Пламя в моем сердце - Рита Трофимова

И они отправились на прогулку.

Лишь на секунду Лина замешкалась, выходя за ворота дома следом за Максом, будто почувствовала чей-то пристальный взгляд. Кожу затылка овеяло холодом, и зябкие мурашки рассыпались по спине. Она обернулась, но никого не увидела.

Они медленно шли прямиком к речке, по заросшей травой дороге, мимо ухоженных, утопающих в зелени особняков. Погода стояла тихая, ни ветерка, ни облачка, а от воздуха, насыщенного свежестью хвои и полевых цветов, кружилась голова.

Как и договаривались, Макс декламировал стихи. Они были честными и смелыми, порой даже злыми, и мало походили на те, что обычно читала Лина. Стихи о поиске себя в себе. Строчки слетали с губ, звенели в пространстве, пронзая сердце жаркой стрелой.

А потом Макс перешёл к разбитым чувствам. Сбавил градус напряжения, войдя в образ отвергнутого Ромео, и стал вещать со сдержанной страстью и горечью в голосе.

Таким Лина видела его впервые, будто он на минуту приоткрыл створку и выпустил на волю себя настоящего: ранимого и безнадёжно влюблённого парня, до сих пор лелеющего надежду на отношения с той, которой был не нужен.

Лина слушала почти не дыша. Макс казался таким искренне несчастным, что она невольно прониклась к нему симпатией даже больше, чем могла себе это позволить. В какой-то момент к горлу подкатил горький комок, и Лина украдкой смахнула слезу. Расчувствовавшись, она задала давно уже мучивший её вопрос:

— Это всё из-за Камилы, ты про неё писал?

— Ты очень проницательная. И всё же откуда ты про неё узнала? Хотя не удивлюсь, инет кишит подробностями моего неудачного романа, — посетовал Макс.

— Слышала от кого-то, уже не помню, — тут же нашлась с ответом Лина. Не выбалтывать же правду о том, что она буквально прочитала его тайные мысли, да и странно бы это выглядело. Вздохнув, она подняла на него глаза. — Может, ещё можно что-то исправить?

— Солнышко, мы разошлись как в море корабли и вряд ли когда-нибудь причалим к одной пристани. Да, было дело. Она меня крепко зацепила, и мы какое-то время были вместе, но всё скатилось в недопонимание и мрак. Я ломал своё эго, верил в то, что всё будет, верил, что и ей не чужды чувства, но всё оказалось гораздо банальнее. Ей нужны только деньги. Много денег… — Макс грустно усмехнулся и затих.

— Да как она могла? Это всё неправильно, несправедливо! Столько вокруг девчонок… — Лина осеклась, поняв, что сболтнула лишнего. Сочувствие вырвалось из сердца вопреки её воле, и она прикусила губу.

— Удивительная это штука — любовь, — констатировал Макс. — И я до сих пор верю в неё. Жаль, что она не бывает взаимной.

— А я верю во взаимность. Люди тянутся друг к другу, и порой для чувства достаточно искры, правда, я не совсем понимаю, как это происходит. Мне кажется, что я любила всегда…

— Наш Фил — везунчик. Да, кому-то везёт больше. Я даже завидую ему нормальной такой завистью.

Смеркалось. За разговором они добрели до калитки дома Альтман. Лина обхватила себя руками, к ночи воздух остыл и кожу слегка пощипывало от прохлады. Где-то в соседних дворах жалобно скулила собака, квакали жабы в траве.

— Ну, я, пожалуй, пойду, — немного помедлив, сказала Лина. Мысли вернулись к Филу, и ей стало тоскливо: и где, интересно, он бродит?

Макс будто почувствовал её настроение и улыбнулся, взлохматив волосы на затылке.

— А может, на чай позовёшь? — вопросительно поднял он бровь.

— Давай в другой раз, — замялась Лина, подумав, что нечестно было бы уединяться с Максом, даже если просто по дружбе.

К счастью, он не настаивал.

— Так и быть. — Макс, не прощаясь, рванул по дороге к дому Полянских и вдруг обернулся, раскинув руки в стороны, и прокричал: — Солнышко, а давай устроим пикник, прямо во дворе у Фила, завтра. Ты, я и он. Будем петь песни под гитару, наши… но-ве-нь-кие! Ты опьянеешь от счастья, а мы от портвейна.

— Отлично, — помахала ему Лина, с улыбкой вошла в калитку и летящей походкой направилась к дому.

* * *

А во дворе её ожидал сюрприз. Уже подходя к ступенькам, Лина зацепилась взглядом за тень, что притаилась на лавке под черёмухой. Она замедлила шаг и присмотрелась, различив силуэт парня в белой футболке.

Он тут же поднялся с лавки и вышел из тени. Филипп! Сердце Лины пропустило удар и пустилось галопом. Улыбка сбежала с лица.

— Нагулялась? — с кривой ухмылкой выдал он, медленно оглядывая её с головы до ног.

— Филипп… — От неожиданности Лина застыла на месте. Всё смешалось: и радость видеть его, и неловкость за то, что заставила ждать, общаясь с Максом. Однако небрежный тон с намёком на дерзость отрезвлял. — И давно ты ждёшь? — пробормотала она.

— Не очень, всего каких-то пару часов. — Он шумно выдохнул, сунув руки в карманы.

Лина оглядела его напряжённое лицо с играющими на скулах желваками.

— Но… п-почему ты не нашёл нас, почему не присоединился? — зачастила она, терзаясь тем, что поступила неправильно и некрасиво.

— Просто не хотел мешать.

— Ну что за глупости, Филипп. — Лина сцепила пальцы, с трудом проглотив застрявший в горле ком. Сердце защемило от нежности, захотелось обнять его и успокоить. Она сделала шаг навстречу. — Я так ждала т-тебя.

Они смотрели друг другу в глаза и молчали. Губы Филиппа вытянулись в жёсткую линию, ноздри подрагивали. Он явно сдерживался, чтобы не вспылить.

— Те розы, они чудесны. — Лина первой нарушила томительную паузу. — Это ведь ты положил их на подоконник?

— Что, Лин, запуталась в кавалерах? Нет, это был не я, — отрезал он и тут же отвёл взгляд.

— Да ты… — она задохнулась от возмущения, в груди будто лопнула натянутая пружина. Слова Филиппа больно задели её. — Где ты был всё это время? Почему так долго не приходил? А теперь заявляешься без извинений и разыгрываешь из себя обиженного? Так знай, я не собираюсь отчитываться перед тобой, вот так!

— Тогда я пошёл? — Он горько усмехнулся и направился к внутренней калитке в заборе.

— Ну и иди! — выкрикнула в сердцах.

Лина чувствовала, что вот-вот расплачется. В носу предательски защипало, но она так и смотрела ему вслед, стиснув зубы и кулаки. Да что происходит? Что