Кукла Яся - Анна Джолос

— Да перестань, Ясь! Попробовала — не сложилось. Чё теперь? Трагедия? Переживёт. Не дотянул.

— Саш, проблема не в мужчинах, а во мне. Я постоянно сравниваю их с Дымницким.

— Потому что ты влюблена, — разводит Рыжая руками.

— Влюблена, не спорю, но унижаться не стану.

— Уважаю твою позицию, — ободряюще кивает.

— Не хочет дать себе шанс? Собирается всю оставшуюся жизнь страдать по своей погибшей жене? Что ж, я приму это, пожалуй.

— И каков план? — осторожно интересуется она.

— План называется «С глаз долой, из сердца вон». Эмиль правильно сказал. Нечего мне больше делать на хате у братвы.

— Ты хочешь съехать?

— Да.

Очень грустно, но другого выхода, похоже, нет. Только так я смогу избавиться от своей мучительной привязанности к Дымницкому.

— И куда ты? Подыскала комнату или квартиру?

— Ну… Кхм. Есть один вариант.

— А что это за улыбочка сейчас промелькнула?

— У Стёпы, фотографа, на днях освобождается вторая комната в съёмной двушке.

— Яська-Яська, — сощурившись, бьёт ладонью по воде, и в меня тут же летят брызги.

— Что? Его сосед уезжает в Питер, — спешу объясниться. — Стёпа вчера спрашивал у наших, не нужен ли кому-то угол. Квартира, вроде, приличная. Находится недалеко от центра. До агентства всего пятнадцать минут пешком. Плата вполне себе приемлемая, учитывая, что сумма делится напополам. Я подумала…

— Ты сейчас, не пойму, ждёшь моего одобрения? — перебивает, хохотнув.

— Ничего я не жду, — отзываюсь хмуро.

— Переезжай, Ясь, но только если уверена, что этот Стёпа — не маньячина какая-нибудь.

— Какая маньячина? Нормальный, адекватный парень.

— Такие нормальные и выходят потом со скальпелем на прогулку ночью в парк.

— Пффф…

— Скинешь мне ваш адрес и его паспортные данные, — становится серьёзной. — Поняла?

— Это ещё зачем?

— Как зачем? Пробьём его с батей по ментовской базе.

— Саш…

— На всякий случай, Бортич. Бережёного, как известно, — отталкивается ногами от бортика, — Бог бережёт…

***

Я переезжаю к Стёпе.

Просто собираю в очередной раз свой рюкзак и сваливаю из нашей мужской коммуналки в тот момент, когда никого нет дома.

Пока еду на метро, успеваю воспроизвести в памяти всё то клёвое, что там происходило. Сабантуйчики, вечерние посиделки, стычки с Дымницким.

Хочется даже всплакнуть, но я себе не позволяю.

Нельзя.

Ни к чему.

Если уж настроилась на перемены, то надо бы действовать согласно плану. А в этом самом плане чётко обозначен пункт, в котором указана необходимость переезда.

Так надо.

Так будет правильно.

Идут дни. Недели. Мы с Дымницким теперь не видимся. Не мозолим друг другу глаза и не сталкиваемся по утрам в коридоре.

Это то, чего он хотел.

Это то, что может помочь мне.

Оставшись без уже привычной работы автомойщика, я концентрируюсь на своей модельной деятельности. Участвую в показах, снимаюсь для рекламы и каталогов. Постепенно становлюсь всё более востребованной в этой сфере, и, знаете, начинаю понимать, что мне это очень нравится.

— О, чё эт у нас сегодня? — Стёпка, лохматый и зевающий, появляется на кухне в ту секунду, когда я снимаю со сковороды последний блин.

— Ммм…

— Садись. Чай, кофе?

— Кофе, — звучит в ответ уже привычно.

— Так и знала. Только сварила, — поднимаю турку с плиты.

— А это че тут такое?

— Малиновое варенье, сгущёнка, творожный сыр. Выбирай, что хочешь.

