Нотариус его высочества - Дарья Михайловна Сорокина

Оно будет защищать этого лжеца, даже если он будет нести откровенную чушь. Я сейчас поверю во что угодно.

– Нет. Не стоило. Я должен был посвятить тебя в мои планы, но ты совершенно не умеешь и не можешь врать. У тебя бы не получилось так удачно подыграть мне и герцогу.

– И что он скажет, когда вернется и узнает, что ты спалил газетную лавку на площади и ходил на свидание под его личиной? Да он казнит тебя!

– Не казнит, – отмахнулся Немо, словно они с Алессандро были друзьями до гробовой доски.

– Очень самоуверенно, сеньор Тровато! Ты водил меня на пьесу, где король едва не убил жениха понравившейся ему девушки. Кто знает, что у этих венценосных на уме!

Немо помрачнел, словно я разбередила его рану, а затем вкрадчиво проговорил:

– Алессандро не такой. Он как я…

– Пояснишь?

Мой мастер тяжело вздохнул и ответил:

– Он рос, не зная своих родителей, мучился от косых взглядов и своего предназначения.

– Быть принцем плохо?

Странно было слышать такое от Немо, ведь он с легкостью поменялся бы с ним ролями.

– Это такая же клетка, как и твоя должность. Ты повязан по рукам и ногам, выполняя свой долг. До недавнего времени я и не знал, как счастлив и свободен был. Только теперь, глядя на тебя и Алессандро, я понял это. Постоянные условности, правила…

– Так ты уже не хочешь знать, кто ты? – удивилась я, и Немо покачал головой.

– У меня есть кое-какие догадки, но они слишком безумны, чтобы произносить их вслух.

– И потому ты повел меня на тот спектакль.

Он улыбнулся.

– Всегда знал, что ты умная. Думаешь, я сошел с ума? – с надеждой спросил Немо.

А я не поняла, на что именно он надеется – на то, чтобы оказаться безумным, или на то, что я соглашусь подтвердить его догадки.

– Если ты прав, то Алессандро твой кузен.

Глаза Немо горели, словно он сам об этом мечтал. Но это все слишком невероятно, у сотен сирот похожая история, стоит ли обнадеживать моего мастера еще сильнее?

Но я точно не буду раньше времени рассказывать ему о том, о чем обмолвилась сеньора Вентурини. Если я узнаю имя загадочной подружки Горацио, возможно, приближусь к тайне происхождения Немо.

– Хорошо мы сегодня поработали, – похвалил сам себя мой мастер и сложил аккуратной стопкой документы. – Пойдем-ка спать?

От этого невинного предложения у меня тут же участился пульс. Чего это я губу раскатала? Он сейчас вернется в общежитие. Утром у него пары.

– Ты останешься? – тихо спросила я, глядя себе под ноги.

– Это я тебя должен спрашивать. Ты не прогонишь меня после всего? Я бы себя прогнал.

Мы долго смотрели друг на друга. Мне еще потребуется какое-то время, чтобы полностью восстановить свое доверие и забыть про свежие обиды, про его ложь о помолвке с доминой, про то, как он поцеловал студентку, про то, как притворялся принцем. Но я уверена, что прогонять его не стану, ни сегодня, ни завтра, никогда.

– Ты же не женишься на домине Бевилаква?

Уснуть после сегодняшних открытий было непросто. Но еще сложнее было не ерзать при мысли, что мы с Немо спим под одной крышей, хоть и в разных комнатах. Я заняла свою привычную постель на втором этаже, а мой мастер постелил себе на диване. Я долго прислушивалась к тишине коттеджа, надеясь, уловить дыхание Немо. Слишком тихо. Подозрительно тихо. Неприятные мысли начали роиться в моей голове. А что если он только делал вид, что помогает мне, что любит, что если прямо сейчас мой мастер дорвался до архива и пытается найти в нем запретные сведения?

Я метнулась к двери и осторожно отворила ее, продолжая прислушиваться. Если бы Немо мог прочитать мои мысли, он бы точно оскорбился моим недоверием, но меня уже было не остановить. Я спустилась по лестнице, стыдясь собственных чувств и одновременно боясь увидеть взломанную дверь архива.

Немо лежал на диване, кутаясь в короткий плед. Волосы в прекрасном беспорядке, кожа, кажущаяся мраморной в свете, проникающем сквозь приоткрытую занавеску.

Я вздохнула с облегчением и мысленно попросила прощения у своего мастера. Подошла ближе, чтобы убрать с его лица прядь, но он тут же поймал меня за запястье и резко притянул к себе.

– Попалась! – услышала я его хрипловатый голос, оказавшись на диване.

Здесь было даже меньше места, чем на втором этаже, но Немо так крепко прижал меня к своей груди, что деться мне было некуда.

– Мне тоже не спится, Юри, – признался он. – Завтра снова придется изображать обиженного преподавателя и отпускать гадкие комментарии в твой адрес.

– Переживу. Представлю, что мы на сцене театра, – сонно проговорила я. – Это же ненадолго?

– Пока я не улажу кое-какие дела, – загадочно пробормотал Немо.

– Опять секреты?

– Угу.

Я больше не обижалась на недомолвки, ведь я сама не все ему договариваю, придет время, и он обязательно расскажет, что его так гнетет, а пока я буду наслаждаться грядущими днями и вести свое собственное расследование.

Глава 21

Моя безумная жизнь наконец-то хоть немного устаканилась. Днем я снова ходила на занятия и готовилась к диплому. Издевки студентов больше не ранили меня, хоть я старательно изображала себя уязвленной. Зато наигранная травля со стороны Немо теперь казалась мне виртуозной игрой с тонкой ноткой флирта. Я знала, что как только все разойдутся с последней пары, мой мастер закроет дверь и будет очень долго и страстно извиняться за все гадкие слова, а я буду тонуть в этих сладких извинениях и надеяться, что после мои губы не будут слишком красными.

Вечером мы встречались на работе, где Немо ворчал всем и каждому, что ему приходится работать на меня, чтобы дело его отца не пошло прахом.

Он был слишком убедителен, а я все так же пыталась не обижаться. Но, когда опустошенные, мы провожали последнего клиента, мой мастер снова извинялся.

– Это тяжело, Юри. Ненавижу лгать. Обещаю, на выходных сходим куда-нибудь, и я буду мил.

– Алессандро еще не вернулся?

Немо отрицательно покачал головой:

– Завтра, мне снова нужно будет явиться ко двору. У тебя будет методический день, хочешь составить мне компанию после твоего судебного заседания?

– Ты имеешь в виду, хочу ли я составить компанию герцогу Аккольте? – скрестила я руки на груди и усмехнулась.

– Именно. Герцогу Аккольте, – Немо очертил в воздухе кавычки. – Это не вызовет подозрений. Ты королевский нотариус и мой романтический интерес.

– Романтический