Невеста на ночь - Патти Берг

– Ты только посмотри! – ахнула Кэйро, взяв нефритовую маску. – Должно быть, все это они принесли с собой из Центральной Америки.

Дункан мельком взглянул на великолепную маску и тут же перевел взгляд выше плеча Кэйро, на расписанную стену, почти скрытую за завесой сталактитов.

– А ты посмотри сюда! – воскликнул он, снова вскинул на плечи Дилана и направился к стене.

– Это панорама Копана, – объяснила Кэйро, прочитав подпись под изображением столицы древней империи майя. – А это, – продолжала она, указывая на пятерых человек, бегущих из города, – те же люди, которых мы видели в других пещерах. Они сбежали из Копана.

Дункан уставился на майя, спасающихся от смерти на жертвенниках. Они гнулись под тяжестью сокровищ – напоминаний о родине, пересекали пустыни, поднимались на заснеженные горы, брели по лугам и наконец входили в устье пещеры.

– Они спрятали свои сокровища здесь, – говорила Кэйро, ведя пальцем по замысловатым символам. – Разобрать все я не успеваю, но похоже, первыми сюда прибыли ремесленники. За несколько лет они создали мир, подобный тому, который они покинули.

– Они тосковали по дому? – спросил Дилан.

– Наверное, – ответила Кэйро. – Но вернуться домой они не могли: они боялись, что их принесут в жертву богам.

Дилан удивленно вытаращил глаза:

– А здесь тоже приносили в жертву людей?

– Нет, дорогой. Жившие здесь люди считали, что если они будут счастливы, то и боги порадуются за них.

– А мне бы не понравилось все время жить в пещере. Здесь нельзя смотреть телевизор, играть в «Нинтендо» и…

– Они знали другие способы скоротать время, – пояснил Дункан. – Рисовали, резали камень…

– И строили ловушки! – подхватил Дилан.

– А еще слушали истории, – вмешалась Кэйро. – Взрослые рассказывали детям о родине, о пышной растительности и ярких птицах. А когда старики умерли, их дети и внуки покинули пещеру, твердо решив увидеть рай, о котором слышали от родителей.

– И они ушли отсюда все до единого? – спросил охваченный любопытством Дункан. – И благополучно вернулись в Копан?

Кэйро засмеялась:

– А я думала, тебе важнее всего найти город и подробности тебя не интересуют.

– Эта пещера воспламенила мое любопытство. – Дункан приложил ладонь к ее щеке. – Наверное, потому, что здесь я нашел тебя.

Кэйро обняла его за талию. В неярком свете фонарей она казалась прекрасной: глаза блестели, губы растягивались в улыбке. Она приподнялась на цыпочки и…

– Мама, папа! – закричал Дилан. – Смотрите скорее! Сколько игрушек!

Засмеявшись, Кэйро устремила взгляд туда, куда указывал пальчик Дилана. Дункан обернулся, слегка разочарованный, но вместе с тем заинтересованный находкой Дилана.

Однако он ничего не увидел.

– Ты слишком высокий, – заявил Дилан. – Иди вперед, и я скажу тебе, где остановиться.

Они пробрались между сталагмитами и сокровищами майя, и наконец Дункан увидел перед собой небольшое пространство, занятое резным деревянным бизоном, подобием лошадки-качалки, только в виде ягуара, и множеством кукол из раковин и костей.

Дункан спустил Дилана с плеч, и тот бросился к игрушкам. Кэйро села прямо на пол, перебирая нити пестрых нефритовых бус и серьги, кучей сваленные в корзину.

– Какая прелесть… – выговорила она. – Я могла бы разглядывать их часами.

– К сожалению, – отозвался Дункан, взглянув на часы, – времени у нас мало. Всего несколько минут.

– Что, уже пора? – захныкал Дилан. – Мы же только что нашли игрушки! А золотой город еще даже не начали искать!

– Мы и так пробыли здесь дольше, чем следовало, – возразил Дункан. – Мы вернемся потом… когда ты повзрослеешь.

– Вы с мамой сговорились, да?

Дункан взъерошил сыну волосы, подобрал с пола маленького каменного ягуара и вручил его Дилану.

– Обычно я не беру сувениров. Но пожалуй, вот эту вещицу мы возьмем с собой – на память о нашей экспедиции.

– Ладно! – Дилан схватил ягуара.

Дункан посадил его к себе на плечи.

– Ну, в путь?

– Ага.

– Ты готова, Кэйро?

Она не ответила, и Дункан торопливо осмотрелся. Страх терзал его, пока пещеру не огласил голос Кэйро, зовущий его.

Наконец Дункан заметил Кэйро, выходящую из соседней пещеры. Ее устье располагалось наверху лестницы, прикрытой десятком сталагмитов.

– Идите-ка сюда, – позвала она. – Вы должны это увидеть.

Он вздохнул с облегчением, радуясь, что она цела и невредима.

– Нам пора, – возразил Дункан, снова взглянув на часы. Они пробыли в пещере уже больше получаса. – Придется заглянуть туда в следующий раз.

– Ни в коем случае! – возмутилась она.

Дункан снова убедился, что напрасно привел ее сюда, а Кэйро настойчиво звала его к себе.

Неся Дилана на плечах, Дункан осторожно переступил через игрушки, обошел сталактиты и сталагмиты и взлетел по лестнице, прыгая через две ступеньки.

– Смотри! – велела раскрасневшаяся от волнения Кэйро.

Луч фонаря Дункана осветил маленькую темную пещеру. Стены были испещрены изображениями ягуаров, синеперых кетцалей, белоснежных цапель, туканов с огромными желтыми носами. А в центре пещеры, на массивном жертвеннике, стоял золотой город.

– Ух ты! – закричал Дилан.

Пещера была великолепна.

Они вошли в нее медленно, почти благоговейно. Кэйро взяла Дункана за руку и застыла в молчании, глядя на творения древних умельцев.

– Это золотая миниатюра Копана, – произнес Дункан.

– Она удивительна, – шепотом откликнулась Кэйро.

Дункан обошел вокруг жертвенника – неторопливо, внимательно изучая все детали: пирамиды, храмы, даже стадион, где майя играли в мяч.

Кэйро взяла из рюкзака Дункана фотоаппарат и делала снимок за снимком.

– Ты не разочарован? – спросила она, не отрывая глаз от объектива.

– Ничуть! – Прочитав дневник Ангуса, Дункан рассчитывал найти золотой город размером с целую пещеру. Но разочарования он не испытывал. – Знаешь, – продолжал он, снова обходя город, – Ангус Макферсон был фантазером, и мне порой казалось, что золотой город – самая лучшая из его фантазий.

«Я писал о золотом городе, но ни разу не упоминал про его размеры!»

Дункан снова засмеялся, показывая сыну город и зная, что вскоре они отправятся в Копан, где Дилан увидит, какой величественный город построили майя.

Кэйро убрала фотоаппарат и взяла Дункана за руку.

– Ну и что же нам теперь делать? – спросила она. – Составить опись? Позвонить в какой-нибудь музей?