— Обалдеть, — у него глаза разбегаются. — До сих пор не верится, что мне так фортануло, — скатав блинчик, макает его в варенье. — Мало того, что в моей хате поселилась умопомрачительная, длинноногая красотка, так она меня ещё и кормит. Мечта.

Улыбнувшись и себе сворачиваю один.

Иногда можно согрешить. Я и так в последнее время слишком строга к своей фигуре.

У Стёпы играет Лепс.

Это ему матушка звонит. Он на неё специально такой рингтон поставил.

— Да, ма, привет. Чё делаю? Пью кофе с блинами, — зажимает телефон между ухом и плечом. — Яська, конечно, кто ж ещё. Вкусно не то слово. А вчера она знаешь какую солянку сварила. Закачаешься! Мать говорит, женился бы ты на ней, что ли, — передаёт её слова.

— Зрасьте, тёть Оксан! — здороваюсь громко.

— Привет, Яся! — кричит в ответ. — Опять балуешь Стёпку? На шею сядет.

— Да мне несложно.

Приятно же, когда твою стряпню нахваливают.

— Матушка говорит, что фотки с показа крутые.

— Спасибо.

— Какие планы? Едем в агентство. У нас там реклама шампуня сегодня. Завтра выходной. Валяться будем, может, в киношку сходим, в парке погуляем. Ма…

Ставит на громкую.

— Киношка… Вариант для сопливого подростка. Ты собираешься ждать, когда за ней начнёт ухлёстывать какой-нибудь солидный мужчина? Степан, пора уже как-то всерьёз активизироваться.

Он закатывает глаза.

— Пригласи девушку в ресторан.

Отрицательно качаю головой.

— В театр, на выставку, я не знаю. В Москве много разных мест.

— Нас устраивает киношка. Большой экран, попкорн и ужастик.

— Детский сад, штаны на лямках. Тебе двадцать шесть, а не шестнадцать.

— Ладно, ма, мне пора собираться на работу. Вечером напишу или позвоню. Целую.

— Ясю вон лучше поцелуй.

Он сбрасывает.

— Вишь, чё делается?

Киваю, отпивая чаю.

Оксана Георгиевна жёстко нас шипперит[4] со Стёпкой. Да и не только она. В агентстве за спиной тоже всякое поговаривают после того, как мы проболтались о том, что живём теперь вместе.

«Представляете, девочки, спит и с фотографом, и с Жаровым»

«Потому и любимица»

«Все лучшие съёмки Бортич»

«Все классные контракты Бортич»

«Несправедливо!»

«И откуда только взялась!»

«Известно откуда, с автомойки!»

«Легенда сто пудово! Не верю я в то, что она машины мыла»

«А как вольготно общается с Дмитрием Борисовичем?»

«Офигевшая!»

«Что в ней особенного?»

«Да ничего! Провинциалка обыкновенная!»

«Каждую пятницу в ресторан с ним ездит!»

«Я тебя умоляю! Небось отсасывает где-то в гостинице»

«Бедный Стёпка! Водит парня за нос!»

Да. Зависть — она такая. Застилает глаза и мешает адекватно воспринимать действительность. Девчонкам трудно быть объективными.

Хотя… Кое в чём они, пожалуй, правы. Признаю, Жаров, на самом деле, выделяет меня из армии своих красоток. (Не подумайте, что я зазналась или реально стала спать с ним, но, есть основания думать, что Дмитрий Борисыч совершенно точно определил меня в какую-то особую касту).

— Знаешь, кто мне звонил вчера вечером? — наблюдает за тем, как мне делают причёску.

— Кто?

Читаю сообщение от Тохи и прокашливаюсь:

Череп: «Ты, Яська, — секс и фантастика!»

«Тох, ты пьяный, что ль? озадаченный смайл»

Отправляю.

— Депутат Славицкий.

— Чё от вас хотел?

— Упаси Боже, от меня. Насчёт тебя интересовался.

— Хм…

Череп: картинка

Череп: «Баннер — огнище!»

Череп: «Ты звезда, Яська!»

Череп: «У Дымницкого шок. Мы в ДТП попали».

Мне