Греховные клятвы - Лилиан Харрис

В этот момент я останавливаюсь на полушаге.

Он сказал «частный самолет»?

Это мой шанс помочь Кайле. Это должно быть знак. Если я каким-то образом смогу сесть на самолет и улететь отсюда, а не притворяться счастливой семьей, которой мы не являемся, тогда я смогу найти свою подругу и остальных. Или, по крайней мере, я могу умереть, пытаясь это сделать.

— Я не замужем, — говорю я им, закручивая волосы, и уголок моего рта кривится. — Это мой брат и моя племянница. — Я хихикаю. — Откуда вы, ребята?

— Кали, — говорит тот, что свистел. — А ты, красотка?

— Нью-Йорк. Как думаете, сможете меня туда доставить?

Надеюсь, они не попытаются меня убить.

— Да, черт возьми, смогу.

Я быстро оглядываюсь, ожидая увидеть Софию и Майкла там, где я их оставила. Мой пульс подскакивает.

Где они? Черт. Что, если он увидел меня?

Я снова встречаюсь взглядом с двумя мужчинами.

— В каком номере ты остановилась? — спрашивает парень, его глаза блуждают по моему телу, красное бикини не оставляет места для воображения.

Я определенно не могу сказать им об этом.

— Эм, как насчет…

Но внезапно с лиц мужчин исчезает цвет. Их глаза практически взорвались, когда они уставились мне за спину.

— Тебе лучше прекратить разговаривать с моей женой, пока я не отрезал тебе язык.

Я задыхаюсь, по рукам бегут мурашки. Его голос скользит по моей спине, как призрачное прикосновение, как наваждение, появившееся словно из воздуха.

— Вау… — Парень поднимает ладони вверх в знак поражения. — Леди сказала, что ты ее брат. Не хочу показаться неуважительным.

— Правда?

Его рука проводит по моему животу, прижимая меня к себе.

— Тск, тск, голубка, — шепчет он, и тепло, словно ласковое, но смертоносное прикосновение, распространяется по моей шее. — А я-то думал, что мы так хорошо ладим.

Его крепкие пальцы впиваются в мое бедро, а сердце бешено колотится в горле. Он засасывает мочку моего уха в рот прямо перед ними.

— Наказание, которое ты понесешь от моей руки за это… — Его вдох такой же резкий, как и слова, и страх, переплетенный с безумным желанием, бьет в яму моего желудка.

Мое дыхание становится тяжелым, потому что я знаю, что он имеет в виду то, что говорит.

— Собирайте свои вещи и убирайтесь из моего отеля. — Его тон низкий и угрожающий; я дрожу на месте.

— Что? — Парень, который за мной приударил, начинает вставать, на его лице появляется оскал. — Мы не знали, что она твоя чертова жена. Мы просто пытались развлечься.

— Ты глухой или просто тупой?

Майкл придвигает меня к себе, хватая за запястье, чтобы удержать меня рядом, пока он угрожающе делает шаг вперед.

— Я сказал…, — скрежещет он. — Убирайся с моей территории.

— Давай просто уйдем, чувак, — говорит его друг, хватая полотенца и пиво.

— Неважно… — Он начинает подниматься. — Мне все равно не нужен твой дерьмовый отель. Наслаждайся дерьмовым отзывом на Yelp, который я сейчас напишу о твоем отвратительном обслуживании клиентов.

— Можешь писать обо мне все, что хочешь. — Майкл смеется, но это страшный смех, такой, который напугал бы даже самых смелых мужчин. — Но если ты упомянешь в них мою жену, я тебя выслежу, и твой язык будет не единственным, что я тебе отрежу.

Глаза мужчины становятся круглыми, его друг тащит его за руку, и они уходят.

Глядя, как они уходят, я пытаюсь привести свое сердце в нормальный ритм, но это невозможно, когда Майкл стоит так близко ко мне, и гнев просачивается из каждой поры. Он держит меня так, будто я его собственность. Как будто он не может дождаться, когда начнется его гнев. Его грудь вздымается, когда он смотрит, как они уходят, а его свободная рука сжимается в кулак.

— Что ты собираешься со мной сделать? — Я сглатываю, боясь взглянуть на него.

Он медленно поворачивается, и теперь все, что я могу сделать, — это смотреть в глаза мужа, нервный ком подкатывает к горлу. Как бы мне хотелось вернуться в прошлое и сказать себе, насколько глупым был этот план.

Но мы не можем вернуться назад. Мы не можем отменить то, что сделали.

Он скрежещет челюстью и хватает меня за подбородок. Затем опускает свои губы так, что они оказываются на расстоянии вдоха от моих.

— Все, что ты заслуживаешь. — Его слова содержат обещания того, что будет дальше.

Меня бросает в дрожь, но при этом становится жарко, кожа напрягается от его излучающего взгляда, который греет меня изнутри.

— Ты заплатишь за свои поступки.

Он прижимает большой палец к моей нижней губе. Моя грудь вздымается от рыданий.

— Только так ты узнаешь, что значит быть моей женой. — Он проводит костяшками пальцев по моему лицу. — Ни один мужчина не сможет заполучить тебя, пока ты Марино. Я покончу с ними еще до того, как они попытаются. Ты меня поняла?

Его голос — это коктейль из мужских достоинств, который еще больше вводит меня в состояние замешательства, когда я не уверена, боюсь ли я его или хочу.

Я киваю, но с трудом, губы приоткрыты, а вдохи все быстрее погружают меня в то, что происходит между нами.

— Хорошо. А теперь пойдем. — Он берет меня за руку и тянет за собой, а я стараюсь идти в ногу с ним.

— Куда? — Мой голос тихий, а боль между бедер нарастает.

Потому что какое бы наказание он для меня ни приготовил, я надеюсь, что оно будет таким же хорошим, как когда он держал меня и заставлял кончать. С тех пор я жажду его прикосновений, не в силах забыть их, поглощенная воспоминаниями о том, как его опытные пальцы включили во мне рубильник. О котором я даже не подозревала.

— Вернемся в наш номер в отеле. Мейбл поручили занять Софию на час.

— Просто скажи мне, что ты со мной сделаешь. — Я почти умоляюще говорю, следуя за ним по пляжу.

Он не говорит ни слова, пока ведет меня обратно в отель и вставляет карточку-ключ в дверь нашего номера. Его рука лежит на моей спине, и я чувствую ее тяжесть. Я с трудом пытаюсь дышать, пока он так нежно заталкивает меня в номер, словно спящего зверя перед нападением.

Мои плечи поднимаются и опускаются, когда дверь закрывается, и звук вибрирует в пространстве. Мои руки касаются плеч, и я провожу ладонями по чувствительной коже.

Повернувшись к нему спиной, я говорю:

— Все, чего я хотела, — это найти свою подругу. Вот и все. Я обещаю.

— И что