Мир тесен - Лилия Фандеева

– А меня с собой возьмете? – Спросила Марина. – Я тоже хочу петь на сцене.

Два дня ушло на то, чтобы послушать себя и других в зале. Они перепробовали все выходы на сцену. За неделю нашли в своих «закромах» полевую форму и плащ палатки, зеленые пилотки, начистили сапоги.

Перед концертом они прогнали весь номер в «полную силу», сразу после завтрака, в присутствии музыкантов. Ирина услышала, что играют они нормально, фальшивят мало и предложила: – «Хотите участвовать – пожалуйста, не хотите – не мешайте, полная тишина с вашей стороны». Они захотели, мелодии были им знакомы, но попросили и Ирину помочь и спеть пару песен, на свой выбор в продолжение концерта.

Встал вопрос, что одеть Ирине на концерт, и не просто на концерт, а на первое знакомство с жителями гарнизона. Сергей открыл шкаф и достал ее комбинезон, тот самый, в котором он увидел в ресторане, тогда пять лет назад.

– Мне все равно, что подумают окружающие, но ты должна одеть именно это. Примерь и обязательно распусти волосы. Я так хочу.

Покрой комбинезона был свободным, и Ирина с легкостью его надела. Вопроса с обувью не возникало, она достала легкие туфли без каблука, надела их и распустила волосы, закрепив пряди с висков сзади.

– Как я вам в таком виде? – спросила Ирина у дочери и мужа.

– Мам, ты красавица. А что мне одевать на праздник? – спросила Марина. – Давай белое платье со дня рождения и белые туфельки.

– А я вспомнил прежнюю колючую Ирину, которая заводила меня с пол оборота, – целуя Ирину, говорил Сергей. – Именно в этом, и именно так.

В день празднования дня ВВС все Федоровы нарядные и счастливые отправились к назначенному часу в Дом офицеров. Пройдя через зал, они не стали занимать места для торжественной части, а сразу прошли за сцену. Занавес был опущен, на сцене стояла аппаратура. Согласно очередности, они выступали первыми. Ребята были уже на месте в полевой форме, на плечиках висела парадная форма. Тихо переговариваясь, Сергей тоже переоделся. О выступлении не говорили, отнеслись к этому как к неизбежному факту. Шутили, посмеивались друг над другом – в такой форме они давно не видели себя. Маринку отправили в зрительный зал на место в первом ряду, рядом с женой командира. Короткий торжественный доклад закончился, и объявили о концерте-конкурсе. Ирина вышла на сцену вместе с музыкантами. Взглянула на барабанщика, кивнула, пошел отсчет: раз, два, три! Проигрыш. Володя, пошел! И началось….

Провожали их бурными аплодисментами, зрители вытирали нахлынувшие слезы после песни «Огромное небо». Рустам, как истинный джентльмен, привел Ирину от синтезатора, поцеловал ей руку и передал ее Сергею, который обнял ее и поцеловал в щеку. В зале вновь зааплодировали. Маринка рванулась к ним на сцену, Сергей поднял ее на руки. Теперь весь гарнизон знал: кто есть кто. Они заняли места в зрительном зале и с интересом прослушали все выступления. Первое место единогласно присудили им. Потом был небольшой концерт, в котором Ирина помогла ансамблю. Она спела две известные и популярные песни Аллы Пугачевой, и Федоровы собрались уходить домой, не дожидаясь танцев, когда к ним подошла женщина.

– Добрый вечер. Меня зовут Светлана Алексеевна – я заведующая детским садом. Ирина Николаевна, вы не согласились бы у нас поработать музыкальным работником? – Спросила крашеная блондинка лет сорока.

– Какой из меня музыкальный работник? У меня всего на всего музыкальная школа. По образованию я инженер – строитель. – Ответила ей Ирина.

– Давайте попробуем! Приходите после выходных, пианино у нас есть. Я буду Вас ждать.

Они шли не спеша домой, взяв Марину за руки, в другой руке Сергей нес синтезатор. Солнце уже село, подул ветерок, а на горизонте показались темные грозовые тучи. «Быть дождю» – подумал Сергей.

– Девочки, давайте поторопимся, если не хотим попасть под дождь. Хорошо если пройдет мимо, а если нет – промокнем.

Они побежали к дому. Сергей открывал дверь, когда первые капли дождя застучали по стеклу. Потом ярко сверкнула молния, и раздался сильный раскат грома. Маринка от неожиданности присела.

– Не бойся дочка. Сейчас закроем окна и ни какая гроза нам не страшна. – Он прошел в комнаты, закрывая форточки. – Все гроза на улице, а мы дома. Пойдем переодеваться.

– Папа, ей теперь к нам не прорваться? – спросила она все еще испугано.

– Нет, моя хорошая. Теперь ей к нам ни как не попасть. – Говорил он, надевая домашнюю одежду и пряча парадную форму в шкаф. – Грозы в доме не надо бояться. Хочешь, мы на нее посмотрим в окно? Сейчас не осень, дождь кончится, и ветер унесет тучи дальше, гроза начнется в другом месте.

Он поставил Маринку на подоконник, и они вместе смотрели, как капли дождя становились все реже и меньше, пока совсем не закончились. Только мокрые листья на деревьях, да мелкие лужицы напоминали о кратковременном дожде. Сергей открыл форточки, и в комнатах сразу запахло свежестью. Ирина тоже успела переодеться и напомнила Маринке о тайне.

– Папа, у меня есть для тебя подарок к празднику. – Она принесла букварь, влезла к нему на колени, открыла первую страницу и начала читать. – Я и дальше могу. – Перелистав, страниц пять – шесть, продолжила чтение.

– Моя ты радость, моя умница! Отец поднял ее на вытянутые руки и закружил по комнате. – Такой подарок сделала папе. Дай я тебя зацелую. – Принялся целовать дочку, которая смеялась, сопротивляясь. – Теперь буду всем хвастаться, что моя принцесса в четыре года умеет читать. А ужинать читающая девочка будет? Пойдем, посмотрим, что там мама нам приготовила, а то я после песен голодный. Ты хочешь ходить в садик? Как ты думаешь, маме идти работать в детский сад? – Неся ее на руках в кухню, спрашивал отец.

– А какой там садик? Ты его видел? А мама там будет музыкальные занятия вести? – Спрашивала дочь, не зная к кому обратиться с последним вопросом.

– Ириша, ты сходи в садик, узнай, что предложат. Я же вижу тебе без работы тоскливо. Будете с Маринкой рядом, она может друзей там найдет. Впереди зима, будете сидеть в четырех стенах, а так все новости будешь знать из первых уст. Подумай. Что у нас на ужин?

– Картофельное пюре с тефтелями, салат из свежих овощей, творожные шарики и кефир. – Устраивает? – спросила Ирина,