвечает. Это вся информация — и мы закрываемтему.

— А ужинать пойдем?

— Нет. Я тут приготовила…

— Ничего подобного. Что приготовила, съешь сама, хочешь— со слезами, хочешь — с соплями, а мы идем в кабачок. Две молодые, интересныебабы с высоким ай-кью, знанием иностранных языков и неплохой зарплатой! Впереди с песней!

— А вдруг с ним что-то случилось?

— Ну прямо! Охота тебе, покопайся вечером в Интернете.Он личность известная.

И мы ушли. Светка требовала, чтобы я оставила домамобильный, но мне должна была позвонить Полина. Она действительно позвонила. Апотом позвонил и Женя:

— Привет, я в Москве. А ты где?

— Да мы тут ужинаем с подругой.

— А если я к вам присоединюсь? Я голодный.

— Присоединяйся! — даже обрадовалась я. Видно,судьбе угодно выдать меня замуж за него.

— Может, он еще и заплатит за нас? — хмыкнулаСветка.

— Можешь не сомневаться, — заверила я ее.

— Бронька, плюнь ты на артиста. Это, конечно, шикарно —роман с таким мужиком, но для жизни…

— Да все понятно, Свет, он сам на меня плюнул.

— Знаешь что, ты, пока твой Женя не приехал, расскажимне, как у вас с Дружининым завязалось.

— Ну вот еще!

— Ты не права, надо рассказать. Ты, пока будешьговорить, перечувствуешь все еще раз и во многом разберешься. Чтобы нормальнорассказать, надо же все как-то упорядочить, многое тогда уляжется в голове какнадо. А то от эмоций рехнуться можно. Ты думаешь, почему я всегда все такподробно рассказываю про Виктора?

— Слушай, это мысль!

Мне вдруг нестерпимо захотелось рассказать ей все, чтослучилось со мной в этот месяц. Женя появится не раньше чем через полчаса. Онзвонил из дому, оттуда даже в субботу езды не меньше получаса. И скорее всего,он заедет на бензозаправку.

— Ну? — поторопила меня Светка.

— Ладно, слушай.

И я начала с того, что безумно себе надоела.

— Ох, как я тебя понимаю. Со мной это часто бывает.

— Светка, не перебивай, а то до приезда Жени не успею —и ты останешься недовольна.

— Все, молчу.

Но когда я сказала о Венькином безумном предложении и о моемсогласии, она вытаращила глаза:

— Так ты что, ничем не поняла?

— Нет.

— Ты.., гастролировала?

— Светка!

— Молчу-молчу!

И когда я завершила свой рассказ, она воскликнула:

— Бронька, я даже не знаю, что сказать. Ты или полнаядура, или героиня.

— Почему? — засмеялась я. Мне, как ни странно, ивправду полегчало. И стало ясно, что я выйду за Женю.

— Отказаться от артистической карьеры…

— По-твоему — петь в ресторане это артистическаякарьера?

— Ну и что? Многие так начинали.

— Да, но не в моем возрасте.

— В любом возрасте можно так начать. Хотя… Черт егознает… Значит, Дружинин не импотент?

— Даже рядом не сидел.

— А кто кому свидание назначил, ну сегодняшнее?

— Он. Позвонил позавчера вечером, у меня Венька сидел,особо распространяться при нем не хотелось. Назначили встречу, и все.

— Ты говоришь, он не дурак выпить?

— К сожалению.

— Ну так, скорее всего, он напился вчера и все проспалили забыл спьяну. А когда вспомнил, понял, что поступил как последняя скотина,ему стало стыдно, и он лег на дно. Через несколько дней, когда ты остынешь, поего расчетам, он объявится, наплетет с три короба, посмотрит своими глазищамии…