Любовь в пробирке - Кристина Кальчук

– Ты серьезно?! Нет! Это не обсуждается, тебя должен вести первоклассный врач! Так как Димка ещё на больничном и пытается вспомнить свою жизнь, он отпадает, да и далеко он, мотаться туда–сюда не вариант. Можешь быть уверена, я найду лучшего врача–гинеколога! – с запалом выдал он. 

– А я и не переживаю, это ты панику навёл! А врачи у меня уже есть, лучшие, один в поликлинике, второй под боком, – отстранившись от него, я вновь принялась  за завтрак, так как неожиданно проснулся зверский аппетит. 

– Полина! – начал было Виктор, но я не дала ему договорить, прервав:

– Виктор, это не обсуждается! Инна Вячеславовна – замечательный специалист, а вкупе с тобой и подавно! – взбивая яйца, я поняла, что просто давлюсь слюной, как сильно хочу кушать. 

– Хорошо, котёночек, я пробью твою врачиху, раз ты так настаиваешь. У тебя что, животик бурчит?! Ах, вы ж, мои маленькие, аппетит проснулся! – Виктор улыбался так счастливо, будто помешанный. Вскочил и начал метаться по кухне, приговаривая, что сейчас он нас накормит, что где это видано – малышей–карандашей заставлять ждать завтрак, а я… Ну, со мной все понятно – худышка прозрачная, и если меня за руку  не держать при сильном ветре, то меня унесёт, словно надувной шарик! Представив, какой из меня скоро будет шарик, моя рука дрогнула, и кусочек хлеба просто не достиг моего рта. 

– Ты чего, Полина?! Почему не завтракаешь, что застыла?! – он недовольно нахмурился, накладывая мне яичницу на тарелку. Взглянув на сей шедевр кулинарии с недожаренным белком сверху, мой желудок взбунтовался и решил резко подскочить вверх. Вскочив со своего места, я помчалась прямиком в туалет, знакомиться со своим первым в жизни токсикозом. В след мне донеслось озадаченное: 

 – Так, понятно, яйца нам сегодня не подходят!

– Полина, девочка моя, можно войти? – Виктор поскребся в туалетную комнату.

– Ты уже спрашивал, и мой ответ неизменим! Нет! – пообщавшись один на один с белым другом, я поняла, что больше мне ему выдать ну просто нечего – те крохи, что успели попасть в меня, давно улетели. Умывшись и почистив зубы, я вышла из ванной комнаты и отметила, что вроде чувствую себя намного лучше. Рядом подпирал стенку Виктор. Завидев меня, он молниеносно подскочил, с беспокойством заглядывая в глаза: 

– Ну, ты как, лучше?

– Не поверишь, но да! И, по–моему, я опять есть хочу! – приложив ладонь ко рту, я в панике посмотрела на него и спросила: 

– Скажи, так теперь будет всегда? 

– Ну, первые три месяца очень может быть! Хотя, не факт! – он тут же встрепенулся, завидев мою реакцию на его слова. 

– Ладно, ну что, попытка номер два?! Только без яиц, пожалуйста, – пробормотала, закатив глаза, я. 

– Есть никаких яиц! – приставил он ладонь ко лбу, пытаясь меня развеселить.– Сейчас тосты пожарим с сыром! Что скажете, детки, такая еда вам нравится? – он припал к моему животу, договариваясь с виновниками моего состояния. 

– Ну, вот, молчат! А молчание у нас что? Правильно, знак согласия! – довольно выдал он, усаживая меня за стол. 

– Балбес! – весело рассмеялась я его шалостям. 

– Самый счастливый балбес на свете! – нисколечко не обиделся он. В этот момент кто–то вновь позвонил в дверь.

– Боже, у них что тут, всем медом намазано?! – не сдержалась я, опасаясь уже открывать входную дверь.Виктор вскочил и быстро сказал: 

– Это ко мне, ты пока вот чаек пей да бутербродами закусывай, обязательно закусывай и жди меня здесь!

– Слушаюсь и повинуюсь! Без закуси никак, глядишь, опьянею, – веселилась я и осторожно прикусила жареный хлеб, накрытый ломтиком голландского сыра. Пока Виктор сбежал, в прямом смысле слова, – суетился он не на шутку, – я решила воспользоваться этим моментом и позвонить Люси.Взяв телефон, я быстро отыскала нужный мне номер и нажала кнопку вызова. Ждать долго не пришлось – на втором гудке в трубке послышался грустный голос этой крашеной чертовки, что сдала меня с потрохами. 

– Ну, здравствуй, Люси! Как же так, ведь мы с тобой договаривались?! – сразу перешла я в наступление. 

– Прости меня, молю тебя, я не виновата, – на том конце провода жалобно пробормотала она и, кажется, всхлипнула. 

– Эй, Люси! Ты чего, плачешь?! – нахмурилась я.

– Прости меня, Полина, я тебе не поверила, – захлебываясь слезами, мычала она в трубку.– Серёжа так красиво ухаживал, ходил туда–сюда, я уже подумала, что он про тебя забыл, ну, и между нами есть контакт…

– Контакт, говоришь?! Люси, что произошло? – выдохнула я в трубку, не ожидая уже ничего хорошего.

– Ну, он всё слова красивые говорил, вино подливал, а потом в постель потащил! Ну, я уши развесила и совсем бдительность потеряла. А поутру он всю мою сумку растрепал, паспорт искал и в телефоне нашу переписку прочёл. На мои возражения он просто наговорил мне гадостей, что со мной только под градусом можно быть рядом, и что я дура! – выла она в трубку. Боже! И я от него хотела детей?! Слава Всевышнему, уберёг!

– Прости меня, Полина, я действительно не хотела, чтобы так вышло! Ты, наверное, теперь меня выгонишь?! – слезно спросила она. 

– Нет, живи пока! Ну, что мне с тобой делать?! Больше его на порог не пускай, будем на связи, – я отключилась, и как раз вовремя – дверь кухоньки открылась и передо мной стоял Виктор, одетый с иголочки, с букетом шикарных роз и коробочкой в руках. 

– Полина, мамочка моих деток, любовь моя! Станешь моей женой?! – он открыл коробочку и заиграла радуга разноцветных цветов и переливов, приковывая взгляд к обалденно красивому колечку! В этот момент меня опять замутило, и я сорвалась прямиком в ванную комнату.

– Да!

– Да?

– Ну, да!!! Виктор, я же говорю – да! – посмотрела я на него как на помешанного. 

– А–а–а!!! – прокричал он.– Я самый счастливый человек на земле! – он подхватил меня на руки и закружил по комнате, насколько позволяли нам квадратные метры. 

– Прекрати, ещё один круг, и меня опять стошнит! – запричитала я, хохоча от радости. 

– Нет, нет, нет! Достаточно продукты переводить! – Виктор бережно поставил меня на пол и, дотянувшись до коробочки с кольцом, вынул эту прелесть из бархатного ложа.– Позволишь? – взял он