Потерявший надежду - Колин Гувер

Она закрывает глаза и кладет голову мне на плечо. Еще крепче обнимает меня, и я крепко обнимаю ее в ответ. Я жду. Жду, когда она осознает сказанное мной. Жду ее слез. Жду бурной реакции, потому что знаю, что она последует.

Мы молча сидим несколько минут, но слезы так и не приходят. Я удивляюсь, почему ее лицо ничего не выражает.

– Ну, скажи что-нибудь, – прошу я.

Она не произносит ни звука. Даже не шевелится. Меня начинает беспокоить ее равнодушие, и я кладу ладонь ей на затылок и наклоняюсь к ней:

– Пожалуйста, скажи что-нибудь.

Она медленно поднимает ко мне лицо и смотрит на меня сухими глазами.

– Ты назвал меня Хоуп. Не называй меня так. Это не мое имя.

Я этого даже не заметил.

– Прости, Скай.

Ее глаза становятся холодными, и она высвобождается из моих объятий, а потом встает:

– Так тоже не называй.

Я поднимаюсь и беру ее за руки, но она отнимает их и поворачивается к машине. Я еще не придумал, что сделаю или скажу после того, как она наконец узнает от меня правду. Я совсем не готов к тому, что произойдет дальше.

– Мне нужен пропуск в главе, – на ходу произносит она.

– Не понимаю. – Я пускаюсь за ней следом.

Ей, конечно, нужна длительная передышка, а не просто пропуск в главе. Не могу даже представить, насколько она сейчас потрясена.

Она продолжает удаляться, и я хватаю ее за руку, но она сразу же отдергивает ее. Потом резко оборачивается и смотрит на меня расширенными от страха и смятения глазами. Словно пытаясь сдержать приступ паники, Скай начинает глубоко и часто дышать. Не знаю, что ей сказать, но ясно: сейчас ее не следует трогать.

Вдруг она делает два быстрых шага ко мне и, поднявшись на цыпочки, протягивает ко мне руки и касается лица. Потом с каким-то отчаянием целует меня, но я не в состоянии ответить. Понимаю, что сейчас она напугана и смущена, потому и пытается отвлечься.

Почувствовав мое безразличие, она отрывается от моих губ, а потом бьет меня по щеке.

Пожалуй, сейчас чернейший час в ее жизни. Стараюсь помнить об этом, когда она протягивает ко мне руку и снова бьет меня по щеке, потом толкает в грудь. Ее охватывает истерика, она визжит и колотит меня. Я могу лишь повернуться и прижать ее к груди. Обхватив ее руками сзади, я прижимаю губы к ее уху.

– Дыши, – шепчу я. – Успокойся, Скай. Я знаю, ты шокирована и напугана, но я с тобой. Я здесь. Просто дыши.

Держу ее так несколько минут, давая время собраться с мыслями. Я знаю, она хочет о чем-то спросить. Мне нужно, чтобы она была в состоянии вынести мои ответы.

– А собирался ли ты вообще говорить, кто я такая? – Она отодвигается от меня. – А вдруг я бы так и не вспомнила? Сказал бы хоть когда-нибудь? Ты, наверное, боялся, что я брошу тебя и тебе не представится случай меня трахнуть? Ты поэтому постоянно лгал?

Именно таких вопросов я и боялся. Так боялся, что она не поймет, почему я ничего ей не говорил.

– Нет. Дело не в этом. Я молчал, потому что боялся последствий. Если я сообщу об этом, тебя заберут у Карен. Вполне вероятно, что ее арестуют, а тебя отправят до восемнадцатилетия к отцу. Тебе это нужно? Ты любишь Карен и счастлива. Не хочу усложнять тебе жизнь.

Она качает головой и горестно смеется:

– Во-первых, Карен не тронут, потому что она ничего об этом не знает. Я уверена. Во-вторых, мне уже исполнилось восемнадцать в сентябре. Смущай тебя мой возраст, ты бы уже все выложил.

Я смотрю в землю, потому что слишком тяжело смотреть ей в глаза.

– Скай, мне еще много надо тебе объяснить. Твой день рождения не в сентябре, а седьмого мая. Восемнадцать тебе исполнится через полгода. А Карен? – Я делаю к ней шаг и беру ее за руки. – Она должна знать, Скай. Должна. Подумай об этом. Кто еще мог это сделать?

Она тут же рывком отнимает у меня свои руки и отступает назад, словно я ее оскорбил.

– Отвези меня домой. – Она недоверчиво качает головой. – Я больше ничего не хочу слышать, никаких откровений.

Я хватаю ее за руки, но она отталкивает меня:

– ОТВЕЗИ МЕНЯ ДОМОЙ!

* * *

Припарковавшись на подъездной дорожке у их дома, мы молча сидим в машине. Пока мы ехали, я заставил ее пообещать, что она не станет объясняться с Карен. Она сказала, что до нашей новой встречи завтра не станет ничего предпринимать. Но мне не дает покоя сама мысль, что я оставлю ее в таком состоянии.