Магические притязания - Илона Эндрюс

Если бы мы позволили Ордену основать здесь своё отделение, состоящее из одного человека, это было бы сопряжено со множеством условий. Во-первых, я бы хотела, чтобы существование этого отделения держалось в секрете. Я могла бы пересчитать по пальцам тех членов Ордена, которые знали о нём, и Ник Фельдман не мог быть одним из них. Стратегия Кэррана по спасению Стаи заключалась в том, чтобы застать альф врасплох. Ник был влюблён в Десандру. Он бы сделал всё, чтобы защитить её и двух её сыновей. Если бы он узнал, что мы задумали, то сразу бы рассказал ей. Нам нужно было держать его в неведении.

Если подумать, нам тоже нужно придерживаться своего расписания. Перед тем как мы уехали в Уилмингтон, Мэхон и Марта взяли с нас обещание приезжать на праздники и летом, чтобы они могли проводить время с нами и особенно с Конланом. Нам нужно будет придерживаться этого графика, как бы ни было здесь много дел. В Атланте думали, что мы отдыхаем на пляже. Меньше всего нам нужно было, чтобы они приехали искать нас раньше, чем мы будем готовы. И Мэхон тоже. Нам не нужен был этот старый ворчливый медведь, бродящий по нашему лесу.

Я была почти уверена, что Пендертон сохранит нашу тайну. Я отказалась от притязаний на город, так что сдержала своё обещание. Благодаря этому, а также тому, что мы избавились от Бледной королевы, нам стали доверять, и Пендертон хотел поддерживать с нами хорошие отношения. Во-первых, мы доказали, что умеем устранять угрозы, и если бы Пендертон обратился к нам за помощью, мы бы помогли ему по-соседски. А во-вторых, для ремонта этого места потребуется много рабочей силы и квалифицированных мастеров. Кэрран уже поговорил с Недом о поставках, и, судя по тому, как загорелись глаза Неда, мы обеспечим строительную гильдию Пендертона работой на долгие годы.

Мне нужно будет обсудить всё это с Кэрраном сегодня вечером за ужином.

В проёме возникла суматоха. Джийнкс выглянула и глубоко вздохнула.

— Консорт! К вам пришёл человек! Он говорит, что он волшебник!

Мне нужно было купить мегафон или что-то в этом роде.

— Его зовут Лютер?

— Возможно. Он похож на Лютера! Дайте я проверю! — Джийнкс исчезла из поля зрения и вернулась. — Да!

— Впусти его!

Она отошла в сторону, и в проёме показался мужчина, похожий на учёного, который заблудился в лесу и теперь был в серьёзном замешательстве. Его тёмные волосы были влажными от пота. На его от природы бледной коже всё ещё виднелись следы летнего загара. На нём были походные штаны и толстовка с надписью «Волшебник никогда не опаздывает. Толкин». Ну, конечно.

Лютер поправил очки и заметил меня.

— Ты!

— Трой, это помощник директора, Лютер Диллон. Мы находимся в присутствии королевской особы из «Биозащиты». Мы недостойны этого.

Трой отвесил изысканный поклон.

— Смейся, мещанка. Я прошёл пешком двадцать миль, чтобы добраться сюда!

— Что привело вас в наши края, помощник директора?

— Ты прислала мне килограмм зачарованного золота и образец крови с ДНК вымершего американского гепарда! Конечно, я…

Он замолчал. Я не могла его винить. Вид десятифутового мохнатого мастодонта, выходящего из-за угла с восьмилетним мальчиком на спине, заставил бы любого оторопеть.

— Конлан, куда ты ведёшь Мону? — крикнула я.

— На южное пастбище.

— Не ходи туда. Оуэн пошёл туда с детёнышами носорогов.

— Тогда я поведу её на запад.

— А Дарин где? — спросила я.

— Он снова пошёл к озеру. Он нашёл там каких-то магических пресноводных моллюсков. Он очень рад этому. — Конлан пожал плечами.

— Хорошо, — сказала я ему.

Мона пробежала мимо Лютера и вышла через проём, унося с собой Конлана.

— Что, чёрт возьми, происходит? — потребовал Лютер. — Что это… всё такое?

Я встала.

— Пойдём. Я тебе покажу.

* * *

Мы медленно шли по вестибюлю дворца, чтобы моя стражница-охотница успевала за нами. Дворец казался зловещим, его потолок был слишком высоким, а очертания — слишком резкими. В углах сгущались тени.

За все пятнадцать минут, что мы шли сюда, Лютер не проронил ни слова. Я сделала невозможное. Я лишила Лютера Диллона дара речи. Для этого мне понадобился магический план, на создание которого ушло около двенадцати тысяч лет.

Мы вошли в главный зал. Я прошептала заклинание, и на стенах зажглись факелы, залив комнату ярким светом. Я специально заказала их в Уилмингтоне, чтобы хорошо видеть всё в этом зале.

Охотница остановилась в дверях. Она не хотела входить.

Стены были расписаны красными, коричневыми, чёрными и белыми красками на массивных каменных панелях. Я остановилась перед первой из них.

— Некоторое время назад, вероятно, между 15 000 и 10 000 годами до нашей эры, когда мир был покрыт льдом, а Северная Каролина была окутана полярной тундрой, женщина из народа фейри была изгнана из своего племени.

На фреске одинокая фигура с длинными синими волосами отходит от группы людей. У некоторых из них были синие волосы, у других, как у спасённых мной охотников — каштановые. Пространство между толпой и фигурой с синими волосами усеяно тёмными точками — в неё бросают камни. Позади группы прямоугольные фигуры изображают дома, а над ними возвышается самый большой дом. Дворец. Один из домов поменьше горит.

Я подошла ко второй фреске.

— Её прогнали в лес, но она была могущественной и выжила. Её магия окрепла, и она нашла последователей, которые вверили ей свою судьбу.

На фреске в центре леса стояла женщина-фейри, освещённая внутренним огнём. Вокруг неё на коленях стояли люди, воздев руки в мольбе.

— Когда она окрепла, то вернулась.

Третья фреска была забрызгана кровью. Она высохла и стала тускло-коричневой, а сверху кто-то добавил красный пигмент. Просто море крови, в котором тонут люди в случайных позах, и внутренний огонь женщины с синими волосами. Вдалеке горят все дома.

— Она убила большую часть своего прежнего племени, поработила тех, кто выжил, и правила ими из этого дворца. Она стала Бледной королевой.

На четвёртой фреске в центре дворца была изображена одинокая фигура с синими волосами, чей внутренний огонь охватывал всё вокруг. Множество фигур в золотых ошейниках преклонили перед ней колени, а её слуги кланялись с обеих сторон.

— Она вела войну с соседним народом оборотней и тоже поработила их.

На другой панели, залитой кровью, были изображены умирающие рогатые люди и животные. На следующей панели она была изображена во дворце, а перед ней на коленях стояли львы, волки и рогатые люди в ошейниках.

Я пересекла зал и оказалась на другой стороне.