Оторва - Ольга Пожарова

— А с тобой — взасос⁈ — толкает Роник плечом Тимофея.

— А можно я сама разберусь, с кем, как и куда мне целоваться⁇!! — отпустив руку Тимофея, даю звонкий подзатыльник своему близнецу.

— Нет!!! — хором отвечают мне все.

— Я против! — тут же добавляет Тимофей.

И снова ловит мои пальцы.

— Вы гляньте, вцепился, чисто клещ! — усмехается дедуля. — Пошли уж… А то пока баню натопим, пока помоемся… И спать некогда будет…

* * *

— Ой, грехи мои тяжкие! — выдыхает бабуля, едва мы подходим к дому. — Про этих-то я и забыла!!

На крыльце только что не в обнимку сидят Альбина и мать Тимофея.

Нет, дверь в дом не закрыта — как-то не принято у нас, да и дома обычно хоть кто-нибудь есть, но они почему-то в дом не идут и спать не ложатся.

Интересно, как не заблудились, пока от маминого с папой дома сюда шли…

— Тимофей, где ты был⁈ — поднимается с крыльца его мать. — Я что, тебя по деревне бегать искать должна⁈

— Мам… — ещё крепче сжимает мои пальцы Тимофей. — Твой вопрос опоздал лет на двадцать!

И, даже не взглянув на Альбину, тянет меня в сторону бани.

— Да погоди ты! Резвый какой!!! — пытается остановить его дедуля. — Дай хоть растопим баню-то!!!

— А им и так жарко будет!! — хихикает Глеб.

— Поговори у меня! — выдает подзатыльник брату бабуля.

* * *

Сижу, как дурочка, на скамейке возле бани и жду Тимофея.

Нет, с ним я, конечно, не пошла. И вовсе не потому, что мне нужен тот самый документ, про который дедушка говорил. Просто…

Да что ж я вот так и сразу с ним в баню⁇!!

А Тимофей, похоже, рассчитывал…

И даже почти обиделся…

Во всяком случае, несколько раз переспросил, точно ли я с ним не пойду…

Дедуля и братья уже вымылись, мы с бабулей тоже, а Тимофей…

Нет, в только что натопленную баню я его больше не пущу!

А сейчас там вполне нормальная температура, а то ведь угорит опять…

И так было сказано — быстро ополоснуться и на выход.

Роник с ним пошел…

Ну, так, на всякий случай…

Опираюсь спиной о стену бани и закрываю глаза.

Ночь, конечно, сегодня выдалась…

Надеюсь, Василиска там маме с Совёнком поможет…

— А, вот ты где!! — вздрагиваю от резкого визгливого голоса. — Тима сторожишь?

Даже не открывая глаза, понимаю, что это Альбина.

Ей-то что не спится⁇!!

— Не спится? — всё также не открываю глаза.

— Его родители всё равно не дадут вам пожениться… — присаживается рядом со мной на скамейку. — Ну, если ты только по быстрому забеременеешь и тогда…

— Ты мне свой план рассказываешь? — чуть поворачиваю к ней голову и приоткрываю глаза. Разморило меня после бани…

Альбина ничего не отвечает, встаёт со скамейки и идёт к двери в баню…

А я ж не сказала ей, что Тимофей там не один…

То-то Роник обрадуется…

И только когда она уже открывает дверь, я вдруг соображаю, что на ней, кроме этих дурацких туфель на высоченной шпильке, с которых разве что перелом шеи получать, одно полотенце, прикрывающее грудь и середину бёдер.

С ума сошла…

Начинаю обратный отсчёт…

Десять, девять, восемь…

Предбанник у нас, конечно, приличный, но…

Семь, шесть, пять, четыре…

— Аааааа!! Козел, ты… Аааааа!!!

Сюрприз, Альбин…

Тимофей

— Нормально? — десятый раз за пять минут спрашивает меня Роник.

Ну, как бы ему сказать…

По словам Брониславы, баня уже остыла. По моим ощущениям, филиал Ада только что открыли в деревне Дуброво…

— Ну, так… — отвечаю неопределенно…

А что, прямо сказать, что чувствую себя запечённым в духовке?

— Да, мне тоже холодновато… — соглашается, как он думает, Роник. — Но Ронька боится за тебя… Будем теперь в холодильнике мыться… Хорошо, хоть я с дедом и Кимом с Глебкой в первую баню сходил…

Видимо, у слова «холодильник» есть ещё одно, ранее неизвестное мне значение…

— Ронька сказала, чтоб быстро… Так что ложись давай на полок, веником пройдусь по тебе, да пойдём…

— На пол? — не соображаю я…

Вроде сто пятьдесят километров от города, а как другая реальность…

— Можешь на пол, можешь на полок… — усмехается Роник…

И вижу, как ехидно улыбается брат Брониславы, когда я пытаюсь определить, где заканчивается пол и начинается полок…

Да объясните же уже городскому дураку, в чём разница⁇

— На лавку ложись… — так показательно вздыхает Роник, что я чувствую себя как те иностранцы из анекдотов… — Лавка — это скамейка такая, как в парках стоят…

— А полок? — не реагирую на откровенные подколки я.

— Она же и полок… — берёт из таза замоченный в нём веник и стряхивает с него воду так, что горячие капли попадают на нас с ним. — Ложись, говорю, а то деда позову — он с тобой разговоры разговаривать не будет!

Перевожу взгляд с веника на полок и обратно и почему-то вспоминаю старый фильм, где французского посла вот так отправили попариться в баньку, а потом он сломя голову несся по лесу в чём мать родила…

На пару секунд даже представил, как я, потряхивая гендерными отличиями, несусь по деревне Дуброво не разбирая дороги…

Не думаю, что местные это оценят…

— Да давай уже! — легонько хлопает меня по бедру веником Роник. — Уговариваю тут как девку нецелованную…

Ну, в каком-то смысле…

Между мной и веником сейчас будет первый раз…

Прошлый-то мой заход в баню… До веника тогда дело не дошло…

И, да, я прекрасно знаю, что вениками в бане парятся… Но теория и практика…

Ладно, если что, побегу голым по деревне…

И только я решаю сдаться на милость Роника, как он останавливает меня.

— Погоди, зашёл кто-то… Ронька, может?

Ну да, так Бронислава и пошла в баню к двум голым мужикам…

Может, дед или Аким? Только им-то сюда зачем? Если только Роня решила, что её близнец тут меня до смерти запарил и на помощь их позвала…

— Тимааа… — резко распахивается дверь и мы с Роником, выкатив глаза из орбит, с открытыми ртами пялимся на абсолютно голую Альбину. — А я к те…

Оборвав фразу на полуслове