Греховные клятвы - Лилиан Харрис

Моя грудь вздымается на вдохе, когда я допиваю остатки виски, а затем отодвигаю стул.

— Я могу попробовать.

— Оу, — восторгается Мейбл. — Ты такой хороший отец.

А вот Элси? Ее улыбка исчезла, а брови нахмурились, когда она смотрит, как София спрыгивает со стула ко мне на колени.

Я снимаю бант с ее макушки и начинаю разделять ее волосы на три части, глядя на боковую косу Элси и надеясь повторить ее. Это чертовски сложно, но я не могу подвести свою дочь. Она рассчитывает, что я сделаю все правильно. Но когда я начинаю, то понимаю, что ни за что не смогу сделать так, как моя жена. Надеюсь, София этого не понимает.

У меня сжимается челюсть, когда я начинаю ошибаться, и я пытаюсь выровнять дыхание, чтобы исправить ошибки и попробовать снова.

Элси отодвигает стул и медленно поднимается.

— Хочешь, я покажу тебе, как это делается? Моя мама научила меня очень давно.

Ее мама. Конечно, она научила. Еще одно напоминание о том, от чего я ее удерживаю. Чего я лишаю свою дочь.

С непоколебимым взглядом я киваю, и Элси придвигает ко мне пустой стул. И, черт возьми, мое сердце делает то же, что и каждый раз, когда мы втроем вместе. Я жажду этого и в то же время ненавижу. Постоянное напоминание о семье, которой у меня не будет.

И пока она учит меня, ее глаза мерцают, я только и успеваю думать о том, как хорошо было бы, если бы она осталась с нами еще немного и научила меня всем остальным вещам, которые я, возможно, никогда не смогу узнать без нее.

— Пора спать, принцесса.

Мы выходим из ресторана, София держит нас за руки.

— Но, папочка… — Она капризничает. — Я не так уж и устала.

Но огромный зевок выдает ее.

— Конечно, не устала. — Я поднимаю ее в воздух и перекидываю через плечо, пока она хихикает.

— Спокойной ночи, София. — Элси берет ее за голову и целует в макушку. — Я буду на пляже, — тихо говорит она мне.

— Почему я не могу пойти? — ворчит София.

— Потому что тебе шесть лет и тебе нужен отдых. — Я щекочу ей живот, вызывая очередной смех. — Встретимся там, как только я закончу, — говорю я Элси, кладу руку ей на бедро и притягиваю к себе, чтобы шепнуть на ухо. — И на этот раз постарайся не убегать от меня.

— Обещаю, что на этот раз буду вести себя хорошо, — дышит она мне в шею. — Я бы не хотела повторения такой формы наказания.

— У тебя все еще пульсирует, детка? — Я стону под дыханием при мысли о завершении начатого.

— Разве ты не хочешь сам узнать? — Она отступает на шаг, и я освобождаю ее. — Увидимся позже.

Ее рот кокетливо улыбается, когда она уходит, покачивая бедрами так, что я внутренне проклинаю свой член за то, что он стал твердым. Я смотрю, как она исчезает из виду.

— Почему бы тебе не присоединиться к ней? — говорит Мейбл. — Я могу уложить маленькую мисс в постель. Не так ли, София?

— Да. — Она снова зевает, когда я ставлю ее на ноги. — Я знаю, что ты хочешь ее поцеловать, папочка. — Она вздергивает плечи, наклоняет голову набок, длинные ресницы хлопают.

Я хочу поцеловать ее. Черт возьми, как же я хочу ее поцеловать. Но я не могу. Я поклялся, что никогда не буду этого делать, только если…

Опустившись на колени перед дочерью, я прижимаю ладони к ее лицу.

— Я люблю тебя, принцесса. Спи спокойно. Увидимся завтра утром.

Она обнимает меня за шею и прижимается.

— Я действительно люблю ее, папочка. Я так счастлива, что она будет моей мамой.

Эти слова — удар в самое нутро. Она будет разбита, когда Элси уедет.

Блять!

— Я рад, что ты так думаешь, принцесса. Она тоже тебя обожает.

Это не ложь. Я вижу это. Все видят.

Поднявшись на ноги, я целую ее в щеку, пока они не направились к лифтам. Когда они поднимаются, я марширую вниз тем же путем, что и Элси.

В небе клубится тьма, но на пляже есть фонарные столбы, освещающие путь вниз. Я шагаю по песку, сразу же замечаю ее у воды и подхожу к ней сзади. Она плещется в океане и выглядит такой умиротворенной.

— Ты прекрасна. — Мой голос срывается.

Я почти не осознавал, что сказал это вслух. Как будто вместо этого говорило мое сердце.

Она резко поворачивается.

— Боже мой. Я тебя не слышала.

— Прости, если напугал тебя. — Я делаю шаг к ней.

— Ты не напугал меня, Майкл.

Мой рот слегка приоткрывается.

— Но ты меня пугаешь.

Она насмехается. Как будто это самая глупая вещь в мире. Но она даже не подозревает…

Ее взгляд перехватывает мой, и мы молча смотрим друг на друга — слишком велико расстояние между нами. Мое сердце бьется достаточно громко, чтобы мир услышал его эхо. Она делает это со мной. Эта женщина. Но все, что я сделал, — это разрушил ее жизнь.

— Я оставлю тебя, — говорю я ей, начиная отворачиваться, хотя все, чего я хочу, — это обнять ее.

— Останься, — шепчет она.

И у меня перехватывает дыхание, тяжесть наваливается на грудь.

Она действительно хочет, чтобы я был здесь? С ней?

— Я просто наслаждалась водой. — Она делает шаг ближе. — Это было так давно. Я скучала по ней. Все, чего я хочу, — это находиться рядом.

Я делаю еще шаг ближе. — По чему еще ты скучаешь?

Потому что я хочу дать ей все.

Ее лицо озаряется улыбкой.

— Я скучала по музыке. Я все время пела.

Я бы все отдал, чтобы услышать, как она поет для меня. Со мной. Я так давно не брал в руки гитару и не пел. Но все прекратилось, когда у меня вырвали мир из — под ног. Когда исчезло все, что, как мне казалось, я знал.

Ее взгляд не отрывается от моего, и не успеваю я опомниться, как мы оба оказываемся друг напротив друга, и все, чего я хочу, — это чтобы мои руки были на ее руках.

— Я также скучаю по книгам. — Она широко улыбается.

Я провожу костяшками пальцев по ее щеке, и она наклоняется к моему прикосновению, а не отстраняется от него, вдыхая долгий, довольный вздох.

Черт.

— Тогда я была большой