Наследник Сентерии - Дилара Кескин

– Я попросил Китану позаботиться об этих детях, мой король, – вместо меня ответил Винсент. – Но ваша воля превыше всего. Если хочешь, мы не будем им помогать.

Винсент решил принять удар на себя, и я почувствовала раскаяние.

– Конечно, все хорошо, – криво улыбнулся Эстес. – Вы можете помогать тем, кому считаете нужным, я просто… поинтересовался.

Все вновь сосредоточились на тарелках. Я взяла очередной кусок курицы и отправила в рот.

– На твоем месте я бы тщательнее следила за тем, что я ем, – заявила Кассандра. – И с утра ты ела все, до чего могла дотянуться. Впрочем, у тебя особо-то и фигуры нет, которую следует беречь. Все нормально.

Я промолчала.

– Шучу, расслабься немного, – произнесла Кассандра.

Я скривилась, а Рена радостно рассмеялась.

– Ты никогда не станешь такой, как я, Кассандра. Твои родные – простолюдины, торгаши, во мне же течет королевская кровь. Меня растили принцессой. Говоришь, я много ела с утра? Кажется, ты весь день не можешь от меня глаз оторвать, да?

Кассандра вспыхнула от ярости, ее глаза злобно сверкнули.

Воцарилась глубокая тишина, которую прервал мой смех.

– Я просто шучу, Кассандра, расслабься.

Эзра и Винсент пытались разогнать сгущающиеся тучи, пока наша размолвка с Кассандрой не переросла в грандиозный скандал. Я с огромным трудом улыбалась и скрывала раздражение весь вечер, но в конце не сомневалась, что отлично сыграла роль.

Наконец мы отправились в спальню, где я смогла избавиться от опостылевшего платья и облачиться в спасительную ночную рубашку.

Я села на край кровати. Дверь в ванную осталась открытой, и я могла наблюдать за умывающимся Винсентом. Я поджала губы. К глазам подступили слезы.

Винсент заметил перемену в моем настроении, подошел и вытер мое лицо полотенцем.

– Китана, – удивленно протянул он, – почему ты плачешь?

– Так трогательно, что ты защитил меня за ужином, – ответила я.

Обескураженный Винсент сел рядом со мной.

– Конечно, я встал на твою защиту, я и раньше так поступал. Почему ты сейчас столь сентиментальна?

– Не знаю, – я пожала плечами. Видимо, от переизбытка переживаний за последнее время мои чувства обострились. – Я очень нервничаю все эти дни.

– Понимаю, – произнес Винсент, затем обнял меня за плечи и прижал мою голову к своей груди. – Я здесь. Не волнуйся, мы преодолеем трудности.

Мне стало невыносимо скрывать от него страшную правду. Дыхание перехватило, мысли путались. Я подняла голову и сквозь слезы посмотрела в черные глаза Винсента.

– Мне нужно тебе кое-что рассказать, – выдохнула я, но внезапный стук в дверь помешал моему признанию.

Винсент закатил глаза и вынужденно встал.

– Пожалуйста, не забудь о том, что ты хотела сказать.

Дверь открылась, и раздался взволнованный голос солдата. Мужчина сильно запыхался.

– Мой принц, король Эстес приглашает вас в тронный зал.

Его слова прозвучали так резко, что я моментально забыла о своем нервном срыве и испуганно села. Глаза Винсента блестели, выдавая его беспокойство, но мужчина вскинул подбородок и придал лицу бесстрастное выражение.

– Что происходит?

– Зираков объявил Сентерии войну.

Глава 19

Жертва

Myuu – Jeff The Killer (Piano Version)

Все мои отчаянные попытки вырваться из этой бездонной кровавой ямы приводили меня к тому, что я увязала все глубже. Что бы я ни делала, ничего не менялось.

Мои колени тряслись, и я обессиленно опустилась на кровать. Винсент казался таким же испуганным, но все же сумел сохранить бесстрастное выражение лица.

– Хорошо, – кивнул он офицеру напротив, – ступай. Я скоро приду.

Винсент закрыл дверь. Не глядя друг на друга, мы несколько минут не двигались с места. Повисло гнетущее молчание.

На мои глаза вновь навернулись слезы, и весь мир поплыл. Мои руки дрожали, но не от холода. Я устала сталкиваться с препятствиями всякий раз, когда пыталась жить счастливо с Винсентом. Я чувствовала себя сухим листом, попавшим в бушующий ураган. Меня бросало с места на место, но я ничего не могла поделать.

Я почувствовала, что Винсент приблизился, но не подняла головы. Некоторое время мужчина молча стоял передо мной, затем опустился на колени и взял меня за руки.

– Китана, – успокаивающе позвал он, словно мать, поющая колыбельную ребенку перед сном. – Давай поговорим.

Винсент оказался совершенно бессилен перед бушевавшей внутри меня яростью.

– Когда это закончится? – вслух подумала я. – Когда мы сможем вздохнуть спокойно?

– Я не знаю, – отозвался Винсент и уткнулся лбом мне в колени. – Раньше я думал, что взойду на престол и все вокруг станет как в сказке. Теперь я не уверен.

Я понимала, что ему тоже очень тяжело, и пробежалась пальцами по его волосам. Я наклонилась вперед и поцеловала Винсента в макушку. Я тонула сама, но хотела успокоить его.

– Я здесь. Винсент, я обещаю, что всегда буду рядом. Тебе больше не придется сражаться в одиночку.

– Знаю, – чуть слышно отозвался он. – Я тоже… тоже обещаю.

Не знаю, сколько времени мы так просидели, но я хотела, чтобы это мгновение длилось вечность. Я не понимала, как меня привлек этот мужчина, стоящий сейчас на коленях, не представляла, как люди могут так сильно привязаться друг к другу. Когда Эстес решил нас поженить, я чувствовала лишь отвращение. Теперь я не сомневалась, что этот брак – величайший дар, которым меня могли наградить. Да, бесконечные бури бросали нас с места на место, цунами стремилось разрушить все, что мы строили. Но пока я здесь, в объятиях Винсента, я переживу любой шторм. У меня появились силы, чтобы бороться, и вера, что я смогу все восстановить.

После нескольких минут покоя Винсент поднял на меня затуманенный взор.

– Полагаю, грубо заставлять короля ждать еще дольше, – произнес он. Я очень хотела ему возразить и попросить остаться, но вынужденно кивнула.

Больше Винсент ни слова не проронил. Он встал, выпрямился, придал своему взгляду прежнее безразличие и вышел из спальни, оставив меня одну.

Дорога в тронный зал казалась унылой и долгой. С каждым шагом мое желание развернуться и сбежать становилось все сильнее, но я знал, что мне нужно сжать кулаки и двигаться вперед. Только в сказках принцы женятся на принцессах и живут долго и счастливо.

Если вас с детства растят как наследного принца, пусть даже еще и не утвержденного официально, вам приходится уметь защищаться от манипуляций. Пока ваши сверстники беззаботно играют, на вас возлагается ответственность. Даже в юные годы от вас ждут знаний в области географии, истории, политики, понимания стратегий.

Самым трудным для меня оказалось оставаться равнодушным к смерти. Когда я был подростком, отец часто заставлял меня смотреть на казнь заключенных, совершивших тяжкие преступления, чтобы я смог заглушить в себе голос милосердия и без раздумий защищать Родину или наказывать виновных в будущем. Я никогда не винил его, понимая, что это необходимо. Но каждую ночь после этого мне снились кошмары.

Да,