Не верь глазам своим - Кейт Уайт

— Постой. Гермафродитом? То есть это когда…

— Да, когда ребенок появляется на свет с гениталиями обоих полов, — пояснил Нэш, сняв очки и положив их на стол. — С влагалищем и пенисом.

— А как же ее муж? Он не из тех, кто согласился бы на такое извращение. На наручники, может быть, на секс втроем — запросто, но на лишний пенис? Ни за что.

Нэш покачал головой:

— Нет-нет. На данный момент она уже не гермафродит — фактически. После встречи с Крэндолом я изучил, что бывает в подобных случаях. Обычно пенис удаляют сразу после рождения. Дают женские гормоны. И с того момента человек развивается как женщина.

— Но как Джед откопал такую информацию?

— Ему подобные наталкиваются на груду гадостей во время работы. Знаешь, кем он себя считает? Экспертом по «мусорологии» — науке о людских отходах. Однако сведения про Еву попали к нему иным путем: кто-то передал.

— Думаешь, легально?

— Понятия не имею. Он не собирается показывать мне доказательства, пока я не дам устного согласия купить информацию. Давно ходит слух, что одна из кинозвезд является гермафродитом. Никогда бы не подумал, что это Ева.

— И Мона собиралась приобрести сведения?

— По словам Крэндола, якобы да, но сразу видно, что он авантюрист. Скорее всего она только обдумывала его предложение. Как ты сама заметила, Мона ужесточила содержание «Клубнички». Конкуренция растет с каждой секундой. Если добавить настоящей бульварной чепухи, количество продаж возрастет. Стоит сосредоточить всю мерзость в одной рубрике, и журнал в целом уже не покажется чересчур критичным.

— Но хватило ли бы у Моны храбрости выпустить статью о том, что Ева Андерсон некогда была наполовину мужчиной?

— Вероятно, нет. Хотя она могла написать об этом не прямым текстом, а так, чтобы читатель легко догадался. Наверняка Мона полагала, что если у нее будут доказательства, то Ева не сможет подать в суд.

— И что ты собираешься делать?

— Тянуть с ответом. Мона всегда находилась под большим напряжением, теперь под него попал я. Постараюсь избегать пошлости, насколько это возможно. Не хочется издавать статьи, не основанные на фактах, но и платить за них тоже нет желания. Верь или нет, я всегда писал слово «журналист» в графе «ваша профессия». К тому же Дикеру не нравится бульварщина. Он считает, что «Базз» стал популярным и нельзя превращать его в дешевку.

— Ты же расскажешь все полицейским? Это мотив для убийства.

— Брось, Бейли. Ты ведь не думаешь, что Мону пришибла Ева Андерсон?

— Нет, Ева постоянно находилась в центре всеобщего внимания, зато ее промоутер в тот вечер повздорила с Моной. Не исключено, что именно по известному нам поводу. А потом Кики заметила, что Мона уходит с вечеринки, и пошла за ней следом, надеясь образумить.

Нэш снова покачал головой:

— Вряд ли. После звонка Мона не возвращалась на вечеринку, следовательно, Кики не могла знать, какие сведения получила Мона по телефону.

— Тогда что разгневало Кики?

— Да что угодно. Эта женщина готова взорваться в любой момент, даже если напечатаешь, что ее подопечную никто не пригласил на выпускной бал в школе. — На моем лице отражалось сомнение. — Послушай, Бейли, если бы я мог допустить существование малейшего шанса, что это связано с убийством, то сразу же пошел бы в полицию, поверь мне.

Но его просто нет. Перепалка между ними произошла до телефонного разговора с Джедом. Буду до конца откровенным. Узнай хоть один человек, что мы намеревались использовать такие данные, добра не жди. Дикер разозлится не на шутку.

Хотелось поспорить с Нэшем, но я прикусила язык. С ним так приятно беседовать, что можно ненароком выболтать лишнее. К тому же не надо забывать: он мой начальник и славится резкой сменой настроений и периодическим всплеском тестостеронов. Подозреваю, лучше его не раздражать. Оставлю эту тему. Новое продвижение может оказаться немаловажным, надо будет выведать побольше деталей.

— Ясно, — произнесла я с напускным согласием. — Похоже, в ближайшее время действительно стоит вести себя осторожно.

— Вот и умница, — с улыбкой сказал Нэш.

— Мне продолжить тему в следующем выпуске? — спросила я.