Мой любимый герцог - Амелия Грей

Рат никогда не забудет времена, когда эти слухи гуляли по Лондону. Ему все еще хотелось найти тех, кто их распространил, и вытрясти из них всю душу.

– Миссис Портингтон, насколько мне известно, вполне счастлива в браке. Ее супруг, правда, периодически попадает в финансовые неприятности, однако светские мероприятия она посещает и убитой горем не выглядит, – заметил Гриффин.

– Мы навели справки обо всех, кому отправляли письма, и ничего особенного не обнаружили, – добавил Хок.

Рат задумчиво постучал картами по столу, Гриффин глотнул эля, а Хок откинулся на спинку стула и принялся качаться на задних ножках.

Если верить Марлене, миссис Портингтон глубоко несчастна. Возможно, со стороны может показаться иначе, но достаточно переступить порог ее дома, чтобы понять: ни миссис Портингтон, ни мисс Эверард, ни любая другая леди не может быть там счастлива. Какая женщина захочет по собственной воле жить в доме, где все жизненное пространство отдано ящикам с артефактами, чучелам птиц, высушенным костям, слоновьим клыкам и окаменелостям?

Рат мог понять, почему мисс Эверард упала в обморок при первой встрече: ей было известно про их проделки. Миссис Портингтон определенно тоже не обрадовалась, увидев его в своем доме, но ведь не рухнула же на пол. Неожиданно ему показалось еще более важным то, что собирался сделать для Портингтона.

Некоторые ситуации начали обретать смысл, хотя и не все. Рат развернул карты и уставился на них. Гриффин и Хок сосредоточились на своих картах, и игра началась.

Неожиданно к их столу подошел служитель и поклонился.

– Простите, ваши светлости, что прерываю вашу игру, но у меня сообщение для герцога Ратберна.

– В чем дело? – спросил Рат.

– Там, на улице, посыльный от некой миссис Джастины Абернати: дама просит вас как можно скорее прийти по известному адресу.

Рат нахмурился. Неужели что-то случилось с Марленой?

– Кажется, речь идет о компаньонке мисс Фаст? – поинтересовался Гриффин.

Рат кивнул, подумав, что если бы произошло что-то действительно серьезное, миссис Абернати сказала бы больше, но тем не менее забеспокоился. Он поднял глаза на служителя:

– Тот, кто доставил сообщение, не был встревожен, испуган?

– Не могу сказать, ваша светлость. Он только сказал, что это срочно.

– Мы пойдем с тобой, – заявил Хок и встал.

– Нет, – возразил Рат, поднимаясь из-за стола. – Миссис Абернати свойственно делать из мухи слона. Не думаю, что там что-то серьезное, но на всякий случай надо проверить.

– Обещаешь послать за нами, если потребуется помощь? – спросил Гриффин.

– Даже не сомневайся. – Рат направился было к выходу, но остановился и оглянулся, успев поймать монету, которую бросил ему Хок.

У двери служитель уже держал наготове его шляпу, плащ и перчатки.

– Где посыльный?

– Не знаю, ваша светлость, но, думаю, ушел, когда я отправился за вами. Я взял на себя смелость подогнать ваш экипаж. Или не надо было?

– Спасибо, вы все правильно сделали: нужно как можно скорее выяснить, что случилось.

Хоть ему и показалось, что прошла целая вечность, в гостиную Марлены Рат вошел уже меньше чем через десять минут. Увидев ее стоявшей возле камина, он испытал неимоверное облегчение. Она не казалась испуганной, скорее наоборот: раздраженной и взвинченной. Увидев его, она скрестила руки на груди и попыталась улыбнуться.

Миссис Абернати сидела на диванчике, прикрыв одеялом поджатые ноги. Рат подумал, что она, должно быть, упала и ушиблась, но Марлена не выглядела встревоженной – иными словами, что бы ни произошло с кузиной, это было лишь ее проблемой.

В гостиной присутствовали мистер и миссис Портингтон, мисс Эверард, а также незнакомый Рату молодой человек. Опасаясь очередного обморока, на мисс Эверард он старался не смотреть. Джентльмены поклонились, леди сделали реверанс. Молча. Никто из присутствующих не улыбался. Все пребывали явно не в себе. Что-то произошло.

– Простите, что не встаю, ваша светлость, но я не могу спустить ноги на пол, – объяснила свою позу миссис Абернати и приложила к глазам платочек.

– А я прошу прощения за Джастину, которая отправила за вами мистера Брамуэла, – добавила Марлена, подходя ближе. – Я не успела ее удержать.

Не сводя с нее взгляда, Рат спросил:

– Так что все-таки случилось?

– Как выяснилось, у нас в доме грызуны, – вздохнула Марлена.

«Какие, к черту, грызуны?»

Рат ожидал услышать что угодно, но уж точно не сообщение о грызунах.

– Спасибо, что откликнулись на просьбу, ваша светлость, и пришли так быстро. Это такой ужас, такой кошмар! Мне даже пришлось принять успокоительное, чтобы не упасть в обморок. Марлена, прошу тебя, объясни, в чем дело: я не в силах повторить столь возмутительные слова.

Мгновение поколебавшись, Марлена представила герцогу мистера Стивена Брамуэла, добавив, что он тоже ее сосед – живет напротив Портингтонов.

– Это вы приходили за мной в клуб?

– Да, ваша светлость. – Молодой человек явно чувствовал себя не в своей тарелке: держался неестественно прямо, высоко вскинув голову и сцепив руки за спиной. – Я передал сообщение миссис Абернати служителю и сразу вернулся обратно, на случай если здесь нужна будет моя помощь.

Рат повернулся к Марлене и, вместо того чтобы нежно улыбнуться, как хотелось, и сказать, как рад ее видеть, буркнул:

– Может, наконец, скажете, что стряслось?

– Джастина увидела мышь.

– Мышей! – воскликнула миссис Абернати, с ужасом уставившись в пол. – Мышей! Скажи уж правду: никак не меньше полудюжины этих мерзких тварей разгуливали по полу словно полноправные хозяева.

– Я видела всего двух, – огрызнулась Марлена. – Ты так визжала, что, видимо, распугала остальных.

– Я не визжала! – вскинулась Джастина. – Мне не свойственно издавать столь неприличные звуки.

Марлена кашлянула.

– Значит, мне показалось. Тат очень громко лаял, и все соседи сбежались на помощь. Вероятно, в нем пробудился охотничий инстинкт. Мне пришлось вынести его в сад, чтобы успокоился, а когда я вернулась, Джастина уже послала за вами мистера Брамуэла. Я говорила ей, что в этом нет никакой необходимости и она зря подняла ви… шум, но только с тех пор она сидит с ногами на диване и наотрез отказывается двинуться с места.

Рат нахмурился. Миссис Абернати оторвала его от карточной игры с друзьями, с которыми он в последнее время очень редко видится, из-за какой-то мыши! Он мог бы побиться об заклад на золотую монету, которую Гриффин ему вернул, что в каждом лондонском доме есть мыши. Правда, произошедшее дало ему повод повидать Марлену, а значит, дама достойна снисхождения.