Ставка на темную лошадку - Мишель Мартин

– Неужели ты рискнешь выпустить неопытного наездника?

Саманта пожала плечами: сейчас она могла думать только о трассе, которую утром прошла пешком от начала и до конца. Она в уме рассчитывала количество шагов до препятствия, прикидывая, под каким углом его лучше брать, и выискивала взглядом рытвины, опасные как для лошади, так и для всадника. Конечно, у нее была для этого специальная команда, но ей не хотелось испытывать судьбу.

– Энди к следующим соревнованиям станет опытным наездником, сам увидишь.

– И тогда твое ранчо станет еще и школой подготовки наездников?

– Так далеко я не загадываю. Кстати, ты получил доступ к соревнованиям?

– Конечно. Отец нажал на все педали. А кроме того, я ведь все-таки занял десятое место на соревнованиях в Феач-Хилле.

– Ты неплохо выступил, – сдержанно похвалила Саманта.

На самом деле она считала его выступление отличным – ведь Каллен не участвовал в скачках двенадцать лет, – но не собиралась говорить ему этого. Она была твердо уверена, что друзья не должны льстить друг другу. И ее новое отношение к Каллену ничего не меняло.

– Ты не очень щедра на похвалу, – заметил Каллен.

Саманта только пожала плечами:

– Ну что же, начнем?

– Только после вас, мисс Ларк.

Саманта пустила Флору в легкий галоп. Маршрут протяженностью две с половиной мили огибал ранчо «Скайларк» и переходил на земли Маккензи – надо было только преодолеть изгородь. Трасса заканчивалась в четверти мили от конюшен Маккензи, а там уже было рукой подать до пирога Роз Стюарт.

Для Флоры маршрут был новым. Саманта постоянно меняла маршруты, чтобы воспитывать у лошадей выносливость и поддерживать в них интерес к занятиям: она прекрасно знала, что от этого многое зависит.

Каллен вышел на трассу минуту спустя, сохраняя дистанцию, чтобы не врезаться в Саманту, но держался достаточно близко, чтобы перенимать у нее разные хитрости. А она знала их немало: у нее накопился большой опыт, и многочисленные награды подтверждали это. Правда, у Саманты не было возможности участвовать во всех соревнованиях, и она поэтому ни разу не становилась наездницей года. Но ее знали все и отдавали должное ее таланту.

Первое препятствие в виде палатки Флора прошла хорошо, потом начался спуск. Лошадь заторопилась, и Саманта осадила ее. Теперь у них на пути была сложная конфигурация из нескольких бревенчатых заборов разной высоты, а затем на подъеме шел каменный барьер. Бобби окрестил эту группу препятствий Холмом Соломона, потому что каждый шаг и прыжок таили опасность и требовали обдуманного подхода.

Саманта помнила, что после лабиринта шел спуск к неглубокому пруду, в который следовало прыгнуть, затем пересечь его, преодолеть еще один барьер, а затем за ним в нескольких ярдах находилась изгородь, отделяющая земли Ларков от земель Маккензи.

Саманта утром добрые полчаса тщательно изучала Холм Соломона, чтобы пройти его как можно лучше. Держа в уме утренние наблюдения, она направила Флору к входу в лабиринт. Перед первым прыжком лошадь заволновалась, но Саманте удалось успокоить ее. Они благополучно преодолели второе препятствие, третье, и наконец лабиринт остался позади. Флора собиралась заартачиться перед прыжком в пруд, однако Саманта не дала ей остановиться, и пруд чалая пересекла спокойно.

Поднимая брызги, они добрались до противоположного берега. Флора выскочила на берег немного неловко, но устояла. Они поднялись по небольшому склону и поскакали к выкрашенной в желтый цвет изгороди с высокими воротами. Флора шла легко и, навострив уши, ловила слова команд. Однако перед самыми воротами она внезапно остановилась как вкопанная. Саманта не ожидала подвоха и перелетела через барьер.

Многолетний опыт помог ей сгруппироваться в воздухе, она приземлилась, сделала кувырок, но осталась лежать на спине, глядя в затянутое облаками небо: у нее перехватило дыхание. Кобыла взирала на нее через ворота с удивлением, словно хотела спросить: «Что ты там делаешь?»

– Саманта! – вскрикнул Каллен, который как раз пересекал на Гордом пруд. – Ты жива?

Она не могла ответить, просто лежала и ждала, пока пройдет спазм.

Держа поводья в руке, Каллен опустился рядом с ней на колени.

– Не можешь дышать? – В его серых глазах застыла тревога.

Саманта с усилием покачала головой.

– Так я и думал!

Каллен надавил ей на диафрагму, отпустил, потом надавил еще. Постепенно ее легкие наполнились воздухом.

– Спасибо, – с трудом выдавила она.

– Не за что. Полежи немного.

Но Саманта только несколько раз вздохнула и благополучно села. Каллен сразу почувствовал огромное облегчение.

– Вот это был полет! – съязвил он. – У тебя определенно есть чему поучиться.

– Всегда рада помочь, – откликнулась Саманта.

– Жаль видеокамеры не было, – посетовал Каллен. – Могли бы потом внукам показывать. «Выдающийся прыжок Сэм Ларк!»

– Ты здорово меня подбодрил, – сердито проговорила Саманта, вставая. – Вот если бы Уитни свалилась с лошади, Каллен бы не шутил, а собрал бы кучу докторов и извелся от волнения. Я так не падала уже больше трех лет, – с вызовом сказала она.

– Значит, к этому шло, – пожал плечами Каллен и тоже поднялся. – Может быть, ты решила включить падение в сегодняшнюю программу, чтобы на соревнованиях не отвлекаться?

– Слава богу, догадался, – буркнула Саманта, перебираясь через ворота. – Помоги, – попросила она, забрасывая поводья на голову Флоре.

Каллен перепрыгнул барьер и помог Саманте сесть в седло.

– Дерек ди Грази придумал что-то в этом духе для сентябрьских скачек.

– Я слышала. Поэтому Бобби и сооружил эту чертову штуку. Вперед! – Она повернула Флору обратно к пруду. – Давай повторим?

– Все сначала?

– Конечно.

– Но мы только что прошли лабиринт целыми и невредимыми. Почему бы нам не начать с пруда?

– Потому что именно сочетание барьеров с водной преградой представляет основную сложность. Ну давай, Каллен!

Со вздохом Каллен прыгнул в седло и последовал за Самантой через пруд к лабиринту.

– Уж лучше бы я отсидел на десяти заседаниях совета, – проворчал он, глядя на Холм Соломона.

– И лишил бы себя такого удовольствия? Чушь! – отрезала Саманта и направила Флору к бревенчатым барьерам.

Чалая на этот раз отнеслась к ним с большим доверием. Она даже не упрямилась перед прудом и легко выбралась на противоположный берег. Перед желтыми воротами Саманта почувствовала колебания Флоры и послала ее вперед, не дожидаясь, пока она передумает.

Последний участок трассы они прошли благополучно, хотя Флора сбила перекладину на разновысоком барьере – самом легком препятствии на маршруте. Саманта подавила вздох и отметила про себя, что ей придется пересмотреть свой рабочий график: с Флорой надо будет проходить дистанцию утром и вечером. Она чувствовала, что не может пока целиком положиться на Флору, а чтобы успешно пройти многоборье, всадник и лошадь должны безраздельно доверять друг другу.