Коварная одержимость - С. Массери

Аспен выгибается, прижимаясь грудью к моему лицу, и когда я слегка прикусываю ее сосок, она вскрикивает.

Это такой приятный звук.

Я ускоряю движения, и каждый раз, когда вхожу в нее, из груди Аспен вырывается стон. От этих чудесных звуков мои чувства обостряются, а яйца напрягаются.

Переключив внимание на другую грудь, я провожу рукой между нашими телами и, переходя на короткие толчки, ласкаю ее клитор. Я хочу, чтобы мы достигли оргазма вместе и оба погрузились в приятное забытье. Не знаю почему, но мне кажется, что это правильно.

Аспен тяжело дышит и стонет подо мной. Она впивается ногтями в мою кожу, а затем сжимает мои волосы и тянет за них, словно пытаясь заставить меня двигаться быстрее. Мой самоконтроль ослабевает, превращаясь в тонкую нить, которая делает меня человеком, готовым следовать ее указаниям.

– Я собираюсь кончить в тебя, – предупреждаю я ее, разрывая поцелуй, но каждое мое слово словно его продолжает. – Тебе же это нравится? Ходить вместе со мной по грани.

Я ускоряю движения пальцев на ее клиторе, и она беззвучно просит меня продолжать, но затем откидывает голову назад и закрывает глаза, словно пытаясь отстраниться.

Но от меня не уйти.

Я кусаю ее за шею, и все ее тело содрогается. Она смотрит на меня сквозь призму своего удовольствия и изумления, и я ухмыляюсь, потому что уже почти достиг пика, а она – нет. Но затем Аспен вздыхает и говорит:

– Пожалуйста, не останавливайся. – Она произносит эти слова будто нараспев, но я не намерен лишать ее кайфа.

Еще одно движение – и мышцы ее влагалища почти до боли сжимаются вокруг моего члена, когда ее накрывает оргазм. Аспен впивается ногтями в мою шею, и я полностью погружаюсь в нее, испытывая сильнейший оргазм в своей жизни.

Мы стоим обнявшись целую минуту, а затем я чувствую вибрацию и возвращаюсь в реальность.

– Телефон, – говорит Аспен.

Она расслабилась, но, кажется, не возражает против того, что я все еще внутри нее. Мой член уже наполовину обмяк, но мне хочется побыть в ней еще хотя бы немного.

Внезапно телефон перестает вибрировать, но затем начинает вибрировать снова. Я понимаю, что это звонит мой отец, и мое настроение сразу портится. Возможно, он сейчас где-то рядом и ждет, чтобы познакомить меня со своей новой женой.

Словно старая боль, ко мне возвращается гнев, но когда я выхожу из Аспен и вижу доказательство того, что мы только что трахались, это немного успокаивает меня.

Впитывая в себя это ощущение, я встаю и протягиваю ей руку, но, прежде чем взять ее, Аспен несколько секунд пристально на нее смотрит. Я помогаю ей слезть с замбони, достаю из кармана джинсов ее трусики и надеваю их на ее ноги. После этого прижимаю ладонь к ее киске.

– Стил…

– Мысль о том, что сейчас между твоих ног растекается моя сперма, не дает мне сорваться, – тихо говорю я ей и вновь ощущаю вибрацию своего телефона. – Вот черт, – говорю я, снимая с замбони джинсы, в которых лежит мой телефон.

– Она не так уж плоха, – говорит Аспен, скрещивая руки на груди.

Она уже поправила свою майку, и я молча протягиваю ей джинсы, которые лежали на сиденье.

Она вполне может быть такой, какой я ее себе представляю.

– Ну, раз уж она вырастила тебя, – бормочу я, – то…

– Именно так, – говорит Аспен, надевая джинсы и морщась. – Мне не нравится ощущение между ног. Мои трусики станут мокрыми.

– Ну и хорошо, – отвечаю я резко, и она приподнимает бровь. – Надеюсь, мы пахнем сексом, – продолжаю я. – И твоя мать, которая так падка на деньги, сможет понять, чем мы занимались. Ведь она делает то же самое с моим отцом.

Удар приходится прямо на мой ушибленный бок, и, ощутив острую боль, я стискиваю зубы.

– Перестань называть ее так, – шипит Аспен. – Если бы ты знал о нас хоть что-то, то твое мнение бы изменилось. – Она обходит меня и, достав телефон из кармана моих брюк, отвечает на звонок. – Да, – громко говорит Аспен в трубку. – Он потерял свой телефон, и я помогала ему его найти. Сейчас мы придем. – Аспен вешает трубку и, хмуро глядя на меня, спрашивает: – Ну?

– Ну – что?

Какого хрена я чувствую себя дерзким ребенком?

Опомнись!

– Пойдем, встретимся с палачом.

Я знаю, что она говорит это с сарказмом, но в некотором смысле именно это нам и предстоит.

Глава 27

Аспен

При встрече со Стилом Леннокс и Дакота ведут себя очень радостно. Они сидят за столиком в ресторане своего отеля вместе с мамой и Стивеном. Кажется, ресторан работает допоздна, чтобы накормить гостей, приехавших на игру. И здесь, как ни странно, очень оживленно.

Завидев нас, Лен сразу же вскакивает и бежит ко мне. Она крепко обнимает меня, как будто мы не виделись всего несколько часов назад, а затем поворачивается к Стилу. Дакота подходит медленно, и видно, что она потрясена.

Я почти уверена, что синяк у него на щеке и разбитая губа не способствуют хорошему первому впечатлению, но затем мои глаза округляются, потому что начинаются вопросы.

– Как тебе удается так быстро кататься на коньках?

– Больно ударяться о стекло?

– Какой твой любимый фильм?

– Почему тот парень тебя ударил?

– Как ты понимаешь, что нужно уходить со льда?

– Почему судья так часто свистел?

– Кто…

– Ладно, ладно, – перебиваю я сестер, едва сдерживая смех.

Стивен и моя мама все еще сидят за столом и увлеченно беседуют, склонив головы. Очевидно, что допрос девочек их совершенно не беспокоит. Однако Стил выглядит немного растерянным, и его взгляд мечется туда-сюда, словно они излучают радиацию.

– Стил, это моя младшая сестра Леннокс, а эту угрюмую девочку зовут Дакота.

– Я не угрюмая, – отвечает Дакота, и я взъерошиваю ей волосы.

– Конечно.

– Ну? – Леннокс еще смотрит на Стила в ожидании ответов.

– О! – Стил замолкает, заметив наших родителей, и, вероятно, приходит к тому же выводу, что и я, а затем переключает внимание на мою сестру. – Судья дает свисток, когда кто-то из игроков нарушает правила, – отвечает он на один из вопросов, и девочки кивают.

– Хорошо, в следующий раз вы сможете задать ему больше вопросов, – говорю я и веду их к столу, стараясь не задеть встревоженного официанта. – А пока нам нужно поговорить с мамой.

– Ты в порядке, Асп? – спрашивает Лен, потянув меня за руку.

– Да, все