Игра в любовь - Лена Тэсс

И след его простыл.

Мне же оставалось лишь хватать ртом воздух и глупо улыбаться.

После завтрака на телевизоре в гостиной наконец-то появилась долгожданная надпись.

«Сегодня ваш последний день в этом доме.

Завтра вы сделаете свой окончательный выбор.

А пока…

Перед вами десять телефонов, в каждом из них забиты ваши номера.

Возьмите их в руки и подумайте, с кем бы вы хотели

провести время в последний день на проекте.

Не откладывайте счастье на потом».

Сообщение исчезло и мы подошли к столу и разобрали наши аппараты, но еще до того как нам удалось разойтись по комнатам, в гостиную вошла Маша.

— Всем привет, не расходитесь, будет небольшое объявление, — командирша дождалась, когда каждый обратит на нее внимание и продолжила. — Поделюсь с вами планами о том, как будет проходить финал, чтобы вы не строили иллюзий на счёт происходящего. Сегодня у вас действительно есть возможность уехать из дома на свидание. Практически любое. Телеканал выделяет бюджет, выдает кредитку и машину (при условии, что у вас есть права), но так же мы просим вас быть благоразумными.

— То есть пообедать в «Сахалине» не удастся? — Василиса надула губки.

Маша прищурилась и растянула самую холодную из своих улыбок.

— Василиса, милая, тебе билет до острова Сахалин может обойтись дешевле, чем обед в этом ресторане на двоих.

На стоящую рядом со мной девушку этот аргумент не особенно-то и произвёл впечатление. Она лишь пожала плечами и сделала вид, что никакого вопроса ранее не задавала.

— Итак, вы воспользуетесь нашими кредитками, машинами и своей фантазией, чтобы самим обеспечить себе досуг, однако вернуться вы должны до одиннадцати вечера…

— Иначе наши машины превратятся в тыквы, а кредитки в скидочные карточки из «Перекрёстка»?

Маша зыркнула на Игоря, который тоже решил сострить, но тот, в отличие от своей предшественницы, быстренько сдулся под ледяным взглядом брюнетки.

— Так, если все остряки высказались, то я закончу. В одиннадцать мы начнём подготовку к ночной съёмке. Выбор, — она сделала небольшую паузу, — я имею в виду ваш окончательный выбор, вы сделаете в ночь, чтобы мы смогли выстроить картинку, свет, камеры и так далее. После того, как все будет закончено — никто никуда не расходится. Мы будем записывать финальное интервью, и я вытрясу из вас всю душу, так что готовьте платочки, салфетки, скатерти, в зависимости от ваших личных эмоциональных качелей. Помните так же, что вы подписали договор, и если у вас в силу произошедшего выбора появится мысль скрыться — мы примем меры. Всем всё понятно?

Участники неровным строем закивали. Маша хмыкнула, довольная тем, что вымуштровала нас как следует.

— И ещё кое-что. У вас чуть меньше двенадцати часов на ваши свидания, но это не значит, что вам обязательно проводить это время только с кем-то одним. Любая девушка может согласиться ни на одну встречу, а парень пригласить ни одну даму, и наоборот. Только не одновременно. Так, что распоряжайтесь отведённым сроком грамотно, — она еще раз внимательно прошлась взглядом по нашей компании и ненадолго задержала его чуть выше моей макушки, там, где стоял Егор. — Теперь точно всё. Воспользуйтесь вашими телефонами, чтобы пригласить друг друга и вперёд!

Маша развернулась на своих шпильках, махнув длинным блестящим хвостом, и скрылась за панорамными дверьми, уже отдавая распоряжения о том, какие операторы в случае необходимости должны будут сопровождать участников в город.

Удивительная женщина!

Но не успела я об этом подумать и даже включить свой мобильный аппарат, как почувствовала, что у меня его из рук забрали.

— Эй, — в порыве праведного негодования я повернулась лицом к наглому воришке. Егор смотрел на меня как-то очень серьёзно. — Ты зачем мой телефон забрал?

Вместо ответа он положил два мобильника на тот журнальный столик, с которого мы все их взяли, и протянул свою руку.

— Мне не нужно время, чтобы подумать о том, кого я хочу пригласить на это свидание, Оля. И мне не нужен телефон. Я спрашиваю у тебя прямо сейчас, ты пойдешь со мной на свидание?

Вот он — мой самый дорогой подарок, который не купишь ни за какие деньги. Вопрос от Егора, который я ждала слишком долго. Разве можно оценить в денежном эквиваленте ту власть, которую он мне сейчас вложил в руки?

Я могла отказаться, наказывая его за всю боль, которую он причинил мне своими поступками. Растоптать самолюбие. Точно так же дёрнуть за крючок, вырывая кусок души прямо с мясом.

Возможно, что моё не к месту затянувшееся молчание стоило ему нескольких тысяч нервных клеток. Но, я не специально, правда!

Поэтому я кивнула, взяла его за руку, и мы направились к той двери, за которой несколькими мгновениями раньше исчезла Маша.

Глава 19. Ночь восьмая. Игра окончена

***

Егор не взял машину, которую предоставлял проект и кредитку он не взял тоже. У меня было подозрение, что на протяжении всего пути (куда бы мы там не направлялись) он тщательно продумывал план того, как избавиться от оператора и петличек.

Я посматривала на него, уверенно ведущего машину со смесью неуместного веселья и совершенно определённого восхищения.

И чувствовала себя невообразимо, глупо счастливой.

— И куда мы едем? — спустя минут пятнадцать опомнилась я. Надо же было понять, какой у нас план, и обеспечить оператора хотя бы минимальным количеством кадров, а то оставят беднягу без премии.

— В «Сахалин», — ответил Егор таким будничным тоном, словно сообщал, что собирается купить мне бургер и картошку фри.

— Хорошо хоть не «На Сахалин», а то я ни шапку, ни варежки с собой не взяла.

— А ты не переживай, я тебе шапку и варежки подарю. Самые лучшие. У Машиного одноклассника младшая сестра вяжет, и к ней очередь на полгода вперёд. Подарю тебе набор цвета фуксии, будешь как цветочек.

— Ядовитый?

— Неа, — он покачал головой. — Неповторимый. И только мой.

От таких слов я забыла и про Сахалин и про обещание странных зимних подарков посреди лета и, кажется, немного покраснела.

До ресторана мы добрались довольно быстро, или мне показалось, что время рядом с Егором стало бежать быстрее. На это определенно влияло моё настроение и отсутствие дамоклова меча в виде полной неопределённости в личной жизни.

Для верности пришлось себя ущипнуть, чтобы совсем не улететь от такого куража. С высоты было так больно падать, и возможно мои главные пики еще не пройдены. Риск, конечно, дело благородное, но вот Егор был каким угодно, только не рыцарем на белом коне. Так что и мне