В твоих сильных руках - Джилл Шелвис

Она кивнула, а он нежно поцеловал ее.

— Ты самая храбрая женщина из всех, кого я знаю.

Мэдди рассмеялась:

— Ну да, ты-то знаешь.

Внезапно ирония сменилась благоговейным трепетом. Джекс не шутит. Ей не надо притворяться сильной. Изображать напускную смелость. Она и так храбрая.

— Ты сам построил этот дом?

— Да. Решила сменить тему? Ну ладно.

Она улыбнулась ему:

— Какой ты сообразительный. И дом у тебя красивый.

— Ты его почти не видела.

— Потому что ты сразу потащил меня в постель. — Мэдди осмотрелась в его большой спальне, заставленной мебелью из черного дуба — такой по-настоящему мужской, красивой. В углу на стуле были свалены полотенца, под ним лежали кроссовки. На полу валялись забытые джинсы.

На них дремала Иззи.

Комната была чистой, но не сказать, чтобы в ней царил идеальный порядок. Отрадно сознавать, что он все-таки не супермен.

— Мне нравится твоя мебель.

— Тоже сам сделал.

— Ты просто мастер на все руки.

Джекс хищно улыбнулся, вызвав у нее приступ смеха.

— И очень загадочный, — прибавила она.

Его улыбка слегка увяла.

— Да.

Мэдди почувствовала, как забилось сердце, когда Джекс, глядя ей в глаза, провел пальцем по ее нижней губе.

— Поделишься своими секретами?

Он притянул ее ближе к себе.

— Да. Первый секрет: я еще не закончил с тобой.

— Ты прав, — ответила Мэдди, чувствуя, что он снова возбужден.

— Один из нас явно еще не довел дело до конца.

Ухмыльнувшись, Джекс потянул Мэдди на себя, так что она практически оседлала его.

Мэдди уперлась руками ему в грудь и посмотрела на Джекса сверху вниз, поражаясь тому, как легко и непринужденно себя чувствует, несмотря на свою наготу. Его руки касались ее тела повсюду — одновременно грубые, сильные и нежные. Затем он достал еще один презерватив, надел и усадил Мэдди на себя.

Было так приятно чувствовать его внутри себя, и Мэдди, покачнувшись, вцепилась в его бицепсы. Из груди Джекса вырвался хриплый стон, однако он намерен был остановить ее.

— На этот раз медленно, — предупредил Джекс. — По-настоящему медленно, Мэдди.

И он не шутил. Все эти долгие мучительные минуты он гладил и дразнил ее, сводя с ума, пока Мэдди не стала на одном дыхании повторять его имя, словно мантру, отчаянно умоляя сжалиться над ней. Когда же он наконец начал двигаться — плавно, ритмично, Мэдди закричала, выгнувшись дугой, прильнув к нему, как к своей последней надежде. Он был для нее всем.

Вот так все просто и пугающе.

Некоторое время спустя они отправились на кухню за едой. Джекс поджарил сыр, подогрел суп, а затем они каким-то непостижимым образом очутились голыми на большом кожаном диване в гостиной. В настоящий момент Мэдди лежала там же, тяжело дыша, и думала о том, что если они и дальше будут продолжать в том же духе, то к Рождеству убьют друг друга.

Влажная от пота, она елозила по дивану, и от трения ее потной спины о мягкую кожу дивана раздался звук, который поверг ее просто в ужас. Она ускорила темп движений, стараясь воссоздать его, так чтобы Джекс понял, что дело в диване и что она не…

И тут они оба как по команде закрыли носы руками, почувствовав запах — едкий и беспощадный.

— Боже, — сказал Джек и резко сел.

— Это не я, не я! — Мэдди отчаянно помотала головой. — Это не я, — повторила Мэдди, чувствуя жгучую обиду.

Джекс перестал смеяться и взял себя в руки, а затем повернулся к собаке, лежащей на полу.

— Иззи, мы же договаривались — не при гостях. Тебе нужно на улицу?

Собака встала, радостно гавкнула и… снова громко пукнула.

Ухмыльнувшись, Джекс встал и открыл ей дверь.

— Ты же знал, что это не я, — оскорбленно сказала Мэдди, скрестив руки на груди, когда Джекс вернулся.

С улыбкой на лице он снова сел на диван и посадил ее к себе на колени. Зарывшись лицом в ее волосы, он поцеловал ее за ухом.

— Как мне искупить свою вину? — спросил он со смешком.

Мэдди вздернула подбородок.

— Даже не могу придумать, чем бы таким тебя наказать.

— Я могу. — В его взгляде был неприкрытый вызов. — И это будет здорово, Мэдди. Просто здорово.

Нежно прикусив мочку ее уха, Джекс легонько потянул Мэдди на себя.