Волшебница по привычке - Валентина Алексеевна Савенко

Никаких «взять под контроль»!

Цепочка натянулась, зазвенела. С хлопком разлетелась на звенья и исчезла.

Жаль!

Не жаль. Ни капли.

Открыла глаза. Винс стоял, глубоко дыша – на руках исчезали перья. Все в порядке, у него получается и без меня.

Обидно. Такого сильного ловца отпустила.

Я торопливо вызвала нашу с Дамианом цепь. От сердца к сердцу. Символично и красиво. И… слегка плывет, и кровать тоже плывет и качается, а еще немного кружится, словно карусель.

Цепь зазвенела, завибрировала. И рассыпалась на звенья.

Я уткнулась лицом в грудь сидящего рядом Дамиана. Проваливаясь в темноту, подумала: хорошо, что магии не осталось, так я точно ни на кого в беспамятстве не нападу!

Глава 18

Ари потеряла сознание. Перенос вытянул ее силы, а разрыв двух связывающих цепей доконал то, что осталось.

Винс дернулся к Ари, Дамиан отрицательно покачал головой: все, что ей сейчас требовалось, – это сон и отдых. Осторожно уложив Ариану, Дамиан повернулся в Винсенту.

– В подвал? – хмыкнул тот и неожиданно покладисто выпрыгнул в окно.

Ярость вскипала в душе, стоило глянуть на Винсента. Его попытки упорно оказывать знаки внимания Ари выводили из себя. И хаос тут был ни при чем. Винс знал, что Ари уже не фиктивная невеста, и все равно норовил приобнять ее.

Дамиан покосился на прикрытую одеялом Ариану и улыбнулся: ярость медленно отпустила, оставив желание защищать и нежность. Поправив подушку, он на цыпочках вышел из комнаты. Свернул в кабинет. Устроившись в кресле у окна, задумчиво посмотрел на яркие звезды на небе.

Томас был сумеречником. Макс очнулась и подтвердила: он напал на нее, с ним были два пропавших ловца, ими явно управляли.

Однако праздновать победу рано.

Грифон, лань и Хедвик исчезли без следа. И если с первыми двумя вариант, предложенный Винсом, вполне мог быть правдой, то кобольд никогда бы не бросил Макс. Тем более не ушел, не убедившись, что с ней все в порядке. Да что там, вообще бы не ушел.

Значит, он и остальные все еще в плену у сумеречника.

Второго. Умного и осторожного. Хитрого. Способного выставить виноватым другого.

Знал ли Томас, кто он? Был ли с ним заодно?

Благодаря прыткости, горячести и прицельному огню стальных перьев Винса это осталось бы тайной. Если бы не внимательность Макс.

Дамиан мысленно прокрутил слова сестры.

Первое – ей показалось, что Томас боится причинить ей вред. Второе – он был явно не в восторге оттого, что пришлось напасть. И от «своих» помощников-ловцов. Ему их было жаль. Третье – за пару секунд до появления Дамиана и Винса Томас ослаблял веревки на руках Макс, словно хотел, чтобы она сбежала.

Вывод: кто-то использовал Томаса. То есть он знал или подозревал, кто сумеречник, он не хотел никому вреда. И, хаос побери перья Винса, убивать тоже не собирался.

Вывод номер два: все не так просто, как и думал Дамиан.

Сумеречник собирает сильную нечисть. Изредка устраивает публичные нападения, оставаясь в тени благодаря марникам.

Это точно не месть. На месть были похожи те самые нападения в Фернане. И начало «деятельности» сумеречника в Амадисе. Но детали так размыты и затерты стражами, принявшими их за что угодно, но не за убийства, что цель непонятна.

Дамиан постучал пальцами по подлокотнику. Если бы можно было узнать, с чего все началось и кому собирались мстить, то можно было бы понять, почему передумали и что будут делать со всей этой нечистью.

Вряд ли парадное шествие устраивать.

Свергнуть короля? Самое явное. И невозможное. Одного сумеречника тут мало, как бы силен он ни был. А он теперь один. Пусть и с двумя ловцами в подчинении.

Понятно только одно. У него, как и у заклятых друзей Дамиана, тоже планы на Ари. Потому что именно тогда, когда у нее появился артефакт Невлина, похитили Макс. И теперь артефакт разрушен.

Дамиан заподозрил бы шпиона среди нечисти, но Ари видела поводки сумеречника. Значит, соглядатай из людей. Причем из своих. И это самое отвратительное. Потому что каждому в этом доме есть что терять. И при правильном подходе можно вынудить следить любого. Даже Винса и Эн.

Дамиан усмехнулся: ну ладно, будем играть по вашим правилам.

В дверь кабинета тихо поскреблись.

– Да. – Дамиан повернулся.

В комнату просунулась рыжая головка. Софи, сияя огоньками пламени не хуже люстры под потолком, нерешительно вошла в кабинет. Девочка была одета в домашний халат поверх рубашки и тапочки, в ее руке был зажат лист, кончик носа покраснел.

Что-то случилось. Причем из ряда вон выходящее, раз рыжая лисичка пришла к нему, а не к сестрам или матери.

Поднявшись с кресла, он подошел к нерешительно переминающейся с ноги на ногу девочке.

– Я там поесть Винсу несла… а там вот… – Отводя взгляд, она протянула ему лист бумаги, вырванный из книги, исписанный по полям дерганым прыгающим почерком.

Быстро пробежав глазами по строчкам, Дамиан медленно выдохнул: Винс!

Этот… рогатый упертый и самоуверенный родственник копытного ушел. Он что-то вспомнил о своем пребывании в непонятном месте (что именно, записка умалчивала) и заметил нечто похожее, когда выручал Макс. И его осенило. Точнее, звездануло. Он был уверен, что знает, кто сумеречник, и что именно с его подачи из Винса сделали ловца. Конечно же, делиться информацией и работать в команде – не для гордых пернатых. Он уверял, что за пару дней справится сам. И просил не вынуждать Ариану его искать – она и так на грани.

Будто Дамиан без него этого не знал.

Напоследок Винсент просил прощения у Арианы за свое поведение. Выглядело как прощальная речь идущего на казнь, если честно. Затем требовал (именно так). Требовал у Дамиана любой ценой защитить Ари. И последним пунктом шли извинения перед Софи. Причем Винсент не просто извинился за слова, сказанные в подвале, но расписал, какая Софи чудесная девушка, умница и вообще самая лучшая.

Результат его извинений смотрел на Дамиана покрасневшими глазами и тихо шмыгал носом. А Винсу наверняка даже в голову не пришло, что влюбленная в него девочка… девушка воспримет его слова как почти признание.

– Вы его найдете? – На рыжих волосах Софи вспыхнули новые язычки пламени.

– Придется, – не стал скрывать недовольства Дамиан.

Софи просияла, вытерла пальцем нос, спохватилась, вытащила из кармана помятый платок, промокнула глаза, как леди.

– Я тогда пойду?

Дамиан кивнул.

– Пока никому не говори, вдруг удастся его отыскать.

Девушка радостно заулыбалась. На ее личике крупными