(Не) любимая жена. Развод с оборотнем - Эми Мун

- Когда я впервые мужа своего, Дэлгэр-хана, увидала – покоя лишилась. Его черные глаза мерещились днем и ночью, извелась вся… Посему я с радостью выслушала наказ батюшки, что-де хорошо было бы заручиться милостью такого воина. Думала покорить его сердце… И ведь правда сумела. Однако удержать… - Веселина отвернулась.

Дар же захотел вдруг собрать войско и послать его на в степи, чтобы проучить хана как следует. Но сестра ласково погладила по руке.

- Не надо, Дар. Знаю, ты никогда не откажешь мне в защите, однако под моим началом немало женщин собралось. Теперь в Ханском царстве жену просто так не обидеть… И ты свою не обидь. Дай Марье свободы да терем побогаче. Пусть сама на ноги встанет, сама жить попробует. Увидишь, это ей придется по нраву более льстивых слов. А ты тем временем по сторонам не гляди, девок от себя отвадь. Или, может, метку готов ставить?

Не готов. И сестра знала это.

- ...Твои опасения и мои тоже, - вновь погладила по руке. – К тому же Святозар в силу не вошел…

Да, это так. Некому будет сменить князя на троне, ежели что.

- …Однако подумай с другой стороны. Марья ведь тоже не слепая. Видела, что ты по Ярославе тоскуешь. Ну и как ей с мертвой-то соперничать?

Хотел было Дар возразить, а нечего. И пусть странные мысли втолковывала ему Веселина, но сердце задела.

Дар крепко потер подбородок.

- Отпущу ее… - решился наконец и тут же добавил: - ненадолго. Поселю в тереме, что у родника стоит.

Веселина аж расцвела вся.

- Хорошее место! Помнится, матушка любила туда заглядывать.

Еще бы не любить! Подружка ее там жила вместе с родителями. Мужик в Совете состоял, толковый был и хитрый… Злата нагреб предостаточно, а вот детей не нажил. Одна лишь дочка на старость лет случилась и та вскорости из родительского гнезда упорхнула. А замест нее Морана в гости пришла. Ну и осиротел домишко-то. До сей поры пустует.

- Решено тогда, - хлопнул Дар по коленям. - Там Марья будет. И Святозару с Варварушкой недалече идти. Только бы дочь вновь не замолкла…

- Все хорошо будет, брат. Вместе с Марьей вы найдете ладные слова. Она дитя не обидит и рада будет в гости звать. Это и будет промеж вами первой ниточкой.

Медведь недовольно рявкнул, но более не пробовал взять верх. Так и быть, подождет еще малость. А потом все одно любушку своей сделает.

***

(чуть позже)

- Господин, отпусти меня… Все как ты повелевал, сделала… Сил нет…

Голос мавки звучал тихо-тихо, а по тонкому телу гуляла дрожь. Темная волшба сжирала ее силы, заставляла подчиняться любому приказу, однако вместо награды лишь больше разрушала и мучила.

Колдун скучающе подпёр голову кулаком.

- Вот ещё. Будешь при мне, пока не издохнешь.

- Нет! – взвизгнула мавка.

Бросилась на него, но тут же упала в корчах, стоило колдуну щёлкнуть пальцами.

- Убью! Убью! Пусти! – взвыла, раздирая пальцами горло, однако разве ж этим черную узду снимешь? Только хуже сделаешь.

Дождавшись, пока девка затихнет, колдун сделал знак слугам, и те уволокли мавку прочь.

Вот и славно. Пусть в темнице орет, а ему не мешает.

А с другой стороны, сильно мучить не следует - пригодится ещё. Вон как хорошо прислужницу сыграла - подала голос, когда было надобно. Искусница услышала и взбрыкнула. Пусть теперь Медведь подбегает за возлюбленной, а та ему голову выдурит.

- Ну что там далее будет? – пробормотал, вновь склоняясь к столу, на котором были разбросаны руны.

Гадать он не сильно мастак был, однако все ж таки кое-что видел. К тому же соглядатаи подсобляли. Да хоть бы та же мавка!

Эх, повезло ее пленить. Молодая и глупая, она прельстилась на сладкие речи, как и множество других до нее.

А перед глазами вдруг образ жены мелькнул. Хороша была, гадина зеленоглазая! Что спереди, что сзади – не налюбоваться! И порой в сердце шевелилась жалость - может, стоило бы силу на двоих разделить? Однако колдун гнал дурные помыслы прочь. Ещё чего не хватало – с бабой властью делиться! Да будь она хоть трижды дочь Мораны и на лицо краше богини, а править землями Велеса он будет сам! К тому же его избранница не потерпела бы гарема… Ведьмы все норовистые, а эта хуже во сто крат. Нет, не нужна такая!

И колдун вновь вернулся к разбросанным рунам. Потом ещё воск в воду лил, на карту глядел да звёзды читал. По всему выходило, что надо бы сейчас обождать маленько.

Растревожен князь, сгорает от гнева и желания – как это так, девка своевольничать вздумала! Не хочет дать ей уйти, все чаще вспоминает о милости и проклятье, что даровал Велес своим сынам. Метка ведь одна на всю жизнь. А не станет избранницы, то и зверь угаснет. Особливо ежели без деток и связь только-только в силу вошла.

Вот так-то он от дурака Семижильного избавится! И Велес своему выкормышу не поможет, ибо метка – древняя волшба. Не отменить ее и не исправить.

От предвкушения колдун аж руки потёр. Недолго осталось, ох, недолго! Сердцем чуял!

Глава 28

Завершение ярмарки Марьяна помнила смутно. И как вернулась в терем – тоже. Увидев ее, бледную и поникшую, слуги переполошились. Откуда-то явились няньки, запричитали, что их госпожа устала, а Марьяне это только на руку. Как подкошенная, она повалилась на кровать, да так и лежала, пока над головой не зазвучало ласковое:

- Сестрица…

Веселина пришла. Марьяна этому не удивилась, но и сил отвечать не было. Внутри как будто пустыня раскинулась. И жгла, жгла, жгла… до сухих слез.

Что ж так паршиво-то, а?!

Знала ведь, что в этом мире мужики моралью не отягощены. Это надо втрескаться по уши, чтобы без раздумий навесить на себя пояс верности, то есть метку. Вот Ярославу свою ненаглядную князь укусил бы. А Искусница не достойна… Марьяна все-таки расплакалась.

Веселина же, благослови ее боги, в душу не лезла. Просто была рядом, болтала всякие глупости и то и дело поила отваром. Наверное, успокоительным, потому что через некоторое время невыносимо захотелось спать.

- Ложись, ложись, - поддержала ее Веселина. – После гуляний завсегда отдохнуть надобно.

Марьяна потерла глаза.

-