Греховные клятвы - Лилиан Харрис

Мой муж может быть нежен со мной, но он по — прежнему убийца. И сейчас этот убийца жаждет крови.

МАЙКЛ

— Кто тебя послал? — рычу я, нанося ему еще один удар в лицо.

— Да пошел ты! — смеется этот придурок.

Но скоро ему будет не до смеха. Не тогда, когда начнется настоящее веселье. И тогда он расскажет мне, кто его послал.

У нас много врагов. И теперь, когда моя мать объявила в СМИ о нашей свадьбе, наши враги хотят прийти за моей женой.

Он был здесь ради нее. Моей голубки. И никто ее не тронет.

Ему удалось проникнуть через электрические ворота, но только потому, что я позволил ему войти. Моим людям было дано слово обезвредить его. Я хотел узнать, кто его послал. Я провел все утро, наблюдая, как мои люди избивают его, требуя ответов, которые он отказывается давать. И теперь, с моим братом рядом, мы их получим.

— Хочешь пить? — спрашиваю я его. — Похоже, ты действительно хочешь пить. Где мои манеры?

Я достаю бутылку самой дорогой водки.

— Моя мать пристыдила бы меня за то, что я не отношусь к гостям с максимальным уважением. Правда, Джио?

— Да, мама была бы очень расстроена. Так что, может быть, ты нальешь нашему хорошему другу… — Он хватает в охапку волосы мужчины и откидывает его голову назад. — …выпить?

Он откидывает стул назад, пока тот не встает только на задние ножки. Один из моих людей набрасывает на голову мужчины полотенце, и когда я подхожу к нему, я выливаю это дерьмо ему на лицо, пока он не начинает кашлять и задыхаться, как крыса.

— Хочешь еще, ублюдок?

Мой человек протягивает мне еще одну открытую бутылку, и я выливаю и ее ему на лицо. Я хочу, чтобы он был на грани смерти. Я хочу, чтобы он посмотрел в глаза Сатане, прежде чем я выдерну его обратно.

— Она дорого стоит. Хочешь попробовать? Только лучшее для моих гостей.

Джио смеется.

И как только вторая бутылка опустела, я стягиваю полотенце с его лица.

— Ты уже готов к разговору?

Он едва может перевести дыхание, задыхаясь.

— Кто, блять, тебя послал? — Я хватаю его за горло и сжимаю до тех пор, пока его голубые глаза не расширяются, а щеки не становятся ярко-красными.

Проходят секунды, и с каждым мгновением я теряю терпение.

— Ладно. Не говори мне. — Я приседаю за кресло, чтобы достать один из маленьких ножей, выложенных на полу.

— Я собираюсь отрезать от тебя каждый кусочек, пока ты не станешь достаточно компактным, чтобы поместиться в мою морозильную камеру. — Я резко поворачиваю его лицо к себе и лезвием протыкаю щеку, капли крови скапливаются на кончике ножа.

Его вздохи становятся резче.

— Ты мне не веришь? — Я снова наклоняю его лицо к своему — мужчина не старше меня.

Если у него есть дети, то сегодня был последний день, когда он их видел. Потому что он умрет. Его уже не вернуть.

Он смотрит на меня вызывающе.

— Последний человек, который был в этом холодильнике, не смог заплатить свой долг. Как ты думаешь, что я сделаю с теми, кто охотится за моей семьей?

Он смотрит на меня самодовольно. Я не буду торопить его.

— Сначала я выколю тебе глаза. Потом язык. Потом твои гребаные зубы, один за другим.

— Блять! — кричит мужчина, его решимость ломается. — Я не могу! Они меня убьют!

Я опускаю свое лицо к его лицу.

— Ты умрешь, несмотря ни на что.

Нож вонзается ему под челюсть, разрезая ее начисто, кровь капает ему на колени.

— Все зависит от того, как быстро ты хочешь это сделать. Сейчас у тебя есть еще один шанс. — Я выпрямляюсь. — Кто тебя послал?

Его плечи покачиваются, он плачет, глаза закрываются.

— Имя!

— Бл-блять. — Он фыркает. — Хорошо. Я скажу тебе. Это… это были… — Он переводит взгляд на меня. — Бьянки. Они сказали мне войти, забрать твою невесту и убираться.

— Ублюдок! — Кровь приливает к моей голове, и я с яростью обрушиваю кулак на его лицо.

— Это война, — говорит Джио. — Это декларация.

— Они решили схитрить. — Я хватаю его за рубашку. — Они послали одного парня именно для этого.

Агнело, должно быть, спланировал это после нашего разговора.

— Я надеюсь, что Кавалери скоро убьют Агнело, — говорю я. — Если нет, то я приду за ним и его братьями.

Я могу быть терпеливым, когда это мне нужно, но у меня осталось не так много терпения. Не после этого. Но дело с Рафом еще не закончено, а ведя две войны, я только потеряю хороших людей. Лучшее, что мы можем сделать, — это дать Кавалери шанс уничтожить их.

— Что ты хочешь с ним сделать? — спрашивает меня Джио, вынимая из кобуры девятку и направляя ее в висок мужчины.

Засранец плачет, его тело сотрясается в знак протеста.

— Мы отрубим ему голову и отправим ее Агнело.

— Нет! — кричит мужчина. — Пожалуйста, я сделаю все…

Выстрел.

Его голова опускается вниз, когда Джио убирает оружие.

— Он должен благодарить нас за то, что мы не отрезали ее, пока он еще дышал, — говорит он, идет к нашему тайнику с ножами и достает большой мясницкий нож.

Когда он возвращается, я протягиваю к нему руку.

— Я хочу быть тем, кто это сделает.

Мой пульс спокоен, но внутри пылает ярость. Пусть я не знаю, кто причинил ей боль в прошлом, но я могу не дать никому больше к ней прикоснуться.

С ножом в руке я беру его за голову, кровь капает с его шеи, когда я заканчиваю.

— Убедись, что доставка будет в тот же день, — усмехаюсь я.

У нас своя транспортная компания. Это значительно упрощает доставку.

Я бросаю голову на полиэтилен, лежащий на полу.

— Мне нужно увезти Софию и Элси из города на несколько дней, — сообщаю я Джио, который уже закатывает голову в другой лист пластика. — Может быть, я отвезу их на Сен-Барт, пока не спадет жара.

— Это хорошая идея.

— Да. Пожалуй, я пойду приведу себя в порядок, прежде чем мне придется забрать Софию.

— Иди. Я сам.

— Спасибо. — Я сжимаю его плечо.

— Всегда, брат.

ГЛАВА 20

ЭЛСИ

— Неужели мы действительно отправимся в поездку в наш отель? — визжит София после того, как Майкл сообщает нам, что через три часа мы вылетаем на его частном самолете.

Представьте себе мой гребаный шок.

— В наш отель? — спрашиваю я,