В постели с принцем - Сабрина Джеффрис

— Ты вообще не будешь мужем, если не дашь ответы на кое-какие мои вопросы.

Алек набрал в легкие побольше воздуха. Проклятие! Кэтрин дьявольски любопытна!

— Я вынужден был приехать в свое имение, чтобы обеспечить доставку культиваторов и плугов, которые нам необходимы для весеннего сева. Ну, теперь ты довольна?

— А почему не поручить это управляющему?

— Потому что я уволил проворовавшегося управляющего моего отца и ни мои арендаторы, ни местные торговцы не знают в достаточной степени нового управляющего и не могут ему доверять. — Алек вдруг смягчился. — Прости, что не объяснил тебе все это раньше, но мне и в голову не приходило, что управлять имением — твое хобби.

С вызовом скрестив руки на груди, Кэтрин спросила:

— И для того, чтобы обеспечить доставку, потребовалось два дня?

Алек с досады скрипнул зубами.

— Да, потребовалось. Торговец отказывался поставлять оборудование, и мне пришлось предпринять кое-какие меры. Для этого я должен был остановиться в имении моего друга в Хартфордшире.

Алек уже готов был поздравить себя с тем, что рассказал Кэтрин все, при этом не покривив душой, но тут она спросила:

— А какие другие меры?

— Знаешь, у меня сейчас нет настроения обсуждать все детали, касающиеся моего имения, — проворчал Алек и снова сделал шаг навстречу Кэтрин. — После двух дней общения с упрямыми торговцами, недоверчивыми арендаторами и обеспокоенным управляющим мне хочется только одного — напомнить моей нареченной, за кого она согласилась выйти замуж.

Кэтрин сделала большие глаза и попятилась назад:

— Я не забыла… Я… я собиралась сказать ему…

— В то время как танцевала с Сидни. И прогуливалась, повиснув на его руке.

Кэтрин уперлась спиной в ствол апельсинового дерева. Держа наготове ридикюль в качестве орудия защиты, она угрожающе сверкнула глазами:

— Оставайся на месте, иначе я снова тебя стукну.

— Давай! — Алек протянул к ней руку. — Смелей!

Как только Кэтрин занесла вверх руку с ридикюлем, Алек легко выхватил его.

— Что ты в нем носишь? Пушечные ядра? — спросил он, удивившись тяжести вещицы.

На лице Кэтрин появилось тревожное выражение.

— Отдай мне!

Отрицательно покачав головой, Алек открыл ридикюль и увидел внутри книгу.

— Поэтические опусы твоего друга, я полагаю, — с недовольным видом проговорил он.

Вынув книгу, Алек подошел поближе к лампе и, прочитав заглавие, удивленно уставился на Кэтрин:

— Это Ловелас дал тебе?

Кэтрин поспешно помотала головой:

— Я… гм… она… принадлежала моему отцу. Услышанное повергло Алека в шок.

— Так это он дал тебе эту книгу?

— Нет! — ответила Кэтрин. Даже при тусклом свете лампы было заметно, как она покраснела. — Я нашла ее в кабинете отца после его смерти.

Алек быстро пробежал глазами заголовки: «Наилучшие подарки для совращения», «Предостережения для повесы»… Его недовольство переросло в ярость.

— Так вот почему ты мне не доверяешь, почему всячески сопротивляешься, когда я ухаживаю за тобой! Потому что начиталась всякого вздора… — Он швырнул книгу в сторону.

— К сожалению, это не вздор, — с горечью заметила Кэтрин. — Судя по всему, папа в точности следовал этим инструкциям.

— В таком случае он был идиотом. Кэтрин вызывающе посмотрела на Алека:

— Верно. Но я хотела понять, что сделало его идиотом. И почему некоторые мужчины любят ради забавы соблазнять женщин.

— Полагаю, что ты в это число включаешь и меня. Да как ты смеешь сравнивать меня со своим ничтожным отцом?! Я совсем на него не похож.

— Так ли?

Алека вдруг осенило.

— Так ты думала, что я занимаюсь в отеле «Стивенс» именно этим — забавляюсь с женщинами? Да как ты могла подумать такое? Ну а теперь ты хоть чуточку мне доверяешь?

Их взгляды встретились.

— Я не знаю, что о тебе думать. И никогда не знала, — тихо проговорила Кэтрин.

Алек помахал перед ее лицом книгой:

— И ты забила себе голову этой ерундой. Решила, что я развратник, основываясь на слухах да на гневных высказываниях в мой адрес Ловеласа.

Кэтрин упрямо вздернула подбородок:

— И еще потому, что ты так себя вел.

— Ты имеешь в виду, что я целовал тебя? — Алек понизил голос: — И доставлял тебе удовольствие?

— Ты лгал…

— Я никогда тебе не лгал. — Хотя, конечно же, это бывало. Маленькая ложь, недосказанности… большой обман еще впереди.

И все равно Кэтрин не имела права думать о нем хуже того, что он заслуживал.

— Твое неверие не имеет ничего общего с тем, что я в действительности сделал. Что бы я ни сказал или ни сделал, ты продолжаешь считать меня воплощением порока и разврата.

— Ты должен признать…

— Я ничего не должен признавать. — Алек решительно шагнул к Кэтрин. — Я развратник, лжец, обманщик, человек, который совращает женщин ради забавы. Я… давай-ка взглянем… — Он раскрыл наобум книгу и прочитал: — «Мастер-обольститель». — Прищурившись, Алек взглянул на Кэтрин: — Да, мне это нравится. Мастер-обольститель. А я-то думал… — Он отшвырнул книгу, снял сюртуки начал расстегивать пуговицы жилета. — Я слишком мало знал.

Кэтрин широко раскрыла глаза:

— Алек, надеюсь, ты не собираешься…

— Тсс, дорогая. — Сняв жилет, Алек привлек Кэтрин к себе. — Не мешай мастеру работать. — И он накрыл ее губы страстным поцелуем.

Настало время показать будущей жене, что он намерен быть ее хозяином — так или иначе. И если для этого он должен ее соблазнить, то пусть так оно и будет.