Самая рыжая в Академии драконов - Марина Ефиминюк

Пока я пыталась не смотреть на его превосходно сложенный торс, Рэдвин двинулся в сторону кромки воды с узенькой песчаной полоской, посыпанной мелкой речной галькой. Пришлось подняться с насиженного места и, шагая следом, взывать к мужской сознательности:

— Даррел, я сегодня исполнитель твоих желаний и несу ответственность, чтобы ты не утоп!

— Тогда тебе стоит войти в воду со мной.

Он скинул ботинки, снял носки и взялся за пояс спортивных штанов. Отворачиваться я и не подумала: скрестила руки на груди, всем своим видом демонстрируя неодобрение. Рэдвин вдруг поймал мой взгляд и с едва заметной самодовольной ухмылкой на губах начал стягивать штаны, превратив момент с простым раздеванием в интимно-острый и задевающий.

Я не выдержала и отвела глаза.

— Подержишь, Кат-Кат? — Оставшись в оборотоупорных шортах, он протянул штаны мне.

— Подержу, конечно, — согласилась я, забирая одежду. — Ныряй, но помни: если ты попытаешься утопиться, я не буду тебе жарить на костре зефирки!

Однако Даррел уже вошел в воду по колено и даже не поморщился. В смысле, возможно, его перекосило от бровей до подбородка, он был повернут ко мне крепким за… затылком. Рыжим! Чудесным рыжим затылком.

— Рэдвин, ну что у тебя за странная любовь к плаванью в сомнительных водоемах? — вновь попыталась я. — Ты же дракон, а не крокодил. Считай, венец божественного творения!

— Ты только что назвала меня высшим существом? — Он повернулся с широкой улыбкой.

— Да просто уже плыви, существо, — сдаваясь, махнула я рукой. — Кстати, как водичка?

— Ледяная! — хохотнул он и, расставив руки, бахнулся спиной в эту самую ледяную воду.

Некоторое время Даррел не выныривал, и я действительно начала волноваться.

— Рэдвин… Какого хверса?

В панике я скинула плед, сорвала с плеч куртку и даже успела стащить с ноги один ботинок, как из реки вырвался гибкий, сильный дракон цвета ржавчины. Я прикрылась рукой от фонтана брызг и подняла голову.

Зрелище было завораживающим. Рэдвин взмыл в небо, нырнул в воздушных потоках и камнем упал вниз. Задевая лапами поверхность воды, он пронесся над рекой, стрелой взлетел вверх. Заложил большой круг и плавно спустился, подняв в воздух мусор и разбросав в разные стороны мелкие камни.

Я пять лет проучилась с драконами, сотни раз наблюдала за их полетами, видела в боевой форме: с чешуйками на лице, с когтями и вытянутыми зрачками. Насмотрелась всякого! Но впервые оказалась с драконом, принявшую вторую ипостась, настолько близко.

С удивительной грацией для столь мощного создания Рэдвин двинулся в мою сторону. Он встал очень близко. Сама от себя не ожидая, я протянула руку и прикоснулась к гладкой чешуе, оказавшейся теплой, как человеческая кожа.

Дракон опустился на землю и мотнул головой, предлагая забираться ему на спину.

— Нет-нет. — Я помахала руками и отошла подальше. — Даже не думай! Я не собираюсь на тебя вскарабкиваться.

Он выдохнул пар через большие расширенные ноздри.

— Не полезу! — отрезала я и, кое-как натянув ботинок, зашагала к костру. — Я что, похожа на сумасшедшую? Да это просто неприлично, Даррел!

Секундой позже он натуральным образом боднул меня в спину, едва не опрокинув на землю.

— Ты издеваешься, что ли?

Я резко развернулась и, вздрогнув, едва не уткнулась лбом в драконью морду. В серых глазах с вертикальным зрачком можно было разглядеть искаженное отражение моего лица. Вид у меня был обалделый и взлохмаченный.

— Но только попробуй меня уронить! Перевоплотишься, и я тебя прикончу! — пригрозила я.

Клянусь, в ответном грудном рычании можно было различить смех!

Рэдвин вновь опустился на землю и подставил лапу, чтобы мне было комфортно забираться ему на спину. Понятия не имею, как удалось вскарабкаться и не свалиться на влажную гальку. Он поднялся и встряхнулся, отчего, испуганно охнув, я соскользнула по чешуе и угнездилась в выемке возле крыльев, словно именно в этом месте к дракону можно было пристегнуть седло.

— Осторожнее, Даррел! — схватив его за шею, попросила я. — Помни, что не дрова везешь!

Рэдвин мягко оттолкнулся от земли. За моей спиной ударили сильные крылья, подняв волну холодного воздуха. Невольно я прислонилась к Даррелу, легла всей грудью и, зажмурившись, крепко обняла руками. На краю сознания пульсировала мысль, что мы совершаем нечто крайне интимное, чем не делятся даже с близкими друзьями. О физической близости рассказать — запросто, а о совместном полете — едва ли. Это смущало и одновременно вызывало восторг. Заставляло сердце биться так быстро, что было сложно дышать.

Ветер трепал волосы, забирался под одежду. С каждой секундой я все четче ощущала, как отдаляется земля, и когда приоткрыла глаза, увидела, что мы плывем высоко над макушками деревьев. Внизу вьется река, и в полумраке подмигивает огонек нашего костра. Чистое наслаждение!

Рэдвин сделал плавный, вальяжный круг, но внезапно мы резко провалились в воздушную яму. Взвизгнув, я вновь прижалась к нему и почувствовала, как по телу дракона, отдаваясь во мне, прошла вибрация. Он словно насмешливо хмыкнул.

— Ничего смешного! — крикнула я и, совершенно перестав стесняться, хлопнула ладонью по загривку.

Даррел начал мягко снижаться, не красуясь и не пытаясь закладывать петли. Приземлился деликатно, без встряски. Я скатилась с его спины, встала на нетвердые ноги, ошеломленная абсолютно новым опытом. Рэдвин обратился: словно перетек из одной формы в другую, и на холодной земле уже стоял почти обнаженный парень в шортах.

Он упер руки в поджарые бока и, улыбаясь, склонил голову набок.

— Ты такая трусишка, Кат-Кат. И как тебе летать?

— Восторг! — выдохнула я. — Полный восторг!

Секундой позже, сама от себя не ожидая, я бросилась к нему и крепко обхватила руками. Из груди у Рэдвина вырвалось оханье от неожиданного натиска. Наконец он обнял меня в ответ.

— Я бы никогда тебя не уронил, — вымолвил он.

— Знаю, — жадно вдыхая чистый мужской запах, пробормотала я. — Спасибо за полет, Рэдвин. Сегодня ведь я исполняю все твои желания, а не ты — мои.

— И ты выполнила, — хмыкнул тот.

Позже, когда окончательно стемнело, мы лежали в надувной лодке на тонком пледе. Всматриваясь в звездный купол, угадывали в небесной карте созвездия и ждали, когда наконец мелькнет затухающий падающий светлячок.

Я всегда ощущала себя маленькой и незначительной, если пристально вглядывалась в ночное небо. Песчинкой в огромной Вселенной,