Без паники! или Влюбиться любой ценой - Любовь Фомина

— Что тебе? — Спрашиваю я у Ани, не отрывая глаз от ноутбука и боясь посмотреть на нее.

— А ты где будешь спать? — Серьезно спрашивает она.

— Не буду.

— Значит, я тоже, — решает она показать свой характер и нечеловеческое упрямство.

— Не глупи, — пытаюсь я воззвать к ее разумности. — Иди спать, отдохни.

— А я не буду. Вот если ты ляжешь, то и я пойду. — Упирается она в свое. Вот ей сдался мой сон!

— Ань, что за упрямство.

— Миш, а ты понимаешь, что ты человек, а не робот? Людям надо спать. Не нужно себя переут …

— Я сам разберусь, что мне делать. Иди. — Перебиваю я ее на словах, которые постоянно слышу от мамы. Нашлась еще одна спасительница.

Аня остается сидеть рядом со мной. Она, видимо, не придумав себе занятия и действуя спонтанно, следит за экраном ноутбука. Тут ее голова мягко сползает мне на плечо. Уснула. Я поворачиваю голову и разглядываю ее лицо. Если отбросить ее дурной характер, то вполне милая девушка. Зачем только постоянно спорит? Будто сама себе жизнь постоянно хочет усложнить.

Мне тепло и уютно, от Ани, опирающейся на меня. Работать уже не получается, как и оторваться от ее лица. И мои глаза тоже начинают плавно закрываться. Но спать нельзя. В комнате прохладно, а Аня в одной лишь футболке.

И я аккуратно чуть отодвигаюсь, подхватывая ее, сползающую ниже по дивану, и поднимаю на руки. Ее голову прижимаю к своему телу, чтобы не болталась при ходьбе. Ногой открываю сначала первую дверь, потом вторую. И, зайдя в спальню, осторожно укладываю ее на кровать, прикрывая одеялом. Аня потягивается и поворачивается. Такая милая, когда спит.

И я выхожу из комнаты, возвращаясь в предыдущую. Закрываю ноутбук и ложусь на еще теплый диван, прикрываясь покрывалом, снятым с кровати.

Глава 46

Михаил

Следующее утро

Телефон не унимается, так что приходится проснуться. Продираю глаза, обильно растирая их, а после и все лицо. Время слишком раннее для звонков. Звонит отец. Странно. Мог бы и зайти, раз настолько срочная и важная информация ударила ему в голову.

— Чего тебе? — Сонно отвечаю я, все еще не желая просыпаться.

— У нас проблемы. — Серьезно и очень бодро объявляет отец.

— Что? Какие проблемы? Время четыре утра. — Смотрю на часы, щурясь и поднимая брови, и пытаюсь поверить тому, что сейчас вижу.

— Зайди ко мне. Я дома.

— Не пойду. — Падаю я обратно на диван.

— Это срочно. Очень важно.

— А до утра не подождет?

— Нет. Я жду тебя.

— Отец, я никуда не пойду. Я не один.

— В смысле? Настя осталась у тебя? А вдруг кто узнает? Сколько раз я тебе говорил, что не …

— Аня ночует в соседней комнате, — перебиваю я его, не в силах в очередной раз слушать нотации о том, как сильно встречи с Лией могут испортить мою репутацию.

— О… — Удивляется отец, явно не готовый к такому повороту событий. — Тогда встретимся на работе. В восемь утра собрание.

Откладываю телефон в сторону. Ни дня спокойствия. Не смотря на все сказанное отцом, я ставлю будильник на шесть, поворачиваюсь на бок, зарываюсь в покрывало и утыкаюсь носом в диван. Неудобно, жестко, мало места, но ничего не сделать. Не могу же я прогнать Аню с кровати, тем более, когда сам же ее туда и положил.

— Эй, соня, — слышится надо мной голос, а после этот кто-то трясет меня, дергая за руку. — Вставаай. Даже я успела проснуться от твоего будильника.

— Сколько времени? — Спрашиваю я сквозь сон, не разбирая, насколько реален голос сверху.

— Половина седьмого.

Глаза моментально открываются, а я вскакиваю с дивана. Не хватало еще опоздать.

— Нужно собираться. Срочно.

— Да куда ты опять спешишь? — Потягивается Аня, закутанная в одеяло. — Еще спать и спать.

— Нам на работу к восьми. Раньше. В восемь собрание. Ты готова ехать?

— Куда? — Аня непонимающе смотрит на меня, потирая глаза.

— Нам разве не нужно заехать к тебе?

— А что, надо было? — Садится она на диван, откуда я только что встал, и протягивает ноги, кладя их на журнальный столик. Я набираю грудь полную воздуха и медитативно выдыхаю его. Ноги на столе. Моем столе.

— Да, — раздраженно отвечаю я, стараясь успокоиться. — Или нет?

— Ты мне скажи. Сам это придумал.

— Разве тебе не нужно собраться? Переодеться, накраситься? Вы, женщины, просто так из дома не выходите.

— Мне не нужно ничего, — начинает Аня скатываться по дивану, говоря все тише. Засыпает обратно.

— Анна?

— Да что нужно то? — Раздражается уже она. — Тушь на всякий случай у меня в сумке валяется. Хвост без расчески сделать можно. Два дня в одной одежде — это тоже не преступление. Я лучше посплю чуть дольше, чем буду тратить столько времени на внешний вид, который и так нормальный сам по себе.

Странная девчонка. За все года я привык, что Лия без маски из косметики на лице из дома не выйдет даже вынести мусор, хотя она его и так не выносит. Да и одни (даже!) колготки она бы не надела второй день подряд. А у этой девушки все так просто. Я к такому не привык.

— Тогда позавтракаем, — говорю я и оборачиваюсь на Аню, мирно сопящую сидя на диване. Меня никто не слышит.

Свой выбор она сделала. Так что я Аню больше не трогаю. Пока она спит, я принимаю душ и переодеваюсь. Я спал на диване, не снимая одежды, и она сильно помялась. Неподобающий вид для человека моей должности и положения. Когда остается полчаса до выезда, я, наконец, бужу Аню. Она просыпается и без единого слова уходит в спальню, показывая мне указательный палец, направленный вверх. Я ее не трогаю и ничего не отвечаю, но и не ухожу. В коридоре ожидаю ее возвращения. Ровно через семь минут она выходит. Прилично выглядящая и собранная. Видимо, готова ехать. Она проходит мимо меня и одевает сапоги, а после и пальто. Я лишь с ухмылкой наблюдаю за происходящим. Сонная, зевающая, не видящая, куда идти, и при этом собравшаяся за такое маленькое время, она облокачивается на дверной косяк и ждет меня.

Ехать в тишине не получается. Аня то и дело задает вопросы, о том, как уснула и оказалась на кровати, а после откровенно удивляется моему поступку. Но в чем дело, мне не говорит. Спрашивает про срочность и спешку, но тут и я ничего не могу ей ответить. Узнаем вместе.

Только