Невеста. Цена мира - Дина Данич

Свою семью.

Осторожно поглаживаю живот жены. Никогда не задумывался, что беременные женщины могут быть так сексуальны, но рядом с Сандрой просыпаются дикие желания. Хотя я помню, что надо сдерживаться.

– Я скучала, – признается она, окончательно расслабляясь в моих руках.

– Возвращайся, – прошу ее. Именно прошу. Это довольно непривычно, но я готов идти на уступки. Рядом с ней не хочется давить, приказывать. Рядом с Сандрой во мне просыпается то, чего, казалось бы, и не было в принципе.

Она непонимающе смотрит, а затем смущенно улыбается.

– В спальню? Ты правда этого хочешь?

Киваю, не доверяя голосу. Сердце, которое, казалось, и не работало вовсе до этого момента, будто с цепи срывается – колотится как бешеное.

– Сейчас? – продолжает задавать вопросы Сандра.

– Сейчас…

47 Сандра

Я в полной растерянности – все происходит так быстро и неожиданно, что я даже не сопротивляюсь, когда Чезаре подхватывает меня на руки и, не получив ответа, несет к себе в спальню, где уже горит приглушенный свет.

С того дня, как я выбрала для себя гостевую, я ни разу не заходила к нему в комнату.

Это возвращение для нас не просто смена спальни, это кое-что куда более важное.

Муж аккуратно укладывает меня на постель. Нависает, жадно разглядывая. Скользит ладонями по моим плечам, ниже, по животу, и я окончательно расслабляюсь. Браслет на руке приятно холодит кожу, а я робко улыбаюсь.

– Как же я скучал, – хрипит Романо, ложась рядом. Теперь, когда живот довольно внушительный, мы можем лежать рядом только так.

Я пытаюсь прочитать эмоции на лице мужа, но они слишком быстро сменяют друг друга – и настороженность, и восхищение, и чувство вины.

Сейчас нет его привычной маски отрешенности. Он настоящий. Рядом со мной. Сейчас. В нашей постели.

Осторожно прикасаюсь к его щеке. Легкая небритость покалывает подушечки пальцев. Медленно обвожу его скулу, подбородок. Спускаюсь ниже.

Я так соскучилась, мне так мало его. Я хочу трогать, касаться, обнимать. Я хочу чувствовать его, убедиться, что все это не сон!

– Принцесса, – выдыхает он, чуть прикрывая глаза. Он расслаблен, и это настоящий момент откровения. Когда мы наедине, а весь мир там, за дверями, живет своей жизнью без нас.

Чезаре мягко проводит пальцами по моему плечу, прикасается к ключице в вырезе кофты, скользит ниже, накрывая грудь.

Меня никто не трогал все это время, и я соскучилась по его рукам. По той ласке, что они могут дарить.

– Позволишь? – тихо спрашивает Романо, медленно потянув за язычок молнии на кофте. Меня хватает только на то, чтобы робко кивнуть. Я боюсь все испортить, боюсь сломать этот волшебный миг неуместными словами.

Я остаюсь в простом белье и штанах. Хочется прикрыться – сейчас моя фигура далека от той, что была. Однако Чезаре вовремя перехватывает мои руки и качает головой.

– Ты прекрасна. Я хочу видеть. Хочу рассмотреть.

– Но я же…

– Тш… – просит он. – Ты единственная, принцесса. Помни об этом.

Его губы скользят по моей шее, спускаются ниже. Когда Чезаре зубами стаскивает бретельку бюстгальтера, у меня по коже проносятся мурашки от предвкушения. Словно я вернулась на полгода назад. Туда, где мы были счастливы.

Я все еще невероятно стесняюсь – понимаю, что не смогу сейчас дать мужу то, что ему нужно, и это мешает полностью открыться и наслаждаться происходящим. Не знаю, как он это чувствует, но каждый поцелуй, каждое прикосновение распаляет и оставляет все меньше сомнений.

– Доверься, – шепчет Чезаре. Эта просьба резонирует с тем, что стояло между нами. Естественно, я напрягаюсь, но в этот момент он освобождает мою грудь от белья и накрывает губами чувствительную плоть, выбивая из меня стон, а затем еще один.

Его пальцы оказываются у меня в трусиках, безошибочно находя узелок, требующий особого внимания.

Мужа не смущает, что я все еще в штанах, которые немного мешают. Нет, он искренне наслаждается происходящим. В его глазах горят желание и похоть, страсть и потребность обладать.

Таким я его полюбила – жестким, требовательным и собственническим. Я приняла его тьму, хотя боялась ее. Но мой выбор был идти рядом с мужем рука об руку. И сегодня я будто возвращаюсь домой после долгой дороги.

Поймав мой молчаливый призыв, Чезаре отрывается от моей груди, отстраняется и раздевает меня полностью, при этом сам оставаясь в рубашке и брюках.

– А ты?

Муж прищуривается и, довольно ухмыльнувшись, начинает расстегивать рубашку. Я завороженно смотрю на это, но едва он обнажается, как замечаю несколько новых шрамов. Не думая, как это будет выглядеть, приподнимаюсь и тянусь рукой, чтобы провести по ним пальцами.

– Чезаре, это…

– Не забивай себе голову, – строго возражает он и целует, технично выбивая лишние мысли из моей головы. Я снова плавлюсь, поддаваясь его волшебным рукам и ласкам. Правда, теперь у меня есть возможность трогать в ответ.

Прикасаться, вспоминать, как это – когда скользишь пальцами по широким плечам, крепким мышцам. Как остро чувствуешь напряжение в теле любимого мужчины, когда он прикасается ниже, а затем еще.

Мне не хватает смелости зайти слишком далеко – я все же не уверена, что достаточно привлекательна, но Романо ловит мою ладонь и прикладывает к своему члену.

– Я хочу тебя, принцесса. Как никого и никогда. Не сомневайся.

Благодарно улыбаюсь, чувствуя себя абсолютной дурочкой, которая только портит момент. Но все эти мысли растворяются, когда Чезаре оказывается у меня между ног и накрывает губами низ живота, скользит ниже. Его пальцы во мне ощущаются так правильно, и в то же время этого недостаточно.

Подаюсь бедрами навстречу. Из-за живота я не могу видеть происходящего, но от этого ощущения становятся лишь острее. Его горячий язык ласкает, кружит, надавливает.

Мне нужно так мало, что буквально через несколько мгновений я взрываюсь удовольствием, чувствуя, как горячая волна прокатывается вдоль спины, ведя за собой еще одну, и еще.

– Чезаре, да, – шепчу, словно в бреду, тяну к нему руки, а затем чувствую горячее тело рядом. Его губы на моих, мой собственный вкус – все это так остро и пряно, настолько неожиданно, что я едва не отключаюсь от счастья.

Кажется, звякает пряжка ремня, а затем муж осторожно разворачивает меня к себе спиной и, приподняв мое бедро, шепчет:

– Больше не могу, принцесса, я сдохну, если не возьму тебя.

В этот момент мне кажется – это лучшее, что я когда-либо слышала. Те потребность и желание,