Ночи большого города - Натали Гарр

Глотнув из своего бокала, я расставляю колени шире. Терпкий привкус вина лишь усиливает мое желание, и я плотно стискиваю зубы, чтобы не зарычать.

– Я бы хотела залезть под этот стол и сделать тебе минет, – пылко заявляет Кэтрин, вынуждая меня отодвинуться и опасливо оглядеться.

– Прекрати, – хриплю я, приняв удобную, насколько это возможно при такой эрекции, позу. – Ты переигрываешь.

Она смеется.

– О, неужели? И кто же из нас двоих теперь ханжа, а?

– Похоже, что я.

Спустя пять мучительных минут нам наконец приносят еду, и я ненадолго отвлекаюсь от своих бурных фантазий и успокаиваюсь. По мере того как мы с аппетитом уплетаем запеченного сибаса, Кэтрин делится со мной переживаниями насчет предстоящих съемок, и мне ничего не остается, кроме как подбодрить ее.

– Не волнуйся, детка. У тебя все получится.

– Ты так считаешь?

– Конечно.

Заметив сбоку какое-то движение, я механически поворачиваю шею в ту сторону и, встретившись глазами с проходящей мимо нас женщиной, впадаю в оцепенение.

Срань господня. НЕТ.

Застыв с вилкой в руке, я сижу и беззвучно таращусь на нее, словно увидел призрака, а она в свою очередь испепеляет меня ненавидящим взглядом. На секунду мне даже хочется вскочить и унестись прочь, настолько мне неприятно.

– Роберт! Эй, ты слушаешь меня?

– Да… да, прости. Что ты сказала?

– Кто это? – спрашивает Кэтрин.

– Это? – я мешкаю, – знакомая моей матери. Бывшая. Они не общаются. – Я выдавливаю из себя фальшивую улыбку и привстаю. – Ты уже поела?

– А что, не терпится затащить меня в постель? – она беззаботно хихикает.

К счастью, мои скверные эмоции не коснулись ее настроения.

– Не терпится, – отвечаю я, мечтая побыстрей свалить отсюда.

– Тогда идем.

Я подзываю к нам официанта.

– Запишите все на мой счет, мы торопимся.

– Хорошо, сэр. Приятного вечера!

Мы выходим из ресторана, и на меня накатывает облегчение.

Зачем, черт подери, она прилетела в Нью-Йорк?

* * *

Это не первый раз, когда я забронировал номер «Ty Warner penthouse». Однажды я уже ночевал здесь с Лесли Куин – топ-моделью, которую подцепил на вечеринке одного мужского журнала. Прошел ровно месяц со дня смерти Мануэлы, и я тогда пустился во все тяжкие. К тому же я был вызывающе примитивен в своем стремлении выпендриться перед любой долговязой шлюшкой, которых таблоиды величественно именуют знаменитостями. Странно, но я даже толком не помню той ночи. Я был убит горем и ни черта не соображал.

– Итак, мистер Эддингтон. Теперь, когда мы наконец остались наедине, что вы намерены со мной делать? – кокетливо вопрошает Кэтрин, подступив к краю кровати.

– А чего бы тебе хотелось?

Я просовываю руки в карманы брюк и, склонив голову набок, с умилением наблюдаю за этой прекрасной, слегка захмелевшей девчонкой. Она определенно лучшее, что когда-либо случалось со мной.

– Для начала, чтобы вы разделись, – жарко произносит она.

Ухмыльнувшись ее распорядительному тону, я послушно сбрасываю с себя пиджак, избавляюсь от рубашки и остаюсь голым по пояс.

Кэтрин облизывает губы, ее голодный взгляд путешествует по моему торсу и задерживается на брюках.

Я хищно ухмыляюсь. Нет, детка. Не так скоро.

Сняв обувь и носки, я выпрямляюсь.

– Э-м-м… это все?

– Пока да.

Уловив в ее глазах проблеск разочарования, я стремительно пересекаю комнату, подойдя к ней вплотную, рывком разворачиваю ее лицом к стене и одним ловким движением расстегиваю молнию на ее симпатичном бежевом платье.

Скользнув пальцами по ее гладкой, покрытой мурашками коже, я внезапно обнаруживаю, что на ней нет лифчика. А трусики?

По моим венам проносится ток.

До конца стащив с нее платье, я с любопытством оглядываю ее попку – нет, трусики на месте. Белые кружевные шортики. Достаточно прозрачные, чтобы я мог захлебнуться слюной.

– Повернись ко мне.

Кэтрин оборачивается, я тщательно осматриваю ее спереди и издаю низкий горловой рык. Поросль жестких каштановых волос просвечивает сквозь тонкую ткань, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не разорвать ее в клочья.

– Ложись, – шепчу я, указав на постель.

Кэтрин покорно опускается на огромную королевскую кровать, я забираюсь следом, аккуратно снимаю с нее трусики и, схватив ее под коленками, притягиваю к себе.

– Закинь ножки мне на плечи.

Она быстро выполняет мою команду, а я опускаю голову и присасываюсь губами к ее лобку.

– М-м-м, наконец-то, – бормочу я, вдохнув ее нежный, неповторимый запах. – Самое изысканное блюдо мира.

Кончиком языка я обвожу ее набухший клитор, Кэтрин дергается подо мной и мычит.

– Войди в нее… – умоляет она. – Пожалуйста.

– Уже? – притворно изумляюсь я, параллельно проталкивая в нее сразу два пальца. – Черт, малышка. Ты вся промокла, – восторженно объявляю я, добавив третий.

Кэтрин откидывается на подушки и извивается.

– Дьявол, как ты расширилась, – шепчу я, с силой вторгаясь в нее. – Хочешь меня?

Ее влага обволакивает мою руку, я меняю угол наклона и давлю на ее чувствительную точку.

– Да… – она хнычет.

– Как?

– Возьми меня… по-настоящему! – В ее голосе свистит отчаяние, она мнет покрывало и часто дышит, доводя меня до безумия. Красивая, возбужденная, жаждущая секса, она лежит передо мной и вся дрожит. Моя и больше ничья. Молодая, податливая…

Проклятие!

Зарычав, я набрасываюсь на нее сверху, спускаю брюки вместе с боксерами и вонзаюсь в нее прямо на всю длину.

– А-а-а! – Кэтрин распахивает глаза и тут же зажмуривается. – Боже мой, да-а-а… – ее руки обвиваются вокруг моей шеи, ноги опоясывают бедра, и мы быстро трахаемся, раскачиваясь из стороны в сторону.

– Черт, я сейчас кончу, – хриплю я, ритмично вколачиваясь в нее. – Кэтрин…

– Я тоже… – отвечает она.

Схватив ее за задницу, я вгоняю в нее член, грубо, неравномерно. Она беззвучно охает и сковывается вокруг меня, сотрясаясь от мощной волны оргазма. Этого достаточно, чтобы и мне взлететь на вершину блаженства вслед за ней.

* * *

– Как думаешь, я еще смогу ходить?

Я смеюсь и целую ее в лоб.

– Не уверен. Что, сильно болит?

– Нет, наоборот